К кредиту в 90 млрд евро, который ЕС согласовал для Украины, теперь будет прилагаться меморандум, в котором прописаны крайне неприятные для верхушки киевского режима требования со стороны европейских, точнее евроатлантических глобалистов по части изменений в законодательстве Украины.

ИА Регнум

И речь здесь далеко не только про налоговую базу. Конечно, в разрезе экономики Евросоюз синхронизируется с требованиями МВФ по ФОПам, НДС и по другим вещам, но для Владимира Зеленского и его окружения гораздо более болезненны совсем другие вопросы.

Речь идет об изменении логики назначения на ключевые должности в важнейших правоохранительных структурах Украины — генерального прокурора, директора Государственного бюро расследований, главы Национальной полиции. Также говорится о существенном расширении полномочий Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП)

От Зеленского просто требуют это сделать, а он и его окружение делать не хотят и сопротивляются уже сейчас.

На практике это означает, что Банковую пытаются лишить прямого контроля над силовым и правоохранительным блоком. Изменяется процедура назначения, усиливается роль внешних конкурсных комиссий, вводятся механизмы, которые ограничивают ручное управление. По НАБУ и САП речь вообще идет о резком расширении их возможностей, включая работу по чиновникам высшего уровня.

Иными словами, речь идет не просто о борьбе с коррупцией, как это подается официально. Речь идет о создании внутри страны фактически независимого центра силы, который будет ориентирован не на Зеленского, а на внешних кураторов. Для Банковой это означает серьезное ослабление всей вертикали власти.

И вот здесь возникает главный конфликт. С одной стороны, деньги крайне нужны, без них система начинает разваливаться. С другой — выполнение требований означает потерю контроля. Поэтому никакого желания выполнять эти условия у Зеленского нет. Он будет тянуть время, пытаться смягчать требования, имитировать реформы.

Но проблема в том, что деньги будут поступать не все сразу, а отдельными траншами. И каждый следующий будет напрямую зависеть от выполнения поставленных условий. Поэтому Зеленский оказался в ситуации, когда кредит вроде бы есть, но вместе с ним он получил жесткую систему внешнего давления, от которой уже невозможно просто так отмахнуться.

Если положения меморандума будут реализованы, то будут сформированы специальные конкурсные комиссии. И в этих комиссиях решающий голос, большинство голосов будут иметь так называемые международные эксперты.

По факту это люди, которых будут определять представители Европейского союза, то есть внешние силы, которые через новые механизмы хотят напрямую влиять на то, кто будет генеральным прокурором на Украине, кто возглавит Национальную полицию, кто станет директором Государственного бюро расследований.

По такому же принципу сейчас выбираются руководители НАБУ и САП, да и ВАКС. И по факту эти структуры, даже если формально они не полностью независимы от президента и правительства, обладают очень высокой степенью автономии. Конфликт вокруг так называемого картонного майдана летом прошлого года был как раз на этой почве. Тогда речь шла именно о сохранении или ограничении автономии этих структур.

Сейчас НАБУ и САП и так действуют достаточно самостоятельно, а в рамках новых требований предполагается еще большее расширение их независимости. То есть фактически речь идет о формировании внутри страны полноценного государства в государстве. И, если положения меморандума воплотятся в жизнь, оно начнет распространяться гораздо шире, практически на весь правоохранительный блок Украины.

Какие конкретно изменения предлагаются? Во-первых, изменения в уголовно-процессуальном кодексе, отменяющие автоматическое закрытие дел по так называемой правке Лозового, то есть фактическое продление сроков давности по коррупционным делам. Это означает, что антикоррупционные органы смогут держать уголовное дело открытым практически бесконечно, не доводя его до завершения и не закрывая.

Идет речь и о собственной экспертизе для НАБУ. Она получит возможность самостоятельно формировать экспертизы, трактовать их и делать выводы так, как считает нужным, то есть фактически получает инструмент гибкого воздействия на любые дела и любых фигурантов.

Отдельно помечена генеральная прокуратура. Сейчас она формально напрямую не связана с антикоррупционными органами, но в рамках изменений предполагается установить контроль над процедурой назначения генерального прокурора и, соответственно, поставить на эту позицию человека, ориентированного на внешние центры принятия решений.

Более того, речь может идти не только о генпрокуроре, но и о всей вертикали прокуратуры, включая региональный уровень, где также могут внедряться конкурсные процедуры с решающим голосом внешних экспертов, назначаемых Европейским союзом. Та же логика распространяется и на Государственное бюро расследований.

Затрагиваем меморандум и Конституционный суд. Уже сейчас там действует процедура назначения судей с участием внешних экспертов, но предполагается усилить этот элемент и фактически закрепить внешнее влияние на формирование состава суда.

Ключевой момент: предполагается, что для возбуждения уголовных дел, в том числе против народных депутатов, больше не потребуется участие генпрокуратуры. То есть НАБУ и САП смогут самостоятельно открывать такие дела без согласования с ней.

А вот это уже принципиальное изменение всей системы, потому что антикоррупционные органы получают возможность действовать напрямую, без каких-либо ограничителей внутри украинской государственной системы.

