По данным агентства Reuters, Брюссель разрабатывает план масштабной электрификации экономики стран Евросоюза. Цель — удвоить долю электричества в общем конечном потреблении энергии. Согласно программе, она должна составить 46% к 2040 году против 23% сейчас, причем данная цифра плюс-минус не меняется на протяжении последних десяти лет.

ИА Регнум

Инициатива Еврокомиссии выглядит логичным ответом на продолжающийся энергетический кризис. Лишившись дешевого трубопроводного газа и столкнувшись с резким удорожанием морских поставок углеводородов из-за нестабильности на Ближнем Востоке, еврочиновники пытаются форсировать отказ от ископаемого топлива. Переход на электричество, вырабатываемое внутри блока (за счет ветра, солнца и атома), рассматривается как главный инструмент обретения суверенитета. Но всё это легко только на бумаге.

Во-первых, удвоение доли электроэнергии в балансе потребления означает необходимость кратного расширения пропускной способности национальных и трансграничных электросетей. Существующая сетевая инфраструктура Европы строилась в середине прошлого века и была рассчитана на централизованную генерацию (крупные ТЭС и АЭС).

Переход на электрическую тягу в транспорте (массовое внедрение электромобилей) и перевод домохозяйств на тепловые насосы вместо газовых котлов создают нагрузку на распределительные сети низкого и среднего напряжения. Уже сегодня в Германии, Нидерландах и Великобритании образовались многолетние очереди на технологическое присоединение к сетям для новых промышленных объектов и парков возобновляемых источников энергии.

Модернизация инфраструктуры требует миллионов километров новых кабелей, тысяч трансформаторных подстанций и систем накопления энергии. Придется значительно увеличивать потребление сырья, в первую очередь меди и алюминия. Кроме того, производственные мощности заводов, выпускающих высоковольтное оборудование, ограничены. Сроки ожидания поставок силовых трансформаторов от Siemens или ABB сейчас превышают два-три года.

Причина, по которой показатель электрификации застрял на 23% десятилетие назад, — в структуре потребления. Европа давно электрифицировала освещение, бытовую технику, железнодорожный транспорт и легкую промышленность. Оставшиеся 77% энергопотребления приходятся на сектора, которые специалисты называют «трудно поддающимися декарбонизации».

Речь идет о тяжелом транспорте, морском фрахте, авиации и, главное, тяжелой промышленности. Производство цемента, выплавка стали, выпуск базовых полимеров и удобрений требуют другого типа энергии. Сжигать природный газ или уголь для получения температуры в 1000–1500 градусов по Цельсию экономически и технологически целесообразно. Попытка получить такие температуры исключительно за счет электричества ведет к потере эффективности и росту издержек в разы.

Между тем энергоемкие предприятия Европы и так уже испытывают большие сложности из-за текущих тарифов на электроэнергию. К примеру, для немецкой промышленности средняя стоимость электроэнергии, включая налоги и сетевые сборы, в первом полугодии 2026 года закрепилась в диапазоне 25–32 евроцента за кВт·ч. Это почти в три раза выше показателей в США или Китае.

Принудительный переход на электропечи без предоставления дешевого ресурса приведет к тому, что заводы будут не электрифицироваться, а просто закрываться, перенося производственные линии в США или Азию. В этом случае доля электричества в статистике ЕС действительно вырастет, но произойдет это за счет ликвидации промышленных потребителей газа и угля, а не за счет технологического прорыва.

Финансовая сторона плана Еврокомиссии — отдельная история. Удвоение электрификации требует инвестиций, исчисляемых триллионами евро. Эти капиталовложения должны делать как частные корпорации, так и домохозяйства, вынужденные за свой счет менять бензиновые автомобили на электрические, а газовые котлы — на тепловые насосы.

Но сейчас среда неблагоприятна для подобных инициатив. ЕЦБ удерживает жесткую монетарную политику, пытаясь сдержать инфляцию, импортируемую вместе с дорогими энергоносителями. Базовая ставка по кредитам достигла 4,75%, что является максимумом за многие годы. Для сравнения: еще в начале 2022 года она находилась на нулевой отметке. Высокие процентные ставки делают заемный капитал слишком дорогим для таких циклопических задач. Государственные бюджеты ведущих стран блока, включая Францию и Италию, обременены значительным дефицитом и высокими расходами на обслуживание суверенного долга.

В то же время, несмотря на очевидные трудности в реализации, проект директивы служит недвусмысленным стратегическим сигналом для традиционных экспортеров нефти и газа. Евросоюз последовательно готовит нормативную базу для структурного сокращения импорта ископаемого топлива. В случае частичного успеха этого плана экспортеры столкнутся с направленным сжатием европейского рынка. В первую очередь под удар попадут поставщики средних дистиллятов (дизеля) и бензина, объемы потребления которых будут падать по мере обновления автопарка. Аналогичная тенденция затронет поставщиков сжиженного природного газа, ориентированных на европейский коммунальный сектор (отопление).

Однако полный отказ от углеводородов невозможен даже при сценарии удвоения доли электроэнергии. Растущая зависимость Европы от прерывистых источников генерации (ветра и солнца) требует наличия надежного резерва. Природный газ останется критически важным ресурсом для балансировки сетей: газовые электростанции будут включаться в те моменты, когда погодные условия не позволяют возобновляемой энергетике покрывать пиковый спрос.