«За то, что русский». Политзаключенных в Прибалтике становится всё больше

В Латвии и Эстонии вступил в силу ряд приговоров по громким политическим делам, а многие узники продолжают ждать своей участи. Приговоры лицам, заподозренным в поддержке России, оказываются более тяжкими, чем убийцам.

Это осознанная тактика психологического террора: пророссийски настроенным жителям Прибалтики дают понять, что их взгляды вне закона. Президент Латвии Эдгар Ринкевич лично потребовал выносить максимально суровые наказания. И указание неукоснительно исполняется.

Осудили за то, что брал интервью

В ноябре прошлого года эстонские власти бросили за решетку независимого журналиста Олега Беседина, которого обвинили в «операциях по оказанию влияния в интересах Российской Федерации».

После почти годичного пребывания в одиночной камере он согласился признать «вину». Правозащитница Алла Березовская пишет: «Могу предположить, что в случае отказа Олега от соглашения ему бы не только выписали, как грозили, 14 лет, но и конфисковали бы всё его имущество, включая квартиру, а сам судебный процесс растянулся бы на долгие годы».

28 сентября в рамках согласительного производства Беседину назначено наказание в виде семи лет лишения свободы. С его банковских счетов государство конфисковало 60 000 евро и отобрало еще 13 000 наличными. Обещано, что ему вернут доступ к аккаунту на YouTube после удаления «запрещенного контента».

«Меня осудили за то, что я брал интервью у разных людей», — сказал в конце заседания Беседин. Отвечая на вопрос, сотрудничал ли он с российскими спецслужбами, он заявил: «У меня никогда не было связей с ними».

Резко ухудшилось состояние эстонского оппозиционного политика Айво Петерсона, главы несистемной партии «Вместе». Его признали виновным в государственной измене и дали 16 лет тюрьмы. В июне 2026 года он перенес инсульт и был с серьезным нарушением речи госпитализирован из таллинской тюрьмы в Ляэне-Таллиннскую центральную больницу. Возле палаты круглосуточно дежурила охрана.

По словам его дочери, тюремная администрация не сообщила семье о госпитализации. В телефонном разговоре с коллегами по партии Петерсон рассказывал, что частично потерял память, перестал узнавать людей, а чтение одной страницы занимает у него около двух часов. Он также имел проблемы с сердцем.

В конце сентября Петерсон вновь был доставлен в тюремную больницу в тяжелом состоянии. Ему стало плохо после перепалки с сотрудниками охраны. Как рассказал случайный свидетель, Айво в сердцах сказал охранникам, «чтобы те не надеялись на то, что он сам с собою покончит». Эта фраза, по мнению близких, свидетельствует о крайней степени отчаяния и психологического истощения.

Близкие Петерсона и члены его партии продолжают настаивать на том, что уголовное дело политически мотивировано, а условия содержания и качество медицинской помощи не соответствуют его состоянию. Они призывают к немедленному освобождению для получения им адекватного лечения.

В эстонских тюрьмах становится всё больше политзаключенных. «На четыре года осужден молодой нарвитянин (гражданин Эстонии и России) Никита Кузьмин по обвинению в работе на GRU», — отмечает оппозиционный журналист Аллан Хантсом, брошенный за решетку в декабре 2023 года.

Единственная хорошая новость последнего времени: 3 сентября, отбыв назначенный ему срок в 5,5 года, вышел на свободу правозащитник Сергей Середенко, русский омбудсмен Эстонии.

Он был арестован в марте 2021-го за «поддержание отношений, направленных против Эстонской Республики». Власти несколько раз отказывались выпустить Середенко досрочно, хотя неоднократно применяли УДО к лицам, осужденным за тяжкие уголовные преступления.

«Стыдно, товарищи латыши!»

5 октября был оглашен приговор пенсионеру Сергею Никитину, обладателю двойного российско-германского гражданства, задержанному в Латвии более года назад. В течение последних лет Никитин возил из Германии гуманитарную помощь в российские больницы и дома престарелых.

Никитин организовывал знакомых, бросал силы на поиск костылей, ходунков и инвалидных колясок, грузил их в микроавтобус и отправлялся в путь. Сергей Никитин ехал в Россию через латвийский контрольно-пропускной пункт, где предъявлял документы, открывал машину и показывал груз.

«Но однажды, очевидно, поступил приказ взять гуманизм с поличным», — рассказывает латвийский правозащитник Дэги Караев. Никитина обвинили в том, что он занимается снабжением российской армии и военных госпиталей.

В качестве «доказательств» латвийская прокуратура использовала фотографии и видеозаписи, извлеченные из телефона Никитина, — на некоторых из них фигурируют люди в камуфляже, а один человек говорит, что доставленные Сергеем вещи послужат «благополучию нашей Родины», и добавляет: «Победа будет за нами!»

Караев иронизирует: «Ведь камуфляж в России, конечно, носят исключительно действующие военнослужащие. Рыбаки, охотники, строители, охранники, грибники и поклонники недорогой практичной одежды были демобилизованы из версии обвинения как не соответствующие генеральной линии».

