«Слишком уверенно наступали». Откуда хуситы взяли дроны и точные ракеты

Не прошло и недели с момента разморозки гражданской войны в Йемене, как расстановка сил в конфликте кардинально поменялась. Поддерживаемые Саудовской Аравией силы со столицей в Адене — после короткой полосы тактических успехов — потерпели сокрушительное поражение на западе Йемена.

Движению «Ансар Аллах» (хуситам) удалось не только вернуть ранее утраченные территории, но и полностью зачистить побережье от неприятеля и «захлопнуть» Баб-эль-Мандебский пролив. Что в свою очередь создало стратегическую угрозу для Эр-Рияда, который рассчитывал совсем на другой результат этой «маленькой победоносной» операции.

Сломать «Золотую стрелу»

Операция, которую хуситы назвали «Народный натиск», продолжалась около недели. После отражения атак сил центрального правительства восточнее столицы Саны (находится под контролем «Ансар Аллах» с 2015 года) хуситы перешли в контрнаступление. Однако двинулись не вглубь страны и не северо-восточнее (к саудовской границе), как явно рассчитывал оппонент, а вдоль побережья.

За короткое время им удалось взять крупные города — включая Моху (ключевой морской хаб правительственного лагеря в Красном море), Зубаб и Мурад, — а также несколько десятков населенных пунктов поменьше.

В общей сложности, с начала эскалации подразделения «Ансар Аллах» взяли под контроль шесть районов общей площадью около 5,4 тыс. кв. км, увеличив общую зону присутствия до 180 тыс. кв. км. Таким образом, к середине сентября 2026 года под контролем хуситов оказалась треть страны.

И хотя правительственная коалиция в ответ смогла продвинуться в северо-западном направлении (например, углубив зону контроля в провинции Эль-Джауф), со стратегической точки зрения кампания оказалась для Адена провальной.

Стоит отметить, что сушей география боев в этот раз не ограничилась. «Ансар Аллах» высадили морской десант на ключевые острова в «горловине» Баб-эль-Мандебского пролива. Под контроль Саны перешли острова аль-Зукар, Большой Ханиш и Малый Ханиш, а также остров Перим (Майюн), который использовался силами международной коалиции в качестве «морского форпоста».

Гарнизон красноморских островов (до 2 тыс. человек) после непродолжительных боев капитулировал под гарантии безопасности.

Успехи осени 2026 года позволили «Ансар Аллах» не только нивелировать итоги прежних наступательных операций правительства в Адене (в первую очередь операции «Золотая стрела» 2017 года, едва не поставившей движение на грань разгрома), но и установить полноценный контроль над морской логистикой через Баб-эль-Мандебский пролив, ликвидировать «слепые зоны», которыми до этого прежде пользовались предприимчивые судовладельцы.

Помимо этого, в руки «Ансар Аллах» в большом количестве попали вооружение и техника просаудовских формирований (включая тяжелые бронеавтомобили), штабные карты и планы, а также иные секретные материалы. Ряды их армии пополнили сотни перебежчиков и бывших узников местных политических тюрем.

Можно всем, но не саудитам

После зачистки прибрежных городов руководство «Ансар Аллах» объявило о завершении «Народного натиска» и стабилизации фронта. И хотя бои с центральным правительством Йемена к тому моменту не утихли (а просаудовские формирования совместно с ВВС КСА продолжили наносить удары по пригородам Мохи), спикер вооруженных сил хуситов Яхья Сари публично объявил о победе сопротивления в новой войне.

Не упустил официальный «голос хуситов» и шанса прокомментировать те перемены, которые принес региону захват силами «Ансар Аллах» всего красноморского побережья.

Общий посыл речи Сари сводился к тому, что с победой «Народного натиска» хуситы стали ключевой силой в Йемене и с захватом стратегических островов способны полностью контролировать трафик через Баб-эль-Мандебский пролив.

Теперь Сана намерена применить к этой зоне проверенный иранцами «Ормузский механизм», в том числе обложить курсирующие в этих местах суда добровольно-принудительной пошлиной. А взамен обеспечить безопасное гражданское судоходство.

Правда, благосклонность хуситов ожидаемо не распространяется на Саудовскую Аравию. Для нее «красноморские ворота» оказались запечатаны, в отместку за ранее введенную блокаду йеменских портов.

