«Просто вечно давить на Россию — это не политика» — The National Interest
На Западе устоялось мнение о России как о находящейся в упадке державе, однако это далеко не так, и для поиска эффективного курса в отношении Москвы, который бы включал в себя не только давление, но и взаимодействия, необходимо признать этот факт, пишет Роберт Каплан в статье, вышедшей 22 марта в The National Interest.
Каплан, напоминая провал завоевательной кампании Наполеона Бонапарта 1812 года, назвавшего жителей Российской империи «скифами», обратил внимание на то, что нынешние проблемы и чаяния Запада относительно России — часть давней истории, которая продолжится и в будущем. «Россия не вчера оказалась способной влиять на наш геополитический мир», — отметил он, подчеркнув, что именно поражение России в Первой мировой войне подстегнуло в стране Революцию, которая кардинально изменила последующий XX век.
Затем победа советских войск под Сталинградом в 1943 году привела к разгрому нацистской Германии — Советский Союз, с точки зрения человеческих потерь, сыграл решающую роль в исходе Второй мировой войны, в отличие от Соединенных Штатов, — и разделению Европы во время Холодной войны. Распад Советского Союза привел Запад к триумфальному завершению этого конфликта.
Россия раз за разом оказывается недостижимой для понимания Западом, и с этим пора бы примириться: только оказывать давление на ее лидера Путина — бессмысленно, с ним необходимо идти на взаимодействие, поскольку сегодня шансы организовать смену режима и заменить его чем-то по образу моделей Запада столь же велики, как и в 1990-е годы, или наравне с шансами Наполеона или Гитлера присоединить Россию к своим империям.
Москва взаимодействует со всеми ведущими мировыми геополитическими игроками. Так, Россия имеет решающее значение для Германии, самого могущественного государства в Европейском союзе. Берлин стремится завершить строительство газопровода «Северный поток — 2» не потому, что он критически важен для экономики Германии — при необходимости ФРГ могла бы получать газ из строящейся сети газопроводов в Средиземном море, а также из Северной Америки через терминалы по конверсии природного газа. Напротив, Берлину нужен «Северный поток — 2», потому что по нему он будет получать сравнительно дешевые и прямые поставки энергоносителей и с помощью него сможет стабилизировать свои политические отношения с Россией — страной, которую считает слишком большой и могущественной, чтобы ее можно было изменить или победить.
Читайте также: Западу пора перестать изображать Навального героем — Responsible Statecraft
В ФРГ понимают, продолжил он, что есть пределы тому, чего можно достичь с Россией, даже если они знают, что они не сталкиваются с военной угрозой со стороны России. Поведение Германии отражает фундаментальную трагическую реальность мира: публичное признание прав человека, подкрепленное невысказанной и безжалостной реальной политикой. В США, защищенных океанами, в отличие от Германии, еще не осознали столь суровую правду.
Безусловно, в век кибертехнологий окружающие США океаны больше не могут считаться такой же надежной защитой. Более того, благодаря этим инновациям становится очевидной смертоносность российской агрессии. Сокращение роли географического положения, из-за которого США могут позволить всё меньше ошибок, требует не только решительных ответных действий, но и необходимости взаимодействия в отношении России.
По его словам, страна, помимо продемонстрированной способности проводить массовые кибератаки, вмешиваться в американский избирательный процесс и снабжать большую часть мира нефтью и газом, также является крупнейшим в мире экспортером зерна. Кроме того, Россия продает в больших объемах атомные электростанции, строительные материалы, никель, алмазы, современное горнодобывающее оборудование и высокотехнологичное оружие.
Вмешательство России на Ближнем Востоке показывает ее как державу, находящуюся на подъеме, а не в упадке. Было время, когда в США были уверены, что Россия заплатит за свое вмешательство в Сирии так же, как их самих наказал Ирак. Однако Москва усвоила другой урок: если не вводить большое количество наземных войск, цена военного авантюризма в этом мире на самом деле довольно низка, а научиться в ходе такой кампании вооруженные силы могут очень многому.
Нет оснований считать, что Россия в ближайшее время развалится или пойдет на попятную перед Западом, а ее власти и впредь будут искать возможность продвигать свои интересы. При этом уход Путина едва ли был бы в интересах Запада: на его место могут прийти «пламенные националисты, менее ответственные, чем нынешний лидер», поэтому «Путин — это реальность».
Ситуация в отношениях между Соединенными Штатами и Россией сейчас особенно нестабильна: не столько потому, что Запад расширил НАТО на всю территорию стран бывшего Варшавского договора, сколько потому, что он принял в состав альянса три прибалтийские республики, которые ранее входили в состав самого Советского Союза и границы которых находятся в опасной близости от Санкт-Петербурга и Москвы. Такое развитие событий в глаза российских властей является «исторической и географической провокацией», которую необходимо сорвать. Не стоит забывать и об обострении в Черноморском регионе.
Поистине, на этой сложной геополитической шахматной доске нет, уверен американский аналитик, возможности добиться чистой победы: нельзя осуществлять никакую смену режима путем поддержки российских оппозиционеров, слабых, расколотых и грызущихся друг с другом. Нельзя забывать и о Китае, еще одной великой державе, отношения которой с Россией сейчас, возможно, более тесные и скоординированные, чем в любой предыдущий исторический момент. Благодаря этому стали возможны совместные военные учения и покупка Китаем российского природного газа.
Когда президент Ричард Никсон и советник по национальной безопасности Генри Киссинджер наладили связи с Китаем, чтобы противостоять СССР, а затем установили политику разрядки с Москвой, в КНР еще шла Культурная революция, тогда как в советской России по-прежнему существовал «обширный ГУЛАГ». Однако это не остановило администрацию Никсона. Этот шаг не был чем-то вопиющим или каким-то противоречием, напротив, нормой мировых процессов. С этого осознания начинается зрелая политика взаимодействия с обеими авторитарными державами.
Он подчеркнул, что осуществить то же, что сделали Никсон и Киссинджер, теперь невозможно: добиться сближения КНР и США удалось потому, что тогда было время, когда СССР и Китай фактически находились в состоянии войны и, следовательно, созрели для американских манипуляций.
- Супертайфун «Яги» разрушил крышу стадиона перед концертом Канье Уэста
- В бундестаге спросили, знали ли власти ФРГ о планах подрыва «Севпотоков»
- Хуситы заявили об уничтожении американского беспилотника MQ-9 Reaper
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков