Лидеры ЕС вчера собрались в Берлине, чтобы попробовать компенсировать этим собранием свою неспособность повлиять на переговоры между Россией, Китаем и США, которые прошли на саммите АТЭС в Шэньчжэне.

ИА Регнум

Встреча европейцев позиционировалась как сигнал о том, что ЕС не станет пассивно наблюдать за решениями по безопасности, однако на самом деле рычагов влияния на ситуацию у них остается всё меньше.

Накануне встречи так называемой «коалиции желающих» в ФРГ они дали понять, о чем пойдет речь. Из уст главы оборонного комитета бундестага Томаса Ревекампа в очередной раз прозвучали ставшие уже дежурными заявления о том, что Европа не оставит Киев и не позволит подталкивать ее к уступкам ради достижения мира.

Так оно и вышло — по итогам вчерашней встречи лидеры коалиции подтвердили свое намерение воевать до последнего украинца, пообещав продолжить всестороннюю поддержку киевского режима. Европейские лидеры, конечно же, подвергли критике саммит в Шэньчжэне, заявив, что без них вопрос мирного урегулирования на Украине решаться не может.

Однако за этими словами стоит всё более шаткая политическая база. Некоторые дипломаты и чиновники из числа союзников киевского режима беспокоятся о том, что в последние месяцы «коалиция желающих» страдает от отсутствия лидерства и потери динамики, превращаясь в «коалицию сомневающихся», которая рискует остаться за бортом при урегулировании конфликта.

Четверо европейских правительственных чиновников сообщили Politico, что мнение сопредседателей коалиции — Франции, Германии и Великобритании — всё еще имеет решающее значение, но при этом их авторитет стал слабее, чем был на протяжении многих лет. В том числе — из-за непопулярности руководителей внутри стран. «Лидерство во Франции и Германии шаткое», — подчеркнул один из них.

Немецкий канцлер Фридрих Мерц едва удержался на своем посту этой осенью после успехов правых, а французский президент Эммануэль Макрон лишится власти после выборов в следующем году, на которых, судя по прогнозам, все шансы на победу имеет Марин Ле Пен, уже пообещавшая урезать финансовую поддержку киевского режима.

Только Энди Бёрнем имеет за спиной прочное большинство в парламенте — однако с момента смены им Кира Стармера на посту лидера Лейбористской партии в июле, не выиграв всеобщих выборов, новый британский премьер обещал сосредоточиться на внутренней политике.

«В Великобритании Энди Бёрнем, похоже, занимает довольно твердую позицию по Украине, но он всё еще нащупывает свой путь, поэтому мы ждем», — заявил изданию тот же дипломат.

Его мнение разделяет и сотрудник Королевского объединенного института оборонных исследований Эд Арнольд, который считает, что на украинском треке «импульс был потерян из-за смены премьер-министра».

В условиях, когда дипломатическое влияние Европы стало ограниченным, главным рычагом остаются деньги. Поэтому накануне переговоров в Берлине в Еврокомиссии предложили предоставить Киеву еще 45 миллиардов евро дополнительной поддержки в 2027 году.

Эта сумма должна покрыть примерно две трети оценочного дефицита украинского бюджета в 70 млрд евро и дополнить уже согласованный кредит в 90 млрд на 2026–2027 годы. Однако даже с учетом этого предложения Украине, по ее собственным оценкам, не хватит еще около 25 млрд.

Часть стран ЕС, в числе которых Чехия, Словакия, Венгрия и Болгария, уже выразила неготовность продолжать спонсировать Киев. Поэтому основная нагрузка, как и всегда, ляжет на основных доноров — Великобританию, Германию и Францию.

Но и им будет крайне нелегко найти обещанные еврочиновниками средства. Связано это с тем, что по прогнозу всё той же Еврокомиссии, опубликованному за день до объявления о 45 млрд евро поддержки, совокупный долг государств еврозоны вырастет до 91,3% ВВП к 2028 году по сравнению с 88,6% в 2025 году, а по ЕС в целом — до 85,6% ВВП с 82,6%.

