Так дорого, когда появляются люди — интервью с Владимиром Гречухиным
27 января в Мышкине Ярославской области скончался писатель, краевед, общественный деятель, основатель Мышкинского народного музея Владимир Гречухин. Ему было 80 лет. Это интервью, записанное в ноябре 2021 года, возможно, последнее, которое дал Владимир Александрович. Корреспондент ИА REGNUM беседовал о том, как живёт маленький провинциальный «музейный» город во время пандемии. Но разговор, как водится, вышел за пределы одной темы.
ИА REGNUM: Как пандемия сказалась на работе Народного музея?
Владимир Гречухин: Главная потеря была — коллектив. Потому что если у нас было в лучшие времена в штате 24 человека и десяток волонтёров. Потом, когда времена ухудшились, 16 в штате и 7 волонтёров. Потом времена катастрофические для нас настали. Вот мы сейчас смогли восстановить штат только 8 человек. На большее денег уже нет. Жалко, некоторые люди были очень нужны и очень важны. Ну и волонтёров осталось четыре человека, в том числе я. Однако ничего. Как-то научились все работать настолько героично и настолько, я бы сказал, универсально, как совершенно универсальные солдаты. Что как-то так уверенно заменяют и друг друга, и с работы на работу передвигаются. Организация, в общем-то, живёт почти уверенно.
ИА REGNUM: И в самом Мышкине, и вокруг него существует немало музеев. Вы как-то поддерживаете друг друга?
Владимир Гречухин: Очень хороши отношения сейчас с нашими дорогими друзьями из Учемского музея. Но они всегда были хороши очень. А нынче и особенно. Потому что они сочувствовали нам много и помощь свою предлагали. И даже вмешались в решающий момент и просто помогли нам. Помогли в том, что часть груза, территорию нашу, взяли на себя пока. Когда мы встанем на ноги окончательно — тогда мы возвратим всё. Поскольку у них положение легче, согласно закону — они больше пяти лет являются некоммерческим учреждением — у них льготные расчёты. У нас — нет. Мы только второй год живём (в качестве НКО — ИА REGNUM). По-прежнему хорошие отношения с Мартыновым. С музеем кацкарей. Всё у нас ладно. Как-то вот однажды, по зиме ещё, они к нам обратились, что, ребята, ну выручайте. А чего, говорим? Так грант нужно оправдывать, доказать видеоматериалом завершение мероприятия, факт продукта. Хорошо, говорим. Так ведь опасно. Заразитесь. Но, говорим, куда уж деваться, выручать-то надо. И мы собрались, и даже угличане кое-кто приехал тоже. И мероприятие получилось прекрасное, взаимно душевно тёплое и содержательное даже.
Но, правда, вот этих бедствий карантинных и ковидных не пережили два некоммерческих учреждения. Очень их жаль. Это маленький музей отходников в селе Охотино за Волгой, пришлось закрыться ему, посещаемость упала так резко, и нечем стало рассчитываться. И едва начавший было жить маленький музейчик пионерии в Кирьянове. Тоже закрылся. В завершение бед в школе, где он располагался, упала крыша. Раз неиспользуемое здание, то за ним присмотра нет. Поэтому двух этих партнёров, двух друзей скорее, очень жалко.
ИА REGNUM: А есть обратные примеры?
Владимир Гречухин: Да. Некоммерческие учреждение, партнёрство Тёркина, оно прекрасно живёт. Мы за него очень рады. Причём хорошо то, что они сейчас, на мой взгляд, являются в туризме нашим, ну, пожалуй, даже головным предприятием по части идей и инноваций. По количеству приёма и по всему прочему, конечно, муниципалы всё время передовые. А вот по идеям, по продвижению новых замыслов — они просто молодцы, оба Тёркина. Вот они выступили одними из первых, если не первыми, по работе с караванерами. Ну хорошо, замечательно. Этого нет у нас. Тем более, на всей стороне левой нету. И он нынче уже работал. Как он одолел машину разрешительной документации — не знаю. Герой.
