«Селеба» с оружием: как хайп под интервью становится разрушением общества

У нас в России, похоже, что-то всегда должно греметь. Сейчас отгремели выборы и беспрецедентные атаки на системы голосования, вбросы о мобилизации и прочее, что присылает нам противная сторона. Казалось бы, общество сейчас должно немного выдохнуть, властные структуры формироваться, жизнь налаживаться, но нет.

Очередной громкий повод нам подготовила Ксения Анатольевна Собчак.

Громкий он совершенно не тем, что мы с замиранием сердца должны наблюдать за разводными дрязгами двух не особенно интересных людей. А откровенным перекосом системы «действие — последствия».

Внезапно все мы, граждане России, узнаём, что некий особенный человек в нашей стране может себе позволить стрелять в обслуживающий персонал в своем доме, а для того, чтобы его угомонить, применяется какой-то непонятный частный спецназ.

И подается нам всё это лишь как история страшного развода многодетной семьи со страдающей матерью и безалаберным отцом, чтобы хорошенько прогреть аудиторию перед многосерийным интервью с несчастной женщиной.

Детей в этой ситуации жалко всегда — независимо от того, сколько денег зарабатывают их родители. В данной семье они совершенно определенно тоже инструмент для зарабатывания денег, потому что «слезинка ребенка» стоит очень дорого.

Так что, по идее тех, кто намеренно продвигал в социальных сетях видео из дома рэпера, каждый из нас должен следить за перипетиями, внимать переживаниям и сочувствовать.

Причем женщине, которая живет в созависимых отношениях, я тоже лично сочувствую всегда. Можно легко обвинить ее, «зачем жила, зачем рожала», но сложно исправить то, что живет внутри ситуации. Со стороны мы всегда умнее и можем чужие беды развести руками в два счета.

Но на этом личное оставим и перейдем всё же к публичному.

Недавно новостные ленты рассказывали нам о судебном процессе Алексея Долматова, того самого Гуфа, который, согласно мему, «умер». Его дебош в бане не стали спускать на тормозах, возбудив уголовное дело. И, как мне кажется, процесс получения последствий за свои действия Алексея немного отрезвил.

Договориться по-тихому не получилось, в итоге получился год условно, и, если можно так выразиться, возмущения у общества не было. Ведь публичная персона понесла хоть и мягкое, но заслуженное наказание.

В том, что мы видим сейчас в случае с другим рэпером, явно никакого наказания не предполагается. Там отдельное государство со своими законами в рамках одной Московской области. В нем можно устроить охоту с оружием на человека, по-ковбойски дав ему минуту на побег. Можно этого человека подстрелить!

А потом, когда тебя угомонили, уехать поправлять тонкую душевную организацию в Израиль. И только наблюдаем продолжающуюся перепалку в интернете.

Если какой-то рядовой гражданин нашей страны устроит стрельбу в жилом секторе, что с ним произойдет после этого? Правильно! Его положат лицом в пол сотрудники полиции, наденут на него наручники и заведут уголовное дело.

То, что гражданин в момент совершения своих противоправных действий был в измененном сознании, будет исключительно отягчающим обстоятельством.

Но получается так, что если этот гражданин — «селебрити», обладает большой аудиторией подписчиков в социальных сетях, то ему можно делать всё что угодно. Последствий для него не будет. И вот такой социальный перекос очень опасен, когда за окном — толпы молодых людей, тоже желающих срочно стать известными, купаться в лучах славы и деньгах. А потому творящих всякую дичь для «контента».

Вот этой молодежи дается четкий сигнал: вы всё делаете правильно. Просто надо набрать аудиторию побольше, и тогда ты будешь на первых полосах и во всех новостных пабликах, рекламодатели выстроятся в очередь — ты селеба! Ты легко можешь остаться безнаказанным, что бы ни сделал.

И еще раз повторим, сигнал этот разносит «известный блогер» и еще одна публичная особа, превратившая мерзкую историю в медиасобытие, разжигая интерес под вполне конкретную задачу — продвижение интервью-сериала.

Все прилипли к голубым экранам, возмущаясь, содрогаясь и сопереживая, а потом появляется Ксения Анатольевна — а вот, у нас и интервью готово! А мы же помним, у кого были права на трансляцию свадьбы и разводного шоу Джигана-Самойловой? Именно! Теперь и Ксения Анатольевна, и Оксана Самойлова заработают на этом эксклюзивном сериале гораздо больше, чем на рабочем канале Собчак.

Ничего нового, ничего личного — только деньги для всех участников события.

Только это уже не история нескольких известных людей. Хайп на самых негативных человеческих эмоциях постепенно стал почти нормой. Частные блогеры, телешоу, новостные паблики и даже центральные каналы наперебой тащат на экран чужую трагедию, семейную драму, унижение, смерть, скандал и страдание — всё, что гарантированно заставит человека остановиться, посмотреть и открыть еще одну ссылку.

Чем грязнее история, тем выше трафик. Чем сильнее эмоция, тем дороже внимание.

Проблема в том, что таким образом медиа начинают не просто показывать общество в разных его проявлениях, а приучать его к определенной норме потребления чужой беды. Несчастье превращается в развлекательный продукт, а человек — в контент. И постепенно исчезает сама граница между тем, что действительно важно знать, и тем, что просто выгодно эмоционально скормить.

И такая привычка постепенно размывает нормальное отношение к чужой жизни и чужой ответственности.

Команда Собчак, на самом деле, своим многосерийным интервью героиню подставила — это мое мнение. Мы знаем десятки историй про службы опеки и несправедливые решения, принятые ими в отношении других лиц. А здесь нам, не скрывая подробностей, рассказывают на всю страну, что дети оказались в опасности с невменяемым вооруженным отцом, и мать, уехавшая на отдых за границу, о его состоянии знала.

Впрочем, героям ее интервью не привыкать испытывать на себе пристальное внимание различных государственных структур по итогам беседы.

Конечно, всё уже объявлено происками, ложью, «просто клип снимали» и ничего такого. Я лично подозреваю, что наблюдателями разводного шоу мы стали исключительно по одной причине — стороны не договорились о деньгах.

Но раз уж мы теперь всей страной в курсе подробностей, может быть, пора наконец включить рубильник «действие — последствия» — не взирая на количество подписчиков, деньги и дутый социальный статус?

Жесткая и понятная реакция государства на историю со стрельбой будет иметь последствия гораздо шире, чем для одного участника этого шоу. Она станет своеобразной прививкой для всего общества (и особенно для той его части, которая желает «контента»): можно сколько угодно быть знаменитым, богатым и скандальным, но есть граница, за которой начинаются закон и ответственность.

Иногда для быстрого оздоровления достаточно очень простой вещи: одинаковых правил для всех.