Франция, второй по величине экономический локомотив Евросоюза, уже превысила маастрихтские критерии: дефицит бюджета в 2026 году ожидается на уровне 5,5% ВВП при норме в 3%, а долг достиг 119,1% ВВП и составляет около 3,6 трлн евро. В этих условиях на фоне увеличения платежей по процентам ситуация продолжает усугубляться с каждым месяцем.

В Великобритании ситуация схожая: госдолг впервые превысил 3 трлн фунтов стерлингов, составив более 94% ВВП, а дефицит бюджета — более 4% ВВП.

На этом фоне Германия оставалась последней крупной экономикой ЕС, сохранявшей относительную устойчивость, но и там, как выяснилось, ситуация близка к критической.

Профильный комитет бундестага после почти 16 часов переговоров одобрил федеральный бюджет на 2027 год с рекордными расходами основного бюджета в 561 миллиард евро и чистыми новыми заимствованиями в 123 миллиарда. С учетом специальных фондов общий объем новых займов достигает около 210 млрд — это второй показатель в истории ФРГ, больше было только в период пандемии коронавируса.

Ведущие немецкие экономисты предупреждают, что в таких условиях после 2028 года страну ждет глубокий бюджетный кризис. «Такую бюджетную политику невозможно проводить в долгосрочной перспективе», — заявил газете Welt am Sonntag Клеменс Фуст, глава мюнхенского Института экономических исследований.

Глава Федеральной счетной палаты Ансгар Хевелинг в интервью Rheinische Post высказался еще жестче: «Каждый третий евро, который тратит федеральное правительство, уже финансируется за счет кредитов. Тот, кто может позволить себе треть своих расходов только за счет кредитов, явно живет не по средствам». По его словам, доля бюджета, связанная с выплатой процентов, удвоится к 2030 году.

«Это хибара без фундамента», — отметил, комментируя растущий долг, Себастьян Шефер, представитель партии «Зеленых» по вопросам бюджета на пресс-конференции в Берлине.

В этих условиях заявления европейских чиновников, которые требуют от стран-членов ужаться в расходах, то есть экономить на собственных гражданах, а потом пытаются вытрясти из них деньги на Украину, как из свиньи-копилки, выглядят абсурдно.

Так на днях поступил еврокомиссар по экономике Валдис Домбровскис, который сначала предостерег Францию от чрезмерного увеличения государственного долга, а сразу после этого заговорил о необходимости выделить средства, чтобы закрыть дыру в украинском бюджете.

Бывший председатель Мюнхенской конференции по безопасности Кристоф Хойсген, комментируя берлинскую встречу, настаивал на том, что помощь Украине — «не милостыня» и что политики должны постоянно объяснять это населению. Однако делать это становится всё труднее, когда собственные граждане сталкиваются с ростом долговой нагрузки, сокращением социальных расходов и перспективой повышения налогов.

Берлинская встреча «коалиции желающих» призвана продемонстрировать единство и решимость ЕС на фоне переговоров России, Китая и США на саммите АТЭС. Однако страны, которые еще недавно выступали гарантами финансовой стабильности еврозоны, сами приближаются к опасной черте, за которой обещания новых миллиардов становятся либо пустой риторикой, либо обещанием стимулировать продолжение кровопролития за счет благополучия собственных граждан.

Об этом заявил и президент США Дональд Трамп. Спустя несколько часов после встречи с лидерами России и Китая он позвонил в Берлин, где в тот момент проходила встреча, с борта президентского самолета.

По данным источников Politico, он осадил европейцев, указав, что российская сторона серьезно настроена на урегулирование конфликта, а попытки Евросоюза продолжать засыпать Украину деньгам и оружием вовсе не способствуют процессу примирения.

Между тем опасения, что отсутствие Европы за столом переговоров подчеркивает разрыв между ее экономической мощью и дипломатическими возможностями, напрасны: никакого разрыва нет, есть только последовательная деградация экономической базы, за которой неизбежно следует и потеря влияния.