Прошлой осенью Лондон заявлял о неизбежном «полном и окончательном» разрыве энергетических связей с Москвой. К настоящему моменту выясняется, что британские власти поторопились: на прошлой неделе была выдана бессрочная лицензия, разрешающая импорт дизельного и авиационного топлива, произведенного из российской нефти на зарубежных нефтеперерабатывающих заводах. Это решение, фактически дезавуирующее значительную часть санкционного давления последних лет, стало прямым следствием хаоса на мировых энергетических рынках.

Иван Шилов ИА Регнум

Для Даунинг-стрит вопрос происхождения углеводородов отошел на второй план перед угрозой остановки национальной транспортной системы и коллапса гражданской авиации. Почему «теневая» зависимость Запада от российских ресурсов оказалась глубже, чем предполагали составители санкционных пакетов?

Главным триггером для смягчения позиции Лондона стала критическая ситуация в Ормузском проливе. Спустя два месяца после начала американо-израильской операции против Ирана глобальный рынок нефтепродуктов стал испытывать сильный дефицит средних дистиллятов — дизеля и керосина.

Великобритания, обладающая ограниченными мощностями собственной нефтепереработки, является нетто-импортером этих видов топлива. До 2022 года Россия обеспечивала около 20–25% всех британских потребностей в дизельном топливе. После введения эмбарго Лондон переориентировался на поставки из стран Персидского залива (преимущественно Саудовской Аравии и ОАЭ) и Индии.

Блокировка Ормуза в значительной степени отрезала британский рынок от арабских НПЗ. Прогноз главы МЭА Фатиха Бироля о том, что запасов авиакеросина в Европе хватит лишь на шесть недель, для Британии звучит очень нехорошо. В условиях, когда логистика в обход Африки удлиняет сроки доставки топлива на 15–20 суток, а стоимость физических партий сырья в Заливе торгуется с премией в $15 к Brent, Соединенное Королевство балансирует на краю — в любой момент топливо может закончиться. Выдача лицензии на импорт продуктов переработки российской нефти — это попытка экстренно расширить базу поставщиков за счет заводов, имеющих доступ к трубопроводному и морскому сырью из РФ.

Существует важный инженерно-экономический аспект, который зачастую игнорируется политиками и широкой публикой. Мировая система нефтепереработки сегментирована. Американская сланцевая нефть (WTI), которую США активно экспортируют в Европу, является «легкой» и «сладкой» (малосернистой). При ее переработке получается большой выход бензина, но крайне малый объем дизельного топлива и авиакеросина.

Для производства качественного дизеля НПЗ требуется «средняя» нефть — такая как российская Urals или сорта из Персидского залива. Когда ближневосточное сырье исчезло с рынка из-за войны, единственным доступным источником «правильных» молекул для производства дизеля и керосина в Евразии осталась Россия.

Заводы в Индии, Турции и ряде других стран исторически настроены на переработку именно таких сортов. Продолжая закупать российскую нефть по трубопроводам и через «теневой флот», эти предприятия превратились в гигантскую «прачечную» для мирового рынка. Британия, разрешая импорт продукции этих заводов, фактически признает: без участия российских баррелей в производственном цикле обеспечить заправку британских фур и самолетов невозможно.

Решение британского регулятора имеет под собой и финансовое обоснование. Доходность государственных облигаций Великобритании (гилтов) в мае 2026 года вплотную приблизилась к 5%, отражая панику инвесторов перед лицом новой волны инфляции. Стоимость литра дизеля на британских заправках вплотную подошла к отметке 1,9 фунта.

Дальнейшее искусственное ограничение предложения топлива через санкционные барьеры гарантированно привело бы к взлету цен на логистику внутри страны, что добавило бы минимум 1,5–2 процентных пункта к инфляции, остановке рейсов бюджетных авиакомпаний, для которых стоимость керосина составляет более 40% операционных расходов, а также необходимости тратить миллиарды фунтов из бюджета на экстренные субсидии населению.

Выдача лицензии позволяет британским трейдерам закупать более дешевое топливо из «смешанного» сырья, смягчая остроту ситуации. По оценкам аналитиков JPMorgan, этот шаг может снизить оптовые цены на дизель в Северо-Западной Европе на 10–12% в течение месяца за счет легализации потоков, которые ранее шли по сложным и дорогим серым схемам.

Кейс с британской лицензией на «российско-индийский» дизель демонстрирует, что западная санкционная политика в энергетике напоминает фарс. Невозможно изъять из мирового оборота 10% добычи нефти и 15% мирового экспорта нефтепродуктов без разрушительных последствий для самих инициаторов ограничений.

Выяснилось, что западные рынки могут отказаться от прямых закупок у «Роснефти» или «Лукойла», но есть физические характеристики российской нефти, необходимые для работы их инфраструктуры. В условиях 2026 года, когда ближневосточный военный кризис уничтожил «подушку безопасности» в виде свободных мощностей ОПЕК, российское сырье вновь стало фактором выживания для Европы. Кроме того, ситуация показывает, что в Британии не ждут быстрого разрешения энергокризиса. И это, пожалуй, достаточно прозорливо.