«Вооруженные силы Йемена подтверждают, что морская навигация безопасна для всех компаний, но не для саудовских судов, против которых и так уже действует блокада», — подчеркнул Сари.

Впрочем, для официального Эр-Рияда фактическое закрытие Баб-эль-Мандебского пролива стало не единственной проблемой. После повреждения и частичного вывода из строя инфраструктуры нефтепровода «Восток — Запад», который королевство использовало для перегонки нефтепродуктов из портов в Ормузском проливе на Красное море и обратно, — саудиты лишились возможности оперативно перераспределять потоки между двумя маршрутами, что ранее позволяло «вписываться» в короткие периоды разблокировки морских артерий.

В сочетании с усилившейся блокадой Красного моря Эр-Рияд будет вынужден искать новые — более дорогие и длинные — маршруты, что непременно отразится на экономике королевства, все еще сильно зависимой от экспорта энергоресурсов.

Помощь друзей

После завершения активной фазы боевых действий война переползла в политическую плоскость. Стремясь объяснить внезапный успех хуситов, США обвинили Иран в «дирижировании» операцией «Народный натиск». Претензию поддержал и Дом Саудов — правда, для перестраховки предпочел вложить эти обвинения в уста провластных блогеров и экспертов.

В Вашингтоне и Эр-Рияде уверены, что дело не обошлось без военных советников — слишком уж уверенно и нетипично эффективно действовали хуситы на направлениях, где прежде не могли годами продвинуться и на сотню метров.

Более того, в первые дни контрнаступления «Ансар Аллах» в арсенале пехоты внезапно и в большом количестве обнаружились беспилотники (в том числе и FPV-дроны), средства разведки и связи; у стратегических сил расширилась номенклатура баллистических ракет, а их точность кратно возросла. А хуситский «флот» каким-то образом смог подобраться к стратегически значимым островам незамеченным.

Ходили слухи, что Тегеран командировал в Йемен около двадцати высокопоставленных командиров КСИР, однако иранские власти эту информацию отрицают.

Впрочем, критикуя Тегеран, Вашингтон деликатно умалчивает о собственных попытках кулуарно помочь аравийскому союзнику и его йеменской креатуре.

Так, с начала сентября Штаты — несмотря на публично озвученный Дональдом Трампом отказ вмешиваться в «чужую войну» — серьезно расширили объемы разведывательной поддержки Эр-Рияда, в том числе поставляли саудовскому генштабу данные по выявленным целям.

Впоследствии эти данные использовались саудитами для нанесения авиаударов, а подразделениями центрального правительства Йемена — для корректировки артиллерийского огня. По разным оценкам, работу по координации ударов осуществляли от 100 до 200 американских военнослужащих.

Однако Саудовская Аравия, по всей видимости, рассчитывала и на поддержку с моря и воздуха. Особенно когда ситуация окончательно вышла из-под контроля.

Посланцы Дома Саудов всю неделю преследовали американских военных чиновников и наносили непубличные визиты в Белый дом и Пентагон, однако убедить их вмешаться так и не смогли. Развернутые в регионе европейские морские силы также предпочли не участвовать в боях — в силу занятости борьбой с сомалийскими пиратами.

Интересно, что от вмешательства в йеменскую войну под разными предлогами в итоге уклонились и новообретенные союзники Эр-Рияда по «Мекканскому пакту», Турция и Пакистан.

С точки зрения Анкары и Исламабада, эскалация фактически началась с попыток Дома Саудов изменить баланс сил внутри Йемена в свою пользу, а значит, и издержки за последствия должен нести не весь альянс, а только конкретная страна.

Правда, такая расстановка приоритетов не добавила привлекательности «Мекканскому пакту», который ранее позиционировался как местный аналог НАТО.

Происходящее загоняет Саудовскую Аравию в стратегический капкан. Эр-Рияд в последние годы всеми силами пытался избежать прямого возвращения в йеменскую войну. Однако после триумфа хуситов на побережье и создания угрозы национальной экономике новая «Буря решимости» становится скорее вопросом времени — и «партия войны» в саудовских элитах активно намекает на такой исход.

Впрочем, близкие к наследному принцу Мухаммеду бен Салману технократы не теряют надежды решить вопрос без проведения новой операции. Например, через поиск компромиссов с Ираном или заключение с «Ансар Аллах» сепаратного мира или хотя бы перемирия по образу и подобию межйеменских консультаций 2022 года.