Московская область получила право открывать вытрезвители на базе действующих больниц и поликлиник. Инициатива — ответ на конкретную цифру: за 2024 год в приёмные отделения подмосковных больниц поступили 10 339 человек в состоянии алкогольного опьянения, которым не требовалась госпитализация. Их некуда было деть — формально здоров, но стоять на ногах не может.

ИА Регнум

Новые учреждения рассчитаны на тот же поток: около 10 тыс. обращений в год. Бюджет — 15,1 млн рублей. Помощь будет бесплатной. Отдельных зданий строить не будут.

Вытрезвители насчитывают 120-летнюю историю, в которой они успели побывать и приютом для замерзающих, и карательным инструментом, и предметом анекдотов — а потом на 15 лет исчезли совсем.

«Оскорбление общественной нравственности»

Первые учреждения для вытрезвления появились в Российской империи на рубеже XIX–XX веков. В 1902–1903 годах «приюты для опьяневших» открылись в Туле, Саратове, Ярославле, Киеве.

Тульский приют финансировался местным обществом трезвости: кучер ездил по городу, собирая напившихся рабочих оружейных заводов, а фельдшер приводил их в порядок. За несколько лет аналогичные заведения появились в большинстве губернских центров. Революция их упразднила.

Советский вариант возник 14 ноября 1931 года в Ленинграде — на улице Марата, дом 79. Поначалу учреждение подчинялось Наркомату здравоохранения, и там работали врачи. Но в 1940 году приказом наркома внутренних дел Лаврентия Берии вытрезвители передали НКВД, а затем — милиции.

обществоКолокольцев призвал использовать вытрезвители для борьбы с преступностью

С этого момента медицинская функция отошла на второй план: вместо лечения — изоляция, вместо помощи — протокол, счёт и уведомление по месту работы. Попадание в вытрезвитель могло стоить человеку карьеры.

К концу советской эпохи в стране работали более тысячи вытрезвителей. Попасть туда мог кто угодно — хоть грузчик, хоть инженер, — достаточно было оказаться на улице в состоянии, «оскорбляющем общественную нравственность». Не забирали депутатов, Героев Советского Союза и кавалеров некоторых орденов.

В 2011 году, в рамках реформы МВД и после серии скандалов, включая гибель томского журналиста Константина Попова, убитого сотрудником вытрезвителя в 2010 году, — систему ликвидировали. С 1 января 2021 года регионам снова разрешили создавать подобные учреждения. К началу 2026-го они работали примерно в трети субъектов, в частности в Татарстане, Челябинской области, Красноярском крае. По оценкам МВД, появление вытрезвителей способствовало снижению уличной преступности в ряде регионов.

«Там были нормальные люди»

Писатель и рок-музыкант Дмитрий Михеенко побывал в вытрезвителях дважды — в 2002 и 2007 годах. В беседе с ИА Регнум он рассказал, как была устроена старая система и чего он ждёт от новой.

Михеенко вспоминает вытрезвитель в Перми начала нулевых: камера на полтора десятка коек с панцирной сеткой и грязными матрасами, два ведра у выхода — одно с питьевой водой на цепочке, другое вместо туалета. Врач, который должен был с утра осмотреть «пациентов» и выпустить их, сам оказался в запое — людей продержали до обеда. Во второй раз, уже в другом вытрезвителе того же города, его избили дубинкой и связали.

обществоУголовное дело возбудили против женщины, устроившей пьяный дебош в самолёте

«Там не было опустившихся алкашей — были нормальные, приличные люди, с которых можно было что-то взять. С утра могли не досчитаться золотых цепочек, денег», — рассказывает Михеенко. Могли целенаправленно забрать тех, кто ходил на своих ногах и при деньгах, а настоящих запойных обходили стороной — с ними слишком много возни, а выгоды мало.

Прежняя система, считает писатель, давала единственную пользу — человек не замерзал в сугробе и не успевал чего-нибудь натворить, но медицинской помощи не было никакой: «Речь должна идти о выводе человека из острого алкогольного отравления — вот это необходимо. А раньше это была просто изоляция от общества на одну ночь».

