Булгаков и петлюровцы: на снос памятника человеку, угадавшему будущее

В новости о сносе памятника Михаилу Булгакову в Киеве нет новизны: Киевсовет выкатил это решение ещё в декабре 2025 года. Зато есть контекст.

Совпадение или нет, но памятник снесли в тот же день, когда появилось так называемое «открытое письмо» Зеленского Владимиру Путину — с выражением намерения встретиться и обговорить перспективы окончания войны.

Однако судьба памятника (а с ним и самой фигуры русского писателя Булгакова) как бы иллюстрирует позицию Украины: мы можем говорить о мире, но не намерены менять и будем продолжать политику, которая как раз и привела к войне.

К Булгакову в незалежной Украине относились очень по-разному.

Было время, когда его любили практически на одном уровне с классиками украинской литературы — а ведь это почти святотатство. Но аргументы были весомые: мировая известность, пострадал от советской власти. Вот Тарас Шевченко страдал от советской власти? Да она ему памятников наставила даже в Ташкенте и Ашхабаде.

А поскольку нацстроительство в постсоветских республиках шло по принципу «кто больше от советской власти страдал — того и ставим в учебники», то и Булгакова было никак не обойти.

Ну и Киев, конечно же. Он у киевлянина Булгакова — полноценный герой произведений, Город (с большой буквы), его персональный Константинополь. Как говорится, если кто-то из писателей как-то ещё более объёмно выразил свою любовь к Киеву — готовы внимательно рассмотреть.

Сравнится с ним разве что Константин Паустовский, памятника, впрочем, не удостоенный.

Период почитания длился ещё с позднесоветских 80-х и до середины 2000-х. В 1989 году в Киеве открывается литературно‑мемориальный музей Булгакова — в доме, где жил он и его семья и который стал местом действия в его произведениях «Белая гвардия» и «Дни Турбиных».

Примерно тогда же возникает идея установки памятника. Однако у уже независимого государства денег нет. В итоге проект стартует лишь в начале нулевых, а сам памятник установят лишь в 2007-м.

Да и то скорее потому, что тогдашний замглавы Киевской горадминистрации Денис Басс решил пропиариться на этом во время очередной избирательной кампании (и на открытие на всякий случай не пришел).

Впрочем, Киев в этот период действительно дышал Булгаковым. Спектакль по «Мастеру и Маргарите» поставили в Театре русской драмы им. Ивана Франко ещё в 1987 году. Я ещё успел застать его в нулевые.

К слову, Бегемота там играл Богдан Бенюк. Сегодня он — печально известный русофоб, ратующий за то, чтобы русский язык повсеместно изничтожить. А тогда без проблем снимавшийся в российских (а до того — советских) фильмах и именно эту роль долгое время имевший визитной карточкой.

Точно так же, как сам спектакль был визитной карточкой театра.

Анатолий Хостикоев (Воланд) даже предлагал вернуть его в репертуар уже в начале 2010-х. Но то ли новоявленный националист Бенюк странно смотрелся бы в булгаковской постановке, то ли руководство театра решило, что новому времени не интересны прежние кумиры… В общем, к идее больше не возвращались.

Тем более что уже после майдана действительно пришла новая эпоха. В которой Булгакова сначала перестали хвалить, потом начали травить, а теперь вот и снесли.

Символически этот период начинается с программной статьи украинской писательницы Оксаны Забужко, опубликованной в 2015 году. Суть статьи — атака на дом-музей Булгакова, а через него и на фигуру и литературное наследие самого писателя.

По версии Забужко, нет никакого «дома Булгакова», а есть дом Василия Листовничего (киевский архитектор, который построил здание и сдавал второй этаж семье Булгаковых). Впрочем, это лишь вступление, а фигура писателя — своего рода аллегорический образ русской культуры в целом. Которая, по версии Забужко, лишь неблагодарный квартирант в Киеве и на Украине на протяжении всей истории.

В случае Михаила Афанасьевича эта неблагодарность якобы состоит в том, что он вывел арендодателя в «Белой гвардии» в образе Василия Лисовича, или, как его называют персонажи, Василисы: трусливого, мелочного, скупого, хотя совсем не второстепенного персонажа. Хотя герои Булгакова переживают глобальное пришествие таких «василис», их приход во власть на Украине в 1917–1919 гг.

В дальнейшем был долгий литературоведческий спор музейщиков с Забужко в прессе о том, можно или нельзя считать Листовничего прототипом Лисовича, а если и можно, является ли это украинофобией или нет.

Дискуссия и аргументы уже неважны, поскольку именно та статья Забужко возглавила поход «василис», уже современных, на Булгакова и его наследие в культурном пространстве Украины.

Решению о сносе памятника предшествовало переименование улицы в честь писателя (теперь она носит имя Вахтанга Кикабидзе). Кроме того, в 2024 году его окончательно убрали из школьной программы. С формулировкой: «Произведения Михаила Булгакова несут в себе элементы русского имперского нарратива, содержат проявления украинофобии и негативные стереотипы по отношению к украинцам».

Примечательно, что чисто формально великий киевлянин заслуживает и улицы, и места в программе даже по текущим украинским законам — причём безотносительно его литературного наследия.

Дело в том, что в декабре 1918 года, перед самым падением режима Гетьманата Скоропадского, он то ли был мобилизован, то ли записался добровольцем в офицерские дружины — для защиты Киева от войск Директории. А затем, уже в 1919 году, недолгое время был военврачом в армии УНР. В хаосе Гражданской бывали и не такие кульбиты.

А все перечисленные считаются нынче борцами за свободу Украины.

Но увы, к тому же в 2024 году своё веское слово сказал Украинский институт национальной памяти в персональном решении по писателю, назвав его украинофобом. И повторив тем самым известную сцену между Турбиным и Курицьким: »…Так вот спрашиваю, как по-украински «кот»? Он отвечает «кит». Спрашиваю, «а как кит»? А он остановился, вытаращил глаза и молчит. И теперь не кланяется».

Что там говорить, если в толпе голосовавших за снос депутатов почти не видно киевлян. Лицо инициативы — Людмила Ковалевская — переехала в Киев из Харькова, её коллега по фракции Оксана Савчук — из Ивано-Франковской области. Ярослав Юрчишин от партии «Голос» и беспартийный Сергей Нищук — львовяне. «Батькивщинец» Роман Грищук — из Ровенской области.

Всё это не просто рядовые фигуры Киевсовета, а наиболее активные гонители Булгакова. В общем, точь-в-точь падение Киева перед синежупанниками петлюровской Директории. А двум богам, как известно, не служат: либо Петлюра, либо Булгаков.

Сегодня есть разные оценки случившегося.

Кто-то говорит, «горе побеждённым» и «снявши голову, по волосам не плачут». Другие говорят, что и не место Михаилу Афанасьевичу в таком вертепе. Я же скажу так: поставить памятник Булгакову — можно, снести его — нельзя, даже решением Киеврады.

Хотя бы потому, что в процессе сноса, самой травли, которая этому сносу предшествовала, все упомянутые персонажи словно бы каким-то волшебством превратились в героев булгаковских произведений. Можно перечитывать и едва ли не на каждой странице восклицать: «О, как он угадал! О, как он всё угадал!» — так же, как восклицал Мастер в ответ на повествование Ивана Бездомного.