«Отыгрываются на беспомощных»: русских в тюрьмах Латвии содержат садисты

Уже более двух месяцев в застенках Рижской центральной тюрьмы находится Виктор Гущин — видный представитель русской общины Латвии, историк и общественный деятель.

На данный момент перспективы пожилого учёного выглядят незавидными — судя по всему, Виктору Ивановичу грозит длительный тюремный срок. Самое же тревожное заключается в том, что пожилого мужчину начали подвергать в камере мерам физического воздействия.

На «Седьмое небо»

67-летний уроженец Елгавы Виктор Иванович Гущин — кандидат исторических наук, доцент, автор около двухсот статей и монографий.

Помимо научной деятельности, он занимался и политической. Гущин — ветеран оппозиционной партии «За права человека в единой Латвии», позже переименованной в «Русский союз Латвии». Виктор Иванович возглавлял общественную организацию «Русская община Латвии», являлся координатором Совета общественных организаций Латвии, членом Всемирного координационного совета российских соотечественников, проживающих за рубежом.

Гущин жёстко критиковал латвийский националистический режим — аргументированно, с применением научного аппарата. Этим он уже давно привлёк внимание местной Полиции безопасности, а затем — Службы госбезопасности (СГБ). Виктор Иванович постоянно упоминался в их публичных ежегодных отчетах, посвященных «агентам влияния Москвы».

Гущину следовало бы уехать — уже в 2022 году стало ясно, что долго оставаться на свободе ему не позволят. Однако он не уехал — по двум причинам. Во-первых, не захотел бросать 95-летнюю мать. Во-вторых, из присущего ему стоицизма: в течение нескольких десятилетий он сражался за права русских Латвии и счёл, что его отъезд стал бы бегством.

Тем временем ему поступало всё больше сигналов тревоги. В начале прошлого года в книжных магазинах латвийской сети Polaris изъяли из продажи исторические сочинения Гущина, посвящённые Латвии. «Я тогда гадал: кому они помешали? Но потом в интернете наткнулся на заметку с названием «С книжными магазинами строго поговорили», в которой среди прочих неприемлемых для продажи в Латвии книг была указана и моя «Постсоветская Латвия — обманутая страна», — позднее делился учёный из тюрьмы.

По его словам, в 2024 и 2025 гг. он получал предупреждения от сотрудников латвийских спецслужб — мол, не нарушай закон и не активничай. Виктор Иванович понимал: за ним внимательно наблюдают. И старался не давать никаких «зацепок».

Но всё равно 17 декабря к его дому в Елгаве подъехал «чёрный воронок». Сотрудники СГБ застали Виктора Ивановича, когда он выходил, чтобы купить продукты, воду и поехать к матери, проживающей на загородной даче. Один из «гостей», представившийся следователем, сообщил Гущину, что в его отношении 26 ноября было возбуждено уголовное дело по ст. 84 («нарушение санкций»). На учёного надели наручники и увезли на допрос.

Потом состоялся обыск в небольшой квартире Гущина, заставленной его книгами, которые незадолго до того вернули из магазинов и городского музея. «Люди в чёрном» тщательно перелистали все работы. Изъяли старенький компьютер, планшет и флешки. Потом всей бригадой поехали на второй обыск — на дачу.

Этого Виктор Иванович опасался более всего: вдруг мама испугается и перенервничает. В девяносто пять такие встряски категорически противопоказаны. О дальнейшем Гущин позже сообщил так: «Когда мы приехали, уже темнело, мама была на кухне и топила печь. Появление полицейских она встретила внешне спокойно, но что чувствовала на самом деле — не знаю. После обыска на даче мы на короткое время вернулись в городское отделение СГБ, а примерно через час меня повезли в Ригу на ''Седьмое небо''» (так в народе называют городской изолятор временного содержания)».

Вести из камеры

Репрессии в отношении русских жителей Латвии и условия их содержания в местных тюрьмах давно вызывают большую обеспокоенность честных журналистов и правозащитников. В частности, как ранее писало ИА Регнум, в нечеловеческих условиях содержатся политические заключённые Рижской женской тюрьмы Светлана Николаева, Елена Крейле, Полина Камлёва и Ивета Балоде.

В прошлом году в латвийской тюрьме умерли двое заключённых — критиковавший латвийское государство Валерий Дуден и обвинённый в «шпионаже в пользу России» предприниматель Игорь Бобырь, подвергавшийся пыткам.

Преследуются и видные политики. Так, недавно апелляционный суд подтвердил приговор, вынесенный в 2023 году экс-министру внутренних дел страны Янису Адамсонсу — более восьми лет за всё тот же «шпионаж».

И это — только несколько характерных примеров из длинного перечня случаев произвола латвийских властей в отношении людей, по тем или иным поводам обвинённых в «пророссийских взглядах».

Неудивительно, что арест пожилого ученого был однозначно расценен русской общиной Латвии как акция устрашения. «Я так понимаю, это для отчётности, зарплату отрабатывают. Заодно и остальных припугнуть, а то распоясались. Отыгрываться на беспомощных — это, в принципе, суть нашего государства и его церберов», — отмечает депутат горсобрания Риги от оппозиционной партии «Суверенная власть» Инна Дьери.