2 октября, зачитывая свое последнее слово, Сергей подчеркнул, что он не враг Латвии и не сделал ей ничего плохого. Он просто в двадцатый раз ехал транзитом из Германии в Россию с гуманитарным грузом, предназначенным исключительно для старых и больных людей, для детей-инвалидов, для больниц и приютов. Все сопроводительные документы у него были в порядке.

Никитин настаивал, что «военный госпиталь» из текста обвинения — на самом деле больница Белгорода, огромное многопрофильное учреждение, где лечится взрослое население города и области.

«Аппарат УЗИ, который был изъят у меня вместе с другим гуманитарным грузом, предназначался для родильного отделения», — сообщает узник. К этому следует прибавить, что, по словам Никитина, он подвергался пыткам со стороны Службы госбезопасности (СГБ) и тюремной администрации.

«Мне полтора месяца не отдавали зубные протезы, я не мог нормально питаться. Не отдавали мои медицинские препараты — 11 препаратов: от гипертонии, диабета, для сердечной системы. Давление скачет от 200 на 110. Пульс — до 120 ударов. Из-за огромного количества клопов начался страшный зуд кожи, я потерял 10–15 кг веса, упало зрение катастрофически! Отслоение сетчатки. Воспаление десен. Мои просьбы отвезти меня к стоматологу остались без внимания», — пожаловался подсудимый.

В итоге судья Элина Лейтане постановила приговорить Никитина к семи годам лишения свободы и году пробации, засчитав 13 месяцев, уже проведенных им в тюрьме. Имущество конфисковали как «связанное с преступным деянием».

Услышав приговор, Никитин начал демонстративно аплодировать: «Да здравствует самый гуманный рижский суд! Ваш приговор — это диагноз вашего государства, стыд и позор вашему русофобскому правосудию…»

Он продолжил, назвав Латвию «фашистским государством». И добавил: «Обобрали, наказали за то, что русский. Это русофобия, это ненависть. Стыдно должно быть, товарищи латыши!»

Шесть лет тюрьмы за 43 евро

26 июня 2026 года та же судья Лейтане признала виновной в «шпионаже на Россию» рижанку Светлану Николаеву.

«Вина» Николаевой заключается в том, что она привезла своему бывшему однокласснику Сергею Сидорову, таксисту, также обвиняемому в шпионаже, от его родственницы из России деньги на адвоката.

В тюрьме Николаева, у которой есть подозрение на онкологическое заболевание, столкнулась со систематическим неоказанием медицинской помощи. Ей дали пять лет тюрьмы, Сидорову — шесть.

7 октября был вынесен приговор жительнице Резекне Полине Камлёвой. На исходе прошлого года она ездила в Россию, а спустя месяц после возвращения ее задержали сотрудники СГБ. После изучения переписки женщины ее обвинили в том, что она перевела 43 евро на нужды российской армии.

В тюрьме Камлёва столкнулась с тяжелыми условиями содержания. «Всю прошлую неделю до суда мне было очень плохо. На заседание суда поехала на обезболивающих таблетках. <…> В сдаче анализов тюремный врач мне отказала», — пишет женщина. Судья Анита Дзерве дала ей шесть лет тюрьмы и три года пробации.

Продолжается судебный процесс Иветы Балоде — жены эмигрировавшего в Россию создателя канала «Антифашисты Прибалтики» Сергея Васильева. Ее задержали в Риге, куда она приехала навестить своих престарелых родителей, и обвинили в «шпионаже в пользу России».

Следующее заседание суда назначено на 7 декабря. Будут выслушаны свидетели — двое следователей СГБ и финансист Евгений Окс, друг семьи, который тоже находится под арестом по обвинению в шпионаже.

В отличие от Балоде, на свободе дожидается своего приговора студентка Татьяна Андриец. Ее обвиняют в том, что она в течение непродолжительного времени была модератором того же канала. Обеим грозят длительные сроки заключения.

Для сравнения: недавно латвийский суд вынес приговор по громкому делу генерала полиции Юриса Шулте, экс-начальника Рижского регионального управления госполиции. Суд установил, что 26 ноября 2022 года он умышленно застрелил предпринимателя Яниса Гаркалнса.

«Шулте назначили семь лет лишения свободы за убийство человека. Тане Андриец грозит от десяти лет до пожизненного заключения. Восемь месяцев она провела в СИЗО. После освобождения и длительного лечения Таня получила вторую группу инвалидности», — ужасается Андрей Пагор, депутат парламента Латвии от оппозиционной партии «Суверенная власть».

Недавно СГБ сообщила, что 28 июня задержала некую супружескую пару, которая якобы по заданию российской разведки проводила аэрофотосъемку военной базы Адажи под Ригой.

Новой жертвой шпиономании стал задержанный недавно охранник Игорь Андреев, который якобы собирал для россиян «информацию о людях и организациях, поддерживающих Украину». Он работал в рижском магазине и, имея доступ к видеокамерам, по версии латвийской прокуратуры, фотографировал и снимал на видео людей и автомашины с проукраинской и антироссийской символикой.

По расчетам ученого-экономиста Александра Гапоненко, получившего 10 лет тюрьмы за дистанционно зачитанный на заседании российского учреждения доклад об этнической дискриминации в Прибалтике, общее число политзаключенных в символическом «Балтлаге» давно перевалило за три сотни.