Польская газета Rzeczpospolita выступила с интригующей публикацией, посвященной польско-российским отношениям. Обозначим основные тезисы статьи, но не последовательно, как в оригинале у авторов, а с точки зрения политической логики.

Иван Шилов ИА REGNUM
Польша

Первое. Издание констатирует, что «польско-российские отношения потерпели крах в первую очередь из-за кризиса на Украине». Москва «не может простить, что именно Польша стояла за идеей «Восточного партнерства», без которого, вероятно, не было бы майдана». Второе. Тем не менее есть шанс добиться «прорыва во взаимоотношениях». Третье. Технически это может быть сделано путем направления российской стороне предложения принять участие в январе 2020 года в Освенциме в памятных мероприятиях в честь 75-летия освобождения концлагеря Аушвиц-Биркенау. Как заявил газете глава канцелярии президента Польши Кшиштоф Щерский, «мы не руководствуемся логикой Гжегожа Схетыны времен 2015 года (который возглавлял тогда польский МИД — С.С.), который отказал России в праве участвовать в праздновании освобождения Аушвица и утверждал, что лагерь был освобожден украинцами». Взамен Варшава хотела бы согласовать с Москвой возможность визита в апреле 2020 года в Смоленск президента Польши Анджея Дуды и председателя правящей партии «Право и Справедливость» (PiS) Ярослава Качиньского.

Securityconference.de
Анджей Дуда и Пётр Порошенко

Отметим в связи с этим следующее. Внушает очень осторожный оптимизм то, что Польша наконец-то называет настоящую причину «резких заморозков» в отношениях с Москвой. Действительно, проводимый в 2013—2014 годах партией «Гражданская платформа» под руководством ее главы и премьер-министра Дональда Туска, а также министра иностранных дел Радослава Сикорского курс на украинском направлении стал катастрофой. Тем более удивительным было то, что победившая в 2015 году на президентских и парламентских выборах «Право и Справедливость», решительно взявшая ревизовать всё, что только делали их оппоненты во внутренней и внешней политике, практически ничего здесь не изменила. Более того, антироссийские риторические выпады и действия, которые исходили из Варшавы, стали множиться количественно и качественно. Складывалось впечатление, что мудрецы PiS восприняли инициированный Берлином санкционный режим как серьезный бонус для Польши, позволяющий в кои веки обойти старого исторического и геополитического конкурента, Москву.

Именно в этот период Варшава запускает два важнейших проекта — создания собственного газового хаба «Северные ворота» (строительство терминалов по приему сжиженного природного газа и трубопровода Baltic Pipe с участием Норвегии и Дании с параллельным противодействием «Северному потоку — 2») и обеспечения постоянного присутствия вооруженных сил США в Польше (сначала в рамках укрепления так называемого восточного фланга НАТО, затем состоялся прямой выход на Вашингтон и переход на концепцию двустороннего диалога). Что касается Украины, то она здесь стала приобретать характер субъекта, а не объекта. «Право и Справедливость» создала возможность для себя не работать с Киевом, выдвинув лозунг «Украина с Бандерой в Европу не войдет», одновременно польская экономика начала выкачивать украинские трудовые ресурсы, что говорило о незаинтересованности Варшавы в стабилизации и благосостоянии соседней страны. Вот и сейчас, когда Украина между первым и вторым туром президентских выборов стоит на грани, новый польский посол Бартош Чихоцкий идет на беспрецедентный шаг: публично отчитывает украинский государственный телеканал «Общественное телевидение» за передачу с «положительным образом Бандеры».

Army.mil
Солдаты США в Польше

Поэтому подтверждением серьезности намерений Польши восстановить диалог с Россией, на наш взгляд, должны стать шаги на украинском направлении. Варшава и Москва могли бы начать консультации, основанные на базовой формуле: Россия и Польша, будучи двумя и единственными исторически укорененными государствами в этом регионе, несут особую ответственность за его судьбу и должны определить, что и каким образом каждая из сторон может здесь сделать. Определившись с этим, можно расширить круг сложных вопросов, включая сферы безопасности, экономического сотрудничества, культурных обменов, исторической памяти. Помимо того, необходимо самым серьезным образом работать с общественностью наших стран, обычные договоренности на уровне только лишь политического руководства — это неплохо, но не дает стабильности, надежности, уверенности. А самым наихудшим вариантом станет ситуация, когда обмен делегациями, российской — в Аушвиц, польской — в Смоленск, окажется политтехнологическим приемом в контексте запланированных в Польше на май следующего года очередных выборов президента. Уж лучше тогда Варшаве и Москве оставить всё в «замороженном состоянии», как есть сейчас, чем спустить в канализацию надежду.