Оставшийся небольшой мирок некоммерческих учреждений живёт стойко. А которые малыши умерли — жалко. Ещё знаете, почему? Во-первых, люди там хорошие занимались, а во-вторых, мы же всё время мечтали Заволжье включить целой территорией громадной в туризм. Попытались, поработали месяц мы с этим. Анатолий Геннадьевич Курицын, наш прежний глава, организовал было роскошный пресс-тур, заинтересовался идеей, впервые в области целое поселение включим в туризм. Не получилось. Хотя месяц отработали мы на туризме там. Но не получилось почему? Мы не учли социальных особенностей этих территорий. Если бы на этом берегу — получилось бы. А там видите что случилось, оба колхоза давно умерли, и люди не растерялись, бывшие колхозники. Они поняли — оба колхоза на прекрасной дороге Череповец — Сергиев-Посад. Дорога до Рыбинска в порядке, до Углича в порядке. И они пошли туда устраиваться на работу хоть курьерами, хоть сторожами, да кем угодно. И два дня выходных — занимайся подсобным хозяйством, шабашки делай всякие. Кругом пансионатов множество, дач. И они быстро устроились в этом отношении. И оказалось, что приработок-то никому не нужен. Единственные, кто поддержали нас, были библиотекари заволжские. Но двоим-то им, конечно, не вытянуть. Наши-то бросались им помогать, но то не дело. А если паром не пойдёт? Как тогда? А если зима? Как тогда? Пришлось бросить идею. А идея была красивая. Тем более, что мы там включали это поселение не столько в исторический аспект, сколько в экологический. Экологические маршруты. Там у нас вплетались органично и родники, и боры, и берёзовые рощи, и притоки, и ручьи, и древние камни, и ландшафты, и виды. Удачно было бы. Но никак. Если бы на этом берегу такое было. Поэтому Заволжье с этой стороны особо жалко.
ИА REGNUM: Но ведь Учма как раз в Заволжье. Как им удаётся выживать?
Владимир Гречухин: Приход Елены Анатольевны (Елена Наумова, директор Учемского музея — ИА REGNUM) оказался таким решающим. Мы так рады. И не только за семью рады, мы за дело рады, за музей рады. Вот сейчас, когда они выиграли грант за национальную подачу интеллектуального продукта, это справедливо они выиграли. Вошли в группу лучших музеев Европы по этой части. Справедливо, потому что в последние годы меня восхищает что, у них единственный в районе музей народно-интеллектуальной направленности. Всё-таки вот в этом отношении мы (Мышкинский народный музей) немало работаем на потешание. По-другому не идёт никак. Если мы не будем так играть — наши партнёры — муниципалы — сильно превзойдут в этом отношении. Ибо у них и зоопарк, и игры, и ряженые, и всё прочее. Значит, нам надо всё делать не хуже. Мартыново — оно тоже вынуждено потешать, показывая театр деревенский и всё прочее. А там хорошо. Там я даже удивился, как это смогла Лена найти такой желобок действия. Потому что если уж ты горожанка, ну она же явная горожанка, до мозга костей. Чаще всего, попав в деревню, горожанки ошибаются, они не так воспринимают деревню, они несут своё, городское. И не прививается. И население отторгает мысленно это. И не всем оно нравится. А тут получилось. Одна из последних программ, которые она разрабатывала, «Старухи о любви», ну, я плакал. Сидел и плакал.
ИА REGNUM: Что значит «музей интеллектуальной направленности»?
Владимир Гречухин: Ну вот, например, музей «Дыр и заплат». Музей-то, скорее, получился не бытовой, а скорее философский. Что вся история России — она сплошная дыра и заплата. Латаем-латаем-латаем. От асфальта до одежды — всё латаем. Ну и получилось, что посетители-то у них весьма интеллигентные люди. Кстати, плюс есть по посещению, они впервые перешагнули нынче за тысячу посетителей в год. Понимая, что работают только летом и аудитория только избранная, без больших групп, то тысяча — это неплохо для села. Поэтому очень рад я за них. Это то светлое пятно, яркое очень, на наших общих проблемах и бедах, меня оно порадовало, честно говоря. Это вот всё, что касается нашего здешнего содружества.