От новых вытрезвителей Михеенко ждёт другого отношения: «Я бы хотел, если я вдруг попаду, чтобы ко мне нормально отнеслись и понимали, что пьяный человек — это не всегда отброс общества. Чтобы прокапали, наблюдали врачи, а с утра выпустили».

Тем более это важно для людей в возрасте: на фоне интоксикации может отказать сердце — и тут нужен врач, а не койка с панцирной сеткой. Ещё одна мысль Михеенко — за услугу, вероятно, стоит брать деньги, чтобы человек чувствовал последствия. Но при этом помощь должна оказываться реальная.

Ночлежка или медучреждение?

Способен ли вытрезвитель стать чем-то большим, чем местом переночевать? Аддиктолог (специалист, работающий с зависимостями) Валентин Кремлёв в беседе с ИА Регнум подчёркивает: даже минимальная функция — не дать человеку замёрзнуть или совершить преступление — уже оправдывает существование таких учреждений. Но останавливаться на этом не стоит.

обществоГлава МВД настаивает на создании вытрезвителей по всей России

«Специалисты должны выявлять, зависим ли человек или просто случайно перебрал. Если человек зависимый — этот случай должен быть включён в общую систему наркологической помощи, чтобы с ним проводилась работа, возможно — даже с его родственниками», — считает Кремлёв.

Большинство людей в стране не воспринимают зависимость как заболевание — скорее как порок или дурную привычку, отмечает специалист. Поэтому, кроме медуслуг, стоит хотя бы раздавать информационные буклеты.

Если утром, после протрезвления, человеку дать хотя бы базовую информацию о том, куда обращаться дальше, — это уже станет большим шагом вперёд. Программа-максимум — задерживать на несколько дней, подключать наркологов, связывать с родственниками и предлагать лечение. Но для этого, замечает специалист, нужна более развитая инфраструктура.

Классическое лечение зависимости состоит из 4 этапов: профилактика, детоксикация, реабилитация и ресоциализация. Сейчас полноценно развита только детоксикация. Государственных реабилитационных центров для зависимых, по словам Кремлёва, на всю страну буквально единицы.

Вытрезвитель может стать первым шагом к тому, чтобы система наркологической помощи начала выстраиваться, — но только при условии, что его встроят в эту цепочку, а не оставят изолированным элементом.

экономикаВ Ярославле предложили сделать вытрезвители платными

Также важный вопрос — бесплатность новых учреждений. В советское время за ночь в вытрезвителе выставляли счёт, а на работу отправляли уведомление — и это действовало как сдерживающий фактор. В Подмосковье стоимость одной услуги вытрезвления оценивается в 1461 рубль, но гражданин не заплатит ни копейки — всё за счёт бюджета.

По мнению Кремлёва, это может создать у части людей ощущение, что попасть в «центр вытрезвления» — не проблема, а бесплатный сервис: «Было бы разумно, чтобы человек хотя бы какие-то последствия чувствовал».

Показательно, что и Михеенко, и Кремлёв указывают на беззащитность человека в состоянии опьянения. И чтобы новая система не скатилась к прежним практикам — обиранию, насилию, равнодушию, — необходим жёсткий контроль.

«Должна быть централизованная система контроля этих учреждений — видеонаблюдение и всё прочее, потому что человек в состоянии опьянения достаточно беззащитен, нельзя чтобы этим пользовались», — подчёркивает Кремлёв. Михеенко, знающий проблему «изнутри», с этим согласен.

Врач вместо сержанта

Подмосковный проект принципиально отличается от советского предшественника. Другое ведомство, другой принцип финансирования, другая философия: помощь вместо наказания, врач вместо сержанта.

Расхождения собеседников агентства проявляются там, где начинаются рассуждения о масштабе ожиданий. Для Михеенко главное — чтобы к человеку относились по-человечески: прокапали, оказали помощь и выпустили, а не просто заперли на ночь и, в худшем случае, обобрали.

Для Кремлёва — чтобы вытрезвитель не остался изолированным элементом, а стал частью наркологической цепочки, которая в стране пока только формируется: «Может, это и есть первый шаг к тому, что система развернётся лицом к таким людям, и начнётся большая последовательная работа по возвращению зависимых к нормальной жизни».