Суд не захотел проявить милосердие — ученому отказали в условном освобождении, хотя он просил, чтобы ему позволили ухаживать за немощной мамой. Известие о том, что Гущин помещён под стражу, вызвало ликование в среде националистов — они начали публиковать благодарности в адрес СГБ, изловившей «опасного преступника».

Люди, хорошо знакомые с Гущиным, подчёркивают, что в последние годы он отошёл от активной общественно-политической деятельности и занимался только написанием книг, посвящённых истории родной Елгавы.

Сам Виктор Иванович вскоре передал из следственного изолятора весточку. «Допрос, который начался через некоторое время в городском отделении СГБ, мне показался разговором как бы совершенно ни о чем, каким-то бессвязным и хаотичным. Единственная конкретика сводилась к предъявлению мне двух моих статей на сайте «Ритм Евразии», — отметил Гущин.

Действительно, Гущин в течение многих лет являлся постоянным автором этого российского сайта. Последний раз он публиковался там в 2023 году, когда вышел его материал «Государство с этнократическим режимом власти: это — Латвия».

В Службе госбезопасности считают установленным, что в материалах Гущина на «находящемся под санкциями ЕС» портале содержались «прославляющие РФ и дискредитирующие Латвию утверждения». По рекомендации СГБ доступ к сайту в Латвии был заблокирован. Уголовный закон предусматривает, что максимальное наказание за нарушение санкций ЕС — лишение свободы сроком до пяти лет.

Между тем ресурс не находится под санкциями! Но для сотрудников «охранки» это не имеет никакого значения: они решили посадить Гущина, не заморачиваясь с поводом.

22 января на волю пришло письмо от Гущина. Виктор Иванович сообщил, что тюремная администрация отказалась отдать ему отправленную друзьями куртку с капюшоном — так как она, оказывается, напоминает по расцветке одежду охранников. Но еще более странно, что бдительному сотруднику рижского централа не понравилась массажная расческа — потому что она, на его взгляд… женская! Завернули и календарь на 2026 год — «Памятные места Риги на старинных открытках».

Но главная проблема связана с лекарствами. Гущин — диабетик. Как он написал в письме, запаса лекарств, взятых при аресте, ему хватит на два месяца. Заявление на другие медпрепараты тюремная администрация ему не подписала…

Виктор Иванович передал привет всем друзьям и отзывчивым людям, которые поддерживают его в трудный период его жизни. Сообщил, что старается не отставать от жизни, с интересом поглощая всю прессу на разных языках, которую ему присылают с воли. Он заказал в тюремной библиотеке книги по истории Латвии и России, а также латвийскую конституцию. Но конституции в библиотеке не оказалось.

«Друзья, Виктор Иванович будет искренне признателен за исторические книги, современную аналитику, свежую прессу. Хотите порадовать уважаемого человека — можно отправить ему книги и прочее, что он просит, по почте или принести передачу в Рижскую центральную тюрьму. Теплой одеждой узник обеспечен, говорит, уже лежит горочкой. Виктор всем благодарен и просил передать огромное спасибо за отзывчивость!» — сообщила латвийская правозащитница, независимая журналистка Алла Березовская, курирующая сбор помощи для политических заключенных.

Ни жалости, ни снисхождения

30 января Гущин переслал на волю еще одно письмо. «Нехватка информации — это, пожалуй, главный недостаток пребывания в тюрьме», — написал он. Историк рассказал о том, что получил небольшую посылку от своей бывшей студентки, учившейся у него в 1985 году. В посылке был томик стихотворений Анны Ахматовой, чистый конверт с марками и поздравительная открытка с Новым годом.

А 18 февраля стало известно о нападении на Гущина в тюрьме. Отметим, что камеру он делит еще с двумя заключенными, оба — выходцы с Украины. Инцидент произошел в два часа ночи, когда 67-летний кандидат наук спокойно спал. Неожиданно и без всякой причины на Виктора Ивановича напал сокамерник и начал его избивать. На помощь пожилому человеку пришел второй сосед: он пытался утихомирить агрессора и с трудом его оттащил. Драка продолжалась около получаса.

Причём охрана той ночью заглядывала в камеру несколько раз, но акт о нападении составлен не был. На следующее утро адвокат написала начальнику тюрьмы жалобу с просьбой о переводе ее клиента в другую камеру. Нахождение в одном помещении с явно неуравновешенным человеком крайне опасно, но администрация тюрьмы не спешит его изолировать.

Немедленно возникло подозрение, что пожилого диабетика специально поместили в одну камеру с таким сокамерником — это обычная в подобных случаях форма давления. Очевидно, от Гущина добиваются признания им своей «вины».

Хотя прошло два месяца с момента задержания и помещения под стражу Гущина, всё это время никаких процессуальных действий в его отношении не проводилось.

«Зачем тогда держать в таких жутких тюремных условиях мирного пожилого человека — ученого, историка, краеведа? Это уже просто какой-то откровенный садизм в изощренной форме! Виктор Гущин болен диабетом, а дома осталась его 95-летняя мама — без постоянного ухода и опеки, т. к. младший сын был ее главной опорой и помощником. Скажите, у следователей и судей в Латвии вообще есть сердце или хотя бы совесть? Как так можно?» — взывает Березовская.

Буквально на следующий день после нападения на Гущина суд рассматривал возможность изменения ему смены пресечения — по латвийским законам делать это нужно каждые два месяца. Суд наотрез отказал Виктору Ивановичу в условном освобождении, распорядившись оставить его в камере.