ИА REGNUM: Сельский туризм зачастую зависит от подвижников, таких как вы, которые хотят не столько заработать, сколько рассказать об уникальности родных мест. Эти подвижники продолжают появляться?
Владимир Гречухин: Каждый раз ждёшь и желаешь, чтобы появилось или новое поколение преемников, или, по крайней мере, один-два хотя бы. Это очень важно. Потому что когда уходят зачинатели, там может всё оборваться. В маленьких городах и сёлах это очень часто бывает. Ушли основатели, и всё погибло. Но у нас такого быть не может. Все, кто работает в нашем коллективе, они очень привержены к этому. И они надёжные люди. А в других местах, ну, у партнёров у наших, у муниципалов, заработки во многом держат, потому что там они серьёзные, по сравнению с нашими. Так вот, там появился человек, у муниципалов, который меня очень обрадовал. Которому я искренне благодарен, что он появился. Он появляется налётом, он учится. Виталий Малеев, действительно талантливый экскурсовод, лучший гид России был в прошлом году. Так вот, он создал две вещи, которые меня очень обрадовали. Во-первых, лучшую экспозицию, вполне научно обоснованную, экспозицию «Мыши в науке». И он сам-то подаёт её хорошо, легко усвояемо. И с немалым юмором, но в то же время с доброй иронией и отжато содержательно. Вот, стало быть. А второе, что он сделал. Мы же в своё время трудами Корсакова Олега Борисовича, нашего человека дорого, создали первый том «Всемирной мышеологии». И, конечно, ожидали, что надо будет второй когда-то издавать. Но Олег Борисович собирал, собирал, но пока ещё не был готов. И Виталий звонит к нам в офис. Ну, у вас как работа идёт со вторым томом мышеологии всемирной? Отвечаем — не готовы. Так давайте я подключусь пока. И я издам пусть небольшой, но второй том. А потом вы свой третий выдадите. Хорошо. Ну он так и издал, действительно. Преинтересная книжечка, маленькая. Но веселит, интересует, интригует. Приятно. И так хорошо, когда появляются люди, так дорого, когда появляются люди, боже мой. Это вот такие вот штрихи важные. А в остальном-то, если по Мышкину в целом смотреть в туризме, то Мышкин — это теперь типичный город выходного дня. Потому что предприятий здесь мало. Но вот компрессорная станция — там 700 человек, нефтяная — 200 человек, птицефабрика — где-то 100 с чем-то. Ну и всё. И 750 в туризме. Считая всех — и пансионаты, и продавцов, которые зарабатывают на туризме. Уже неплохо. Но! Городу выходного дня свои позиции нужно укреплять. И укреплять гораздо более, чем сейчас. Если не будет новых идей и новых находок — примелькаемся и расти не будем. То, что есть, — оно останется. Порядка 200−300 тысяч гостей — так оно и будет. Мы никуда не денемся. Мы хорошо в расписание вошли, в питерский маршрут. Но нужны новые идеи, новые начинания. То есть чего не хватает-то нам сейчас? Ну, конечно, не хватает головушек и идей. Это в первую очередь. Умный человек на пустом месте создаст что-то. А не хватает потом ресурса. Ресурса какого. Ну, вот, скажем, главный ресурс Мышкина в туризме — это Волга, 4 часа до Москвы и наличие городка-табакерки с множеством памятников истории. Это вот весь ресурс наш. Кругом нету ничего.
Не создашь ни анклав, ни локус. Ничего не создаётся. Мартыново далеко, почти 50 вёрст. Вот тут жалко. Очень жалко территории окружающие, они оказались небогатыми наличием достойных мест, ландшафтов, пейзажей и людей. Очень жаль. Поэтому понимаешь сам, что рост затруднителен. Одна надежда, что появится человек типа Виталия Малеева, но, может быть, ещё самоотверженней и, может быть, шире умом. Вот тогда рывок сделать можно. Хотя всё равно некоторые удачи есть.
ИА REGNUM: Какие именно?
