Еще несколько лет назад антидепрессанты воспринимались как препараты для относительно узкой группы пациентов. Сегодня исследования и статистика продаж в России показывают устойчивый рост их потребления.

Иван Шилов ИА Регнум

Причин у этого много: от экономической неопределенности и международной напряженности до, элементарно, ускорившегося темпа жизни. Одним словом, объективных поводов для беспокойства хватает. Но есть и другой фактор, который нередко остается за кадром — информационная среда.

Классическая фраза профессора Преображенского «не читайте советских газет до обеда» сегодня звучит почти как невыполнимая рекомендация. Если раньше человек мог просто отложить газету, то теперь тревожный контент сопровождает нас повсюду. Тревога становится оружием за внимание. И использует это оружие множество людей и организаций.

Мигранты, пенсии, вопросы безопасности, социальные выплаты и другие чувствительные темы зачастую распространяются и так неплохо. Но также это отличные векторы для проведения психологических операций спецслужбами других стран. Именно на таких поводах вспыхивают офлайн-конфликты, общество очень возбудимо на такие темы.

Не отстают и нечистоплотные представители отдельных бульварных СМИ. Заголовки вроде «В России запретят…» или «Власти готовят…» зачастую основаны не на принятом решении, а лишь на инициативе отдельного депутата или вообще какого-то общественного деятеля из неизвестно какой дыры. До сути материала многие читатели уже не доходят — эмоциональная реакция возникает после прочтения заголовка.

Медиа в социальных сетях, а также крупные аккаунты и паблики сегодня живут в условиях жесткой конкуренции за внимание. Скорость публикации часто становится важнее проверки информации.

Особенно это заметно в социальных сетях, где многие популярные сообщества ведут не профессиональные журналисты, а администраторы, для которых главным показателем являются просмотры, реакции и репосты. В таких условиях вероятность ошибок, преувеличений и манипуляций возрастает кратно.

Есть и человеческий фактор. Любая тревожная новость привлекает внимание лучше спокойной. Поэтому пользователи сами активно распространяют подобный контент, комментируют его, делают эмоциональные подборки и инструкции на все случаи жизни.

Например, рассылают родителям в возрасте карточки из социальных сетей на тему «Что делать, если БПЛА на скорости 230 км/ч влетает в твою квартиру». Спойлер: скорее всего уже ничего. А вот родители будут хуже спать.

Тут еще хороший пример — это ситуация с трагедиями при пожарах на складах «Вайлдберрис». Как только это произошло, блогеры разных размеров сразу же забыли про погибших, но тут же не преминули рассказать, что предприниматели не получат ничего. И это еще до официальных комментариев компании.

На руку манипуляторам и продавцам тревоги, конечно же, еще очень сильно играют эффект эхо-камеры и рекомендательные технологии социальных сетей. Если совсем просто: чем больше ты потребляешь контент про котиков, тем больше будешь видеть про котиков. Если же потребляешь тревожный контент, то именно он и будет преследовать тебя везде.

Давайте опять процитируем классика: «Что делать?». Лишь рестриктивная государственная политика в формате «не читайте/не снимайте/не пересылайте» в XXI веке однозначно приводит только к невероятному распространению всех слухов. Ведь «власти запрещают и скрывают» не просто так — именно подобным образом мыслит пользователь.

Гораздо эффективнее открытая информационная политика, оперативное разъяснение сложных тем и присутствие авторитетных экспертов в инфокластерах.

Для самих пользователей рецепт тоже достаточно прост. Стоит дозировать потребление новостей, отказаться от откровенно хайповых площадок, которые зарабатывают на эмоциях аудитории, и оставить несколько профессиональных источников информации с понятной редакционной политикой.

Поверьте, два-три профессиональных СМИ или нейтральных проверенных канала в социальных сетях закроют на 100 процентов вашу жажду получать свежие новости.

Ну и читать тревожные новости за два-три часа до сна — тоже идея так себе.