То же самое и по Нацполиции. Фактически ее выводят из структуры МВД, министерство становится декоративным органом без реального влияния.

Тем самым под внешним управлением оказываются и ГБР, и полиция, и генпрокуратура, и НАБУ, и суды.

Без 90 европейских миллиардов, о которых идет речь и которые по большому счету ничего системно не решают, а лишь продлевают агонию, власть Зеленского и его ближайшего окружения рухнет в очень короткие сроки. Может, не в одну секунду, но достаточно быстро. Без этих денег система просто не продержится.

Но и подписание меморандума для властей означает фактическую утрату контроля над государственной машиной. То есть они оказываются в ситуации, где не получать деньги нельзя, потому что власть будет потеряна — и получать их на таких условиях тоже означает потерю власти.

Цугцванг. Независимость и суверенитет на практике. И это, по сути, итог всей той политической траектории, которая развивалась на Украине после 2014 года. Хотя предпосылки, конечно, были и раньше, еще в девяностые и нулевые, но именно после прихода нынешних властей окончательно закрепилась модель, в рамках которой Украина функционирует как инструмент чужой внешней политики и антироссийский проект.

Сейчас всё приходит к тому, что Украина — уже даже не просто слабое или несостоявшееся государство, это фактически колония, управляемая извне, где правоохранительная система принадлежит чужакам, а исполнительная власть оказывается зависимой от структур, поставленных и контролируемых извне.

То есть формально государство есть, формально власть есть, но реальные рычаги находятся в других руках. Европейские ценности на практике, история про правила и двойные стандарты, которые можно разворачивать в любую сторону.

Деньги Зеленский, конечно, получить захочет, а вот подписывать и тем более выполнять требования — нет. Значит, время он будет тянуть сколько возможно. И даже если меморандум подпишут, например, в мае или июне, транши могут начать идти, но в очень ограниченном объеме.

Выполнять подписанное Зеленский не будет — будет затягивать время, тормозить, имитировать. В ответ европейцы тоже начнут затягивать процесс выделения денег. И здесь важно помнить, что несогласие экс-премьера Венгрии Виктора Орбана с выделением кредита было для европейцев лишь удобной отговоркой на этапе согласования. Проблем с другими подписантами хватало и без него, и выделять обещанное в полном объеме ЕС не заинтересован.

Сейчас у него свои проблемы — иранский кризис, нестабильность на энергетических рынках, риски в логистике, давление на промышленность. Летом с высокой вероятностью начнется серьезная экономическая турбулентность, и каждый национальный минфин будет решать свои задачи, думая об инфляции и возможной рецессии.

В этой ситуации вопрос финансирования Украины отходит на второй план.

В итоге нас ждет постоянное перетягивание каната между Киевом и Брюсселем, между Киевом и европейскими столицами по поводу выполнения условий меморандума. Европа будет демонстрировать всё большую жесткость и принципиальность именно по части исполнения условий.

Причина проста: денег в том объеме, о котором говорят, у нее нет. Что-то, конечно, будет капать. Но это «что-то» — только для того, чтобы Украина продолжала воевать и оставалась тараном против России.

Киевский режим и лично Зеленский заинтересованы в продолжении войны потому, что на ней крутятся огромные деньги, суммы астрономические. И пока война идет — власть сохраняется. Пока война, Зеленский остается при власти.

Соответственно, войну нужно продолжать, а для этого нужны деньги. Но здесь и возникает ловушка: не выполняешь требования европейцев — не получаешь деньги; выполняешь — теряешь контроль и фактически становишься не президентом, а фигурой, которую могут в любой момент поймать за руку.

Что показательно, параллельно со стараниями европейцев прибрать к рукам все атрибуты украинского государства появляются и новые информационные вбросы: журналист, связанный с кругами бизнесмена Томаша Фиалы, публикует новую порцию материалов с так называемых пленок Миндича. Причем речь не о том, что это какие-то новые записи, которых раньше не было. Скорее всего, они ждали своего часа, а сейчас их просто начинают дозированно выбрасывать в публичное пространство.

Это синхронизируется с обсуждением меморандума и выглядит как элемент давления. Сигнал очень простой и понятный: не дергайся, не пытайся выйти из-под контроля, потому что в любой момент может появиться дополнительный компромат. Даже в тех фрагментах, которые уже обнародованы, есть прямые намеки на Зеленского, упоминания, которые при желании можно разворачивать дальше.

Ситуация классическая: куда ни кинь, всюду клин. Не подписываешь требования, фактически лишающие тебя власти, — нет денег. Подписываешь — теряешь власть. Пытаешься лавировать — усиливается давление.

И это действительно цугцванг, каждый следующий шаг только ухудшает положение.

Причина же нынешнего незавидного положения киевского режима в том, что в какой-то момент ставка была сделана не на поиск выхода и кризиса, а на продолжение игры, в которой Украина выступает лишь чужим инструментом. И инструмент этот будут использовать только до тех пор, пока он выполняет свою функцию.