Владимир Гречухин: Мышкин выиграл грант Министерства строительства. Слава богу. Грант небольшой — 50 миллионов. Но всё-таки и на этот грант отреставрировали полностью усадьбу Чистовых. Она же в центре. И она уже требовала реставрации. В целом сделали хорошо, для провинции достойно. И теперь самое сердце, самый центр есть. Он укреплён. А в этом году мы выиграли снова грант Министерства строительства. Он тоже небольшой, но тем не менее на него тоже удастся сделать то же. И если использование этих небольших денежек будет грамотным, то тогда у нас и от центра Мышкина, от усадьбы Чистовых, от площади Успенской перекинется обустроенная территория до Мемориала Победы. Центр и место достопамятное расширятся. Ну, правда, там ещё маленькая удачка, но она уже чисто локальная. Это наш отель «МышкИнн». Он решил делать вторую очередь. Отель живёт хорошо, новые хозяева его как-то попали в струю. Видимо, и талантливы на эти вещи, и с деньгами. Он посещаем хорошо, он превзошёл «Мышеловку» — «Кошкин дом». Не говоря об остальных, которые поменьше, всех превзошёл решительно. У него нет дня, чтобы не было постояльцев. Притом что интересно-то — он купил тюремный замок, который никто не брал. Трёхэтажное старинное здание. Если они территорию не ухудшат, а не похоже, они вдумчивые люди, то у нас территория обустроенная и украшенная подвинется ещё дальше. Ну где-то чуть не на половину Мышкина. Поэтому удачи есть. Ну ещё маленькая наклёвывается — маленький «Саммит», он заявил о готовности строить причал для маломерных судов. Вот это нам надо. Мы же не можем принимать яхты, но хоть маломерную посуду. Если построят — так это хорошо. Ещё чуть-чуть привлекательность возрастёт, и ещё немножко плюс.
ИА REGNUM: А как город морально переживает пандемию?
Владимир Гречухин: При первом появлении эпидемии, когда был первый карантин объявлен, тогда это всех встревожило, смутило. И Мышкин, и так-то маленький, опустел. Все сидели на самоизоляции. Но это продолжалось недолго. Буквально дней пяток. После этого появились первые люди на улицах. Люди русские — они очень быстро адаптируются ко всему. В этом отношении они как олени. Да, ну пурга, ну и что? Пурга-то бывает. А вот сейчас ещё спокойнее. Сейчас людям приходится ещё напоминать, и в магазинах, и везде, хотя бы о масках. Хотя бы об этом. То есть вот здесь вот мы потрясений таких тяжёлых не переживём. Единственное, что меня смущает и пугает. Что если продолжится попадание в таких людей пассионарных, общественно-граждански ценных, то, конечно, поосядем. Пониже будем. У нас был замечательный человек Виталий Александрович Золотарёв, учитель иностранных языков, он в нашей компании был заметным человеком. Потом ушла моя дорогая сестра, она была тоже очень нужный человек в общественном собрании… То есть вот сразу, когда выбивает в маленьком месте человек пять подряд — тяжело становиться. Ведь когда арестовали декабристов, тогда появилось выражение — над обществом прошёл магнит и изъял железо. И оказалось, что остальное всё жижа. Поэтому и здесь то же самое. Если потеряем ещё какую-то часть людей, то мы повыцветем, мы сразу будем менее интересны гораздо. Если, вот скажем, более крупный, гораздо более крупный Углич от этого не потеряет, там ушёл из жизни Анатолий Николаевич Горстка, прямо жалко, он не так потеряет. Потому что за Угличем стоит федеральная сила. Тот же музей — это федеральное учреждение. И поэтому им не страшны потери даже такого вида, а нам потери такого ряда очень страшны. В маленьком месте зачастую всё и делается не столько классами и государством, сколько человеками.
ИА REGNUM: Но в будущее как смотрите? С оптимизмом?
Владимир Гречухин: В будущее не с оптимизмом, нет, конечно, нет, разумеется, нет. Оптимизма быть не может в нашем положении. Вот такие вещи беспокоят, что маленький город всегда бывает обижен большими соседями. Бывало, Рыбинск у нас в 20-е годы всё отобрал, вывез из Мышкина буквально. Начиная от уникальной библиотеки до театра, метеостанции, спортивного клуба, ну всё забрал. Не оставил ничего, создавая себя губернским центром. И сейчас такая же опасность есть, большая очень. Например, оптимизации, от которой никуда не уйдёшь. Если в районе сейчас 10 тысяч населения с Мышкиным вместе, а в Брейтовском шесть, с Брейтовом вместе, понятно, что со временем эта гиря дойдёт до полу. И область не будет содержать район, где 3 тысячи человек, к примеру.
