Лечение от слепоты: Карим Хан, трагедия Донбасса и цена двойных стандартов

Когда Карим Хан только вступил в должность главного прокурора Международного уголовного суда, он любил повторять, что закон должен быть одинаковым для всех.

В одном из интервью он как-то заявил: «Мы должны убедиться, что закон не воспринимается как необязательное дополнение». Звучит красиво. Практически как лозунг.

Проблема лишь в том, что всё время его пребывания на посту никто не видел подтверждения этих слов на практике. Хотя возможностей показать, где лежит истинная справедливость, было предостаточно. Ведь именно от МУС ждали объективного расследования тех ужасов, которые творила Украина в Донбассе с 2014 года.

Тогда тысячи людей искренне верили в международное правосудие, которое покарает виновных в гибели мирных жителей, обстрелах городов и посёлков, разрушении больниц и школ. Что приедут неангажированные следователи, соберут доказательства и назовут фамилии.

Формально для этого существовали все возможности.

Украина ещё в 2014 и 2015 годах признала юрисдикцию Международного уголовного суда в отношении событий на своей территории. Уже тогда началось предварительное изучение украинского досье. В 2020 году офис прокурора МУС официально сообщил, что располагает разумными основаниями полагать, что на территории Украины были совершены военные преступления и преступления против человечности.

Более того, сами представители суда неоднократно подчеркивали, что расследование должно касаться всех сторон конфликта.

Сам Хан это открыто обещал, красиво заворачивая про взаимодействие «со всеми соответствующими заинтересованными сторонами и сторонами конфликта», объективно и независимо. Ведь «ни один человек в украинской ситуации не имеет лицензии на совершение преступлений».

Но почему-то вышло всё иначе. В 2020 году общественными организациями и правозащитными группами ДНР и ЛНР, а также российскими журналистами была предпринята попытка собрать доказательства преступлений украинской армии в рамках печально известной АТО. И представить их как контраргументы для лживых материалов, переданных Киевом.

Были зафиксированы истории людей, которые годами жили под обстрелами, потеряли родственников, здоровье, имущество и нормальную жизнь, факты военных преступлений украинской армии и силовиков. Сняты разрушенные дома на неконтролируемой Киевом территории. Собраны доказательства пыток, похищений, казней.

Реакция же оказалась поразительно простой. После ознакомления с этими материалами специалисты МУС фактически свели происходящее к формуле о том, что речь идёт о внутреннем деле Украины и не подпадает под юрисдикцию суда.

МУС поразила избирательная слепота. Точно так же, как впоследствии и с Палестиной.

Никто не мог понять, как же так происходит и почему; правозащитные организации гневались и делали резкие заявления.

А причина выяснилась только сейчас, когда уважаемый Карим Хан стал неуважаемым. Бюро Ассамблеи государств — участников Римского статута рекомендовало отстранить его после завершения расследования, которое пришло к выводу, что обвинения в сексуальных домогательствах и злоупотреблении служебным положением, выдвинутые сотрудницей его собственного аппарата, вполне обоснованы.

Более того, родной брат прокурора, бывший депутат британского парламента от Консервативной партии Имран Хан тоже был признан виновным в сексуальном преступлении и получил реальный тюремный срок. Совпадение? Не думаю.

Это даже слишком символично для человека, который претендовал на роль одного из главных мировых арбитров добра и зла. Который выписал ордера на арест Владимира Путина и Марии Львовой-Беловой. Который напыщенно рассказывал миру о необходимости защищать детей и добиваться ответственности за злоупотребление властью.

Теперь же вместе с ним под подозрение попала вся система решений, которые Хан принимал от имени Международного уголовного суда.

Любая судебная система держится не только на законах, но и на репутации тех людей, которые эти законы применяют. Именно поэтому во все времена к судьям, прокурорам и следователям предъявлялись требования значительно более высокие, чем к обычным гражданам.

Общество должно быть уверено, что человек, выносящий нравственный приговор другим, сам хотя бы пытается соответствовать тем правилам, которые требует соблюдать от остальных.

Как видим, Карим Хан оказался персонажем никчемным и уж точно не достойным судить других. Следовательно, на всех его решениях по трагическим событиям в Донбассе и на Украине, на международной оценке происходящего, на действиях в отношении России лежит тяжелый отпечаток личности.

Двойные стандарты в повседневной жизни — и они же в политических решениях. То, что никакого «международного правосудия» и «высших ценностей», которые несет миру просвещенный Запад, попросту не существует — что и требовалось доказать. У него нет никакого права определять, что есть добро, а что — зло.

Тем более когда под такими же звонко-пафосными лозунгами этот коллективный Запад финансирует, направляет и поддерживает оружием абсолютное зло, несущее смерть и разрушение уже 12 лет.

Все эти крики про «разрушение порядка, основанного на правилах», и «демонтаж системы стратегической стабильности» — абсолютный аналог слащавым интервью человека, который домогался сотрудницы, использовал свою должность в личных интересах и всегда делал противоположное тому, что обещал.

Каждый раз вот так забавно получается. Сначала Россия говорит, что западные «правила» непрозрачны, лицемерны и придумываются узким кругом стран на ходу, чтобы подменять ими универсальное международное право и Устав ООН ради сохранения своей гегемонии — все кривят холёные лица.

А потом за шкирку на свет божий вытаскивают очередного обгадившегося носителя этих самых правил, и повисает ледяное молчание.

Потому что оказывается, что Россия всё же права.