Экстремальная жара, накрывшая Европу, внесла коррективы в летнюю кампанию по подготовке к отопительному сезону. Вместо планомерного накопления резервов энергокомпании вынуждены направлять ресурс на текущее потребление. Темпы закачки природного газа в подземные хранилища (ПХГ) опустились до минимальных значений за последние шесть лет. С начала июля объем резервирования сократился на 14% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Подобное проседание графиков формирует серьезную угрозу для энергетической стабильности региона и создает базу для резкого скачка цен грядущей осенью.

Иван Шилов ИА Регнум

Аномально высокие температуры в июне и июле провоцируют пиковое использование систем кондиционирования в частном и коммерческом секторе. Рост потребности в электричестве совпадает со спецификой работы возобновляемой энергетики. Мощные летние антициклоны часто сопровождаются безветрием, что снижает выработку парков ВЭС в Северном море, а пересыхание рек на юге и в центре Европы ухудшает показатели генерации гидроэлектростанций. Основная нагрузка по балансировке энергосетей ложится на тепловые станции, работающие на газе.

Траты на охлаждение офисов в европейских городах оборачиваются недобором запасов к ноябрю. Европейские нормативы требуют довести уровень заполненности ПХГ до 90% к началу отопительного сезона. Если в предыдущие годы достижение этой цели проходило без особых затруднений благодаря стабильному импорту, то сейчас график находится под угрозой. Чтобы компенсировать июльское отставание, импортерам придется резко нарастить закупки в конце августа и сентябре.

Концентрация спроса на коротком временном отрезке неминуемо приведет к обострению конкуренции на спотовом рынке. Европейским покупателям предстоит перебивать ценовые предложения азиатских импортеров. Япония, Южная Корея и восточные провинции Китая сейчас также переживают периоды экстремальных температур, активно скупая свободные партии американского и австралийского СПГ. Подобный сценарий делает осеннее ралли на европейском газовом хабе TTF высоковероятным событием.

Ситуация усугубляется тем, что климатический сбой совпал с кризисом на стороне предложения. Ожидания быстрой нормализации поставок после подписания июньского меморандума между США и Ираном не оправдались. Более того, соглашение фактически утратило силу: в начале июля США отозвали временное разрешение на экспорт иранской нефти и нанесли военные удары в ответ на атаки по коммерческим судам в Ормузском проливе. МИД Ирана назвал действия Вашингтона грубым нарушением 10-й статьи Исламабадского меморандума, возложив на США ответственность за последствия. Перемирие в зоне Персидского залива, продлившееся менее трех недель, окончательно рухнуло.

Таким образом, коммерческое судоходство через Ормузский пролив так и не успело восстановиться. Владельцы газовозов и страховые синдикаты продолжают оценивать регион как зону повышенного риска. Стоимость страхования грузов остается заградительной, делая доставку ближневосточного СПГ неоправданно дорогой. Патрулирование акватории иранскими военными катерами продолжается, а крах даже краткосрочного урегулирования заставляет трейдеров закладывать в цену премию за возможный срыв поставок в любой момент. Растет и число желающих получать ренту за пропуск судов через пролив (к Ирану могут добавиться США и Оман, что стабильности и предсказуемости не добавляет).

К логистическим проблемам добавляются производственные. Инфраструктура Катара, пострадавшая в ходе весенней фазы конфликта, работает с существенными ограничениями. Восстановление технологических линий на комплексе Рас-Лаффан требует длительного времени и поставок сложного оборудования из-за рубежа. Мировой рынок физически лишен значительной части привычных объемов сжиженного газа. Европа не может просто увеличить заявки на импорт для заполнения хранилищ — свободного ресурса в нужном объеме сейчас нет.

Для реального сектора европейской экономики перспектива осеннего взлета цен означает новый виток обвала. Энергоемкие производства — выплавка стали, синтез азотных удобрений, стекольная промышленность — только начали адаптироваться к последствиям весеннего кризиса. Рост газовых котировок в сентябре или октябре поставит многие предприятия перед тяжелым выбором: работать с отрицательной маржой или вновь останавливать конвейеры.

Разница в операционных расходах между европейскими и американскими предприятиями рискует увеличиться еще больше. В США газовый рынок опирается на внутреннюю добычу, что защищает местных производителей от глобальной волатильности. Для химических корпораций уровня BASF или LyondellBasell удорожание ресурса в Европе становится поводом для ускорения переноса производства за океан.

Крупные промышленные потребители в ЕС обычно страхуют часть своих рисков через долгосрочные контракты, однако спотовая составляющая всё равно формирует значимую часть их затрат. Удорожание энергии немедленно отразится на стоимости конечной продукции, придавая новый импульс потребительской инфляции. ЕЦБ окажется в сложном положении: попытки стимулировать экономический рост столкнутся с необходимостью сдерживать цены, растущие из-за энергоносителей.