Мы эту опасность видим, потому что Мышкин уже два раза исчезал как маленькая столица. В 20-е годы, потом при Хрущёве. Два раза это мы уже переживали, поэтому боимся третьего этапа. Когда при губернаторе Ястребове такая идея возникла у депутатов совета, они принялись строить объединённый большой район Брейтовский-Некоузский-Мышкинский тогда. Но понятно, что они нас хотели явно обмануть. Всё тянулось в сторону Некоуза. Хотя это было громадной ошибкой. Потому что Некоуз и Мышкин — это разные ступени совершенно. Тут нечего сравнивать. Потому что у них туристов тысяча человек в год, а у нас триста тысяч. Я уже другие качества не привожу. Их много, разных качеств. И сами-то мы выдвигали идею и губернатору Миронову, и до него Вахрукову, что два района, конечно, сливать нужно, Некоузский и Мышкинский. А Брейтовский с его самобытностью, отдалённостью и перспективами развития пока нужно оставлять, и, может, навсегда оставлять даже. Как интересную крохотную жемчужинку, где хорошее пансионатское дело, хорошее рыболовное дело, большой приток богатых людей, хозяйство там местами оживает даже. Его надо сохранять. А вот эти два надо соединять, с центром в Мышкине. В этом случае было бы оптимально. Потому что если поглотит Углич Мышкин, то что же потом делать с двумя районами этими? Там не будет ценной столицы никакой. Жить в маленьком городе — это не иметь покоя никогда. Всё время бывает у граждан беспокойство за его судьбу. Отчасти и за свою, но больше за его.
ИА REGNUM: Но это в целом о Мышкине и районе. А как ваш Народный музей? Его будущее не взывает опасений?
Владимир Гречухин: А для музея хорошо. В будущее музея мы спокойно верим. Но тот же самый вопрос возникает — если будет подпитка кадровая удачная и в дальнейшем, как сейчас она удачная, то всё будет слава Богу. Мы выдерживаем тяжёлую конкуренцию и тяжёлое давление партнёров-муниципалов. Выдерживаем. Хотя любая другая организация давно благополучно скончалась бы в таком положении. Потому что что за нас говорит? Раскрученность, мы давние очень. Во-вторых, хороший творческий подбор коллектива, это большая сила. Ну и в третьих — это то, что наш продукт туристический, который предлагаем мы, он отличается стопроцентно от того, что предлагается там. Поэтому вот так вот. Здесь мы выстоим. Ну и в сетевом пространстве мы отчасти заметны. Поэтому музей будет жить. Конечно, есть смутительный момент вот какой — в прошлом году государство спустило распоряжение арендой на муниципальный уровень. И указали, что вот ниже такого-то коэффициента начислять аренду нельзя. А выше можно, сколько угодно. Опасная формулировка. Нам они повысили сразу в 10 раз. Это посильно пока. Трудно, но посильно. Но если надумают ещё в 10 повысить? Это не только бесчеловечно, это неразумно, потому что до какого-то времени лошадь нагружай — она везёт, потом сдохнет в конце концов, падёт, и всё. Ну ничего, поскольку Мышкин маленький, здесь взаимное понимание почти всегда решает вопрос. Вот и сейчас мы верим совершенно, что районная дума и городская дума будут находиться в хорошем понимании обстоятельств, и вопрос если будет дальше решаться, то не слишком круто. В этом отношении в малом месте если поддерживаются отношения добрые, рабочие, то жить можно.
- Супертайфун «Яги» разрушил крышу стадиона перед концертом Канье Уэста
- В бундестаге спросили, знали ли власти ФРГ о планах подрыва «Севпотоков»
- Хуситы заявили об уничтожении американского беспилотника MQ-9 Reaper
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков