Банкомат, способный участвовать в диагностике здоровья. Бесплатная школа цифровых технологий, кампусы которой открываются по всей стране. Собственная экосистема искусственного интеллекта. Еще сравнительно недавно такой перечень направлений едва ли ассоциировался бы с крупнейшим банком страны. Но встреча президента Владимира Путина с председателем правления Сбербанка Германом Грефом 22 сентября показала: сегодня разговор о Сбербанке давно вышел за пределы собственно банковской деятельности.

Вячеслав Прокофьев/ТАСС

Встреча в Кремле была посвящена текущей работе компании и ее перспективным проектам в здравоохранении, образовании и социальной сфере. Сквозной темой разговора стали технологии — прежде всего искусственный интеллект — и то, как разработки крупнейшей финансовой организации встраиваются в решение общегосударственных задач.

«Сбер» при этом остается финансовым гигантом. По итогам 2025 года объем утвержденных дивидендов достиг примерно 850 млрд рублей — новый максимум для компании. Но финансовые показатели на встрече оказались скорее фундаментом, на котором строится другая история: о превращении банка в одну из крупнейших технологических платформ России.

Особое место в разговоре заняли вопросы развития и использования искусственного интеллекта. Греф обратил внимание на степень личного погружения Путина в эту сферу:

«Все впечатлены тем, сколько времени вы провели в погружении в технологии. Это очень здорово, я думаю, мало кто из первых лиц государств так делает».

undefined

За этой репликой стоит уже сложившаяся практика. Президент неоднократно принимал участие в международных конференциях «Путешествие в мир искусственного интеллекта», в том числе в юбилейной, десятой по счету, проходившей в Москве в ноябре 2025 года.

Результатом ознакомления президента с прорывными отечественными разработками становятся перечни поручений правительству и крупнейшим компаниям — о внедрении продуктов цифровых технологий.

Так, после конференции 2022 года глава государства поручил проработать использование ИИ-технологий компаниями с государственным участием.

Тогда же был обозначен план для правительства: до 2030 года продлить программу развития исследовательских центров в сфере ИИ в рамках национальной программы «Цифровая экономика». В документе шла речь о развитии исследовательских центров, чьей задачей будет внедрение ИИ в здравоохранение.

Аналогичная работа продолжилась и позднее. На государственном уровне определяется направление и формулируются задачи, а крупнейшие российские компании превращают разработки в продукты, которыми затем могут пользоваться миллионы граждан.

Для «Сбера» искусственный интеллект стал одним из ключевых направлений такой трансформации. Компания развивает собственные модели и цифровые платформы, внедряет алгоритмы в финансовые сервисы, образование, медицину и повседневное взаимодействие с клиентами.

Именно поэтому сегодняшнее отделение «Сбера» трудно сравнивать с тем банком, который существовал еще полтора десятилетия назад. Кассовое окно, пластиковая карта и привычный банкомат дополнились биометрией, голосовыми сервисами, цифровыми помощниками и целой системой технологических продуктов.

Банкомат на службе медицины

Один из самых показательных примеров этой трансформации — использование привычной банковской инфраструктуры для медицинских технологий.

«Тоже мы сейчас очень многое делаем в части использования искусственного интеллекта в медицине. Мы выпустили последние банкоматы, в которые инкорпорирована функция диагностики», — подчеркнул Греф.

Само сочетание «банкомат с функцией диагностики» недавно могло бы звучать как футурологический прогноз. Теперь речь идет о попытке использовать уже существующую огромную сеть устройств как дополнительную точку доступа к цифровым медицинским сервисам.

Логика здесь достаточно проста. Банковские устройства распространены значительно шире многих элементов специализированной инфраструктуры и уже знакомы населению. Если часть функций первичной проверки состояния здоровья может быть встроена в такую сеть, технология получает возможность быстро выйти из лаборатории в повседневную жизнь.

С тем же подходом связано развитие мобильных диагностических комплексов для сельской местности — своеобразных цифровых ФАПов, представляющих собой переносные наборы медицинского оборудования. Главный ресурс здесь — не только сами приборы, но и возможность объединить их с обработкой данных и алгоритмами искусственного интеллекта.

