«Гестапо задержало нашего товарища». В Латвии арестован русский историк
17 декабря стало известно о задержании президента «Русской общины Латвии», доктора исторических наук Виктора Ивановича Гущина. По его месту жительства в городе Елгаве произведен обыск.
Его обвинили в сотрудничестве с «российским пропагандистским ресурсом».
Гущин — один из виднейших представителей русских соотечественников Латвии: он давно уже раздражал власти своей деятельностью. Его задержание — еще один признак того, что местную русскую общину «корчуют» системно, лишая ее вожаков и идеологов, превращая в дезорганизованную толпу.
Сбывшиеся пророчества
Кандидат исторических наук, доцент Виктор Гущин родился в Елгаве в 1958 году — и жил в ней до сих пор. Занимался научной, организаторской и политической деятельностью.
Гущин — ветеран оппозиционной партии «За права человека в единой Латвии», позже переименованной в «Русский союз Латвии». Он активный участник российской политики соотечественников. Виктор Иванович возглавлял общественную организацию «Русская община Латвии», являлся координатором Совета общественных организаций Латвии (СООЛ), членом Всемирного координационного совета российских соотечественников, проживающих за рубежом.
Он регулярно выступал с докладами, посвященными положению русских в Латвии и, шире, международной обстановке.
Так, еще в августе 2014 года, выступая в рижском «Доме Москвы» (ныне конфискованном латвийскими властями) на конференции «Русский мир Латвии и вызовы XXI века», ученый предупреждал:
«В Латвии у власти сегодня находится так называемая «партия войны», которая вместе с США и их сателлитами фактически толкает Европу и Россию к полномасштабной кровавой бойне».
Как историк он сравнивал события на Украине и в Латвии, отмечая, что если украинские радикальные наци захватили власть в 2014 году, то их латвийские «коллеги» добились этого еще в 1991-м.
Гущин предрекал, что латвийские власти будут сворачивать еще имевшиеся в стране на тот момент «остатки демократии», взяв курс на построение жесткого этнократического режима — что и произошло по факту.
Особенную озабоченность у него вызывала судьба русских школ, которые намного старше латвийского государства — первую из них открыли в Риге распоряжением императрицы Екатерины II в 1788 году. Виктор Иванович очень точно предсказал решение об окончательной ликвидации школ, принятое властями Латвии в 2017 году.
По его словам, русские школы являлись помехой формированию новой исторической памяти, призванной реабилитировать довоенный диктаторский режим Карлиса Ульманиса и преступления нацистских коллаборационистов периода гитлеровской оккупации Латвии. Гущин прозорливо отмечал, что после уничтожения русского образования дальнейшее существование русскоязычной общины в стране окажется фактически невозможным.
А после уничтожения школ русская культура Латвии в том огромном многообразии, в котором она еще существовала на момент 2014 года, быстро уйдет в небытие.
«Но русской общине угрожает не только это. Ликвидация русского образования, как образования, основанного на русских духовных ценностях, неизбежно приведет к воспитанию из молодого поколения русских людей русофобов и еще более ярых латышских националистов, чем даже сами латышские националисты. Именно к такому результату привела для части русскоязычных жителей более чем 23-летняя промывка мозгов на Украине», — подчеркивал Виктор Гущин.
Сейчас приходится признать, что все, о чем он тогда предупреждал, быстро становится реальностью.
Гущин — автор около двухсот научных статей и монографий. Некоторые из них содержат острую и аргументированную критику латвийской политики внутреннего этноцида.
«Очевидно, что отсутствие у властей соответствующих контраргументов и является истиной причиной его ареста», — отмечает правозащитник Владимир Бузаев, глава Латвийского комитета по правам человека.
Кстати, среди работ Гущина есть и многотомный труд, посвященный им истории родной Елгавы с древнейших времен. Профессиональное исследование им исторического наследия города и страны однозначно доказывает, что русские в Латвии — отнюдь не гости.
«Этот хорошо документированный выдающимся историком факт служит, видимо, в его деле «отягощающим обстоятельством», — полагает Бузаев.
Виновен в защите русской культуры
В 2016 году Гущин рассказывал, что политика государственной русофобии, запугивание еще существовавших тогда русских школ языковыми и прочими проверками — всё это делает труд русских учителей по-настоящему подвижническим.
«Но даже в этих условиях общими усилиями нам всё же удается не просто сохранять в Латвии русский язык и культуру, но и постоянно напоминать о роли русских деятелей культуры и науки в истории Латвии. Я и сам как историк, и мои коллеги — Татьяна Фейгмане, Феликс Талберг, Сергей Мазур, Игорь Гусев, Олег Пухляк, Александр Гурин, Александр Ржавин и другие — многое делаем, чтобы историческая правда о наших великих русских предках не была стерта из памяти подрастающего поколения», — говорил Виктор Иванович.
Тучи над ним начали сгущаться давно — он постоянно упоминался в выпускаемых Службой госбезопасности Латвии публичных ежегодных отчетах, посвященных выявленным СГБ «агентам влияния Москвы».
Выдержка из очередного отчета, опубликованного в феврале текущего года, гласит:
«По мнению СГБ, прокремлевские активисты в Латвии разобщены, дезориентированы и не способны организовать значимые мероприятия в поддержку России, которые позволили бы ей достичь целей «политики соотечественников».