Для страны с огромными расстояниями такой подход имеет очевидное практическое измерение. Цифровая диагностика не заменяет врача, но потенциально способна сократить путь до первичного обследования, помочь быстрее собрать необходимые данные и определить, нужна ли дальнейшая консультация специалиста.

Так банковская технологическая компетенция постепенно оказывается востребована уже совсем в другой отрасли.

Чему учат в «Школе 21»

Еще одно направление — образование. Здесь «Сбер» также действует не только как спонсор отдельных проектов, но и выстраивает собственную инфраструктуру подготовки кадров.

«Большое внимание уделяем еще двум направлениям. Это образование, тоже по вашему поручению. На сегодняшний день в 31 субъекте федерации открыта «Школа 21». У нас стоит очередь, в этом году, до конца года мы откроем еще 20 кампусов», — рассказал Греф.

«Школа 21» ориентирована прежде всего на цифровые и инженерные специальности. Но для государства важен и другой аспект проекта — его география. Технологические компетенции постепенно перестают быть привилегией Москвы и нескольких крупнейших городов. Сеть кампусов распространяется по регионам, а вместе с ней появляется возможность готовить специалистов непосредственно там, где они впоследствии могут быть востребованы.

В этом смысле речь идет уже не только об образовательном проекте конкретной компании. Развитие таких площадок отвечает более широкой задаче — формированию кадровой базы для экономики, в которой цифровые технологии и искусственный интеллект должны использоваться далеко за пределами собственно IT-отрасли.

Примечательно и то, что на встрече Греф прямо связал расширение проекта с поручением президента. Это показывает механизм, который сегодня всё заметнее проявляется в работе крупнейших компаний с государственным участием: корпоративные инвестиции и инфраструктура используются для масштабирования проектов, определенных как приоритетные на государственном уровне.

Развитие регионов

Региональная тема стала одной из центральных в разговоре.

«Очень большие программы мы сейчас ведем по поддержке регионов. Вы меня просили, чтобы мы все региональные программы постарались сохранить, и мы их сохраняем», — подчеркнул Греф.

У этой фразы есть важный подтекст. Масштаб современного «Сбера» позволяет компании одновременно оставаться крупнейшим финансовым институтом и участвовать в проектах, напрямую связанных с развитием территорий.

Среди таких направлений — цифровое образование, медицинские технологии, социальные инициативы, развитие инфраструктуры и расширение присутствия компании в российских регионах, включая Крым и Севастополь. В результате граница между традиционной корпоративной деятельностью и участием в реализации государственных задач становится всё менее заметной.

Именно это, пожалуй, лучше всего объясняет, почему встречу Путина и Грефа трудно воспринимать просто как очередной доклад главы банка о финансовых результатах.

«Сбер» продолжает зарабатывать на банковском бизнесе, увеличивать прибыль и перечислять значительные средства акционерам и государству. Однако одновременно он инвестирует в искусственный интеллект, образовательную сеть, медицинские технологии и региональную инфраструктуру.

Возникает модель, при которой финансовая устойчивость крупнейшей компании становится ресурсом для технологической экспансии далеко за пределами ее первоначальной специализации.

Причем президентские поручения в этой схеме играют роль связующего элемента: целый ряд проектов — от сохранения региональных программ до расширения «Школы 21» — реализуется именно в логике поставленных президентом задач.

Для государства преимущество такой схемы заключается в возможности опереться на уже существующего крупного игрока: с финансами, инфраструктурой, миллионами клиентов, собственными разработчиками и возможностью быстро масштабировать удачные решения.

Для «Сбера» это означает совсем другую роль в экономике.

Да, он остается банком, но вокруг традиционного финансового ядра за последние годы сформировалась технологическая система, которая всё активнее входит в образование, здравоохранение и социальную сферу.

Именно это стало главным сюжетом кремлевской встречи 22 сентября. Речь шла не столько о том, как много сегодня у «Сбера» отделений или выданных кредитов, сколько о том, что крупнейший российский банк постепенно превратился в одну из площадок, через которые государство и бизнес пытаются приблизить технологическое будущее к повседневной жизни — от обучения программистов до диагностики при помощи банкомата.