В число таких активистов входит Виктор Гущин, который продолжает поддерживать связи с Россией, но не только он, а «несколько прокремлевских активистов, таких как Александр Гапоненко, Владимир Линдерман, Татьяна Андриец, Александр Гильман и Алла Березовская, в течение прошлого года координировали свою деятельность в связи с продолжающимися судебными процессами против них и текущими событиями во внутренней политике Латвии».
Первым о задержании Гущина узнал сопредседатель «Русского союза Латвии» Андрей Пагор. Вечером 17 марта он опубликовал сообщение:
«В Елгаве гестапо задержало нашего товарища, соратника и члена моей команды Виктора Ивановича Гущина. Еще один удар по мне и «Русскому союзу Латвии». Вы меня посадите, суки, что ж вы женщин и стариков сажаете!»
Немногим позже известие подтвердили и подконтрольные государству СМИ. Из опубликованных ими заметок следовало, что 17 декабря Служба госбезопасности провела обыски на двух объектах в Елгаве и в рамках уголовного процесса задержала одного человека, которым и оказался Гущин.
Массмедиа, сообщившие о задержании, утверждают, что его в среде российских должностных лиц «длительное время представляли как лидера движения сторонников так называемой «политики соотечественников» России в Латвии». Подчеркивается, что Гущин регулярно посещал проводимые в России конференции для зарубежных соотечественников.
«Он работал преподавателем, издавал книги по истории и публиковал различные материалы с выгодными Кремлю и дискредитирующими Латвию нарративами, например о якобы возрождении нацизма в Латвии и дискриминации русскоязычного населения», — пишут пропагандистские СМИ.
В особенную вину Гущину ставится тот факт, что он продолжил эту деятельность и посещал организованные Россией мероприятия также и после начала СВО на Украине.
Наконец, 18 декабря поступили и официальные разъяснения: историка обвиняют в «сотрудничестве с российским пропагандистским ресурсом, находящимся под санкциями ЕС». Суд назначил меру пресечения в виде заключения под стражу.
Уголовный кодекс Латвии предусматривает, что максимальное наказание за нарушение санкций ЕС — лишение свободы сроком до пяти лет.
Очередь дойдет до каждого
Известие о том, что Гущин помещен под стражу, вызвало ликование в среде латвийских националистов — они теперь публикуют благодарности в адрес СГБ, изловившей «опасного преступника».
В свою очередь, правозащитница Алла Березовская, хорошо знакомая с Гущиным, подчеркивает, что в последние годы он занимался только написанием книг исторического характера.
«Никакой активной общественной деятельности в последние годы он не вел, ухаживал за своей больной матушкой. Ей, между прочим, 95 лет! Даже представить не могу, что сегодня она пережила… И как она сейчас осталась без помощи сына, который о ней заботился?» — ужасается Березовская.
Сама она не исключает, что будет арестована следующей, поскольку ее Telegram-канал «Тюремный вестник», в котором рассказывается о политических репрессиях в Латвии, давно уже раздражает власти.
Многие из тех, кто знает Виктора Ивановича, полагают, что его арест стал результатом сознательного выбора. Он, конечно, понимал, что рано или поздно за ним придут, не могут не прийти.
«Я думаю, что это сознательное решение Виктора Ивановича: прожить в Латвии всю жизнь до конца, даже если доживать придется в тюрьме. Потому что Гущин, как и очень многие латвийские русские, всегда был убежден, что Латвия — это в той же степени его родина, что и для латышей», — говорит калининградский политолог Александр Носович.
Он очень высоко оценивает книги и статьи Гущина, подчеркивая, что они содержат базовую информацию об истории латвийских русских и необходимы для любого, кто желает разобраться в этой теме.
В свою очередь, российский историк Александр Дюков, еще в 2012 году внесенный латвийскими властями в список персон нон-грата, отмечает: «Арест Гущина — человека очень умеренного и тихого — говорит о том, что латвийское ГБ заморачивается с поводом для фабрикации дела не больше, чем НКВД в 1937-м. Был бы человек…».
Действительно, Виктор Иванович являлся не ярким трибуном, а скорее, кабинетным теоретиком. Сначала власти разобрались с более активными лидерами русской общины, представлявшимися им первоочередной угрозой, и лишь потом очередь дошла до Гущина.
Так, бывший многолетний депутат Евросоюза от Латвии Татьяна Жданок после истечения срока своих полномочий в 2022 году осталась жить в Брюсселе — на родине ее ждет уголовное дело о «сотрудничестве с российскими спецслужбами».
Ученый и общественный деятель Александр Гапоненко с февраля 2025 года находится за решеткой — ему вменили в вину дистанционное выступление на конференции российского Института стран СНГ.
Правозащитника, журналиста Владимира Линдермана судят по тройному обвинению (сотрудничество с российской прессой, а также за «оправдание российской агрессии» и «возбуждение ненависти к латышам и украинцам») — с перспективой тоже угодить за решетку.
Журналиста Юрия Алексеева уже осудили на тюремный срок по многочисленным сфабрикованным обвинениям, но он успел бежать в Белоруссию.
В конечном итоге власти Латвии намереваются обезвредить всех, кто, обладая квалификацией историка, политолога, правозащитника или журналиста, может свидетельствовать о преступлениях этнократического режима. И поэтому, несомненно, задержание Гущина — далеко не последнее в череде политических арестов.
