На прошлой неделе НАТО официально запустило новую миссию «Арктический часовой». «Усиление безопасности в регионе» — точнее, его планомерная милитаризация — будет осуществляться под прямым руководством командования альянса в Норфолке.

Иван Шилов ИА Регнум

Передача управления в США прямо говорит о том, что европейцы добровольно отдают американцам ключи от региона в обмен на защиту. Последнее делает версию о рождении «Арктического часового» для сдерживания амбиций Дональда Трампа в отношении Гренландии несостоятельной.

Более того, всё больше доказательств, что союзники, вопреки периодически звучащей с их стороны возмущенной риторике, не только передают рычаги управления США, но и расширяют беспрепятственный доступ к десяткам своих военных объектов в регионе, интересующем американцев в контексте сдерживания России.

И речь идет не просто о присутствии: инфраструктура национальных баз союзников активно модернизируется для приема и обеспечения больших группировок войск Соединенных Штатов.

В бюджете Пентагона на 2026 финансовый год заложено финансирование космической базы Питуффик в Гренландии. Установка новой системы навигации обеспечит прием самолетов со стороны Скандинавии и усилит контроль над воздушными коридором, используемым стратегической авиацией России.

политикаСША против Британии: Трамп назвал новую причину претензий на Гренландию

Одновременно на авиабазе Рюгге в Норвегии планируется строительство защищенных авиационных укрытий и расширение мест стоянки авиации, что подтверждает скорое увеличение присутствия ВВС США и интенсификацию разведки на подступах к Арктике.

А заполярная база Эвенес уже стала хабом для противолодочных P-8 Poseidon: Осло профинансировал там строительство перрона на пять бортов и ангаров технического обслуживания. Инфраструктура базы подготовлена не только для приема национальных сил, но и для развертывания американских и британских противолодочных самолетов. Каждый такой самолет способен нести до 129 акустических буев, оснащен противокорабельными ракетами и торпедами.

В совокупности это превращает Эвенес в ключевую базу противолодочной обороны НАТО в этом регионе, нацеленную на противодействие силам Северного флота РФ.

Однако главным центром арктической мощи США остается Аляска. На объединенной базе Элмендорф-Ричардсон завершается крупнейший проект тихоокеанских ВВС стоимостью 309 млн долларов. В рамках работ увеличена длина взлетно-посадочной полосы на 900 метров.

Это вкупе со строительством дополнительных рулежных дорожек и авиационных перронов снимает любые ограничения по массе и типу принимаемых бортов.

Масштаб инженерных решений беспрецедентен: для устранения препятствий на пути набора высоты авиацией строители переместили 9 миллионов кубометров грунта, срезав пригорок на расстоянии около километра от конца взлетно-посадочной полосы.

Хотя официально проект прикрывается нуждами истребителей F-22 Raptor, избыточность таких трудозатрат прямо указывает на подготовку аэродрома к роли передового хаба для стратегических бомбардировщиков, самолетов ДРЛО, топливозаправщиков и радиоразведки. Все говорит о скором радикальном усилении военного присутствия в Арктике.

политикаТрамп копирует Путина: эксперты объяснили, что стоит за угрозами Гренландии

Вслед за военно-воздушными силами наращивают присутствие и ВМС. Модернизация порта Ном стоимостью 500 млн долларов решает критическую проблему: текущая глубина в 18 футов не позволяет заходить крупным боевым кораблям.

Углубление дна до 40 футов (12 метров) превращает Ном в первую арктическую базу США, способную обеспечить в будущем полноценное базирование тяжелых эсминцев и перспективных ледоколов Береговой охраны.

Вопреки расхожему мнению о ведущей роли ВМС, ВВС и армии в военном освоении Арктики, реальными операторами повседневного контроля здесь выступают Береговая охрана и Национальная гвардия.

Именно они в ближайшее время будут обеспечивать физическое присутствие в высоких широтах и серых зонах, где использование регулярных войск ограничено климатом или политическими рисками эскалации.

Амбиции Вашингтона в отношении региона подтверждаются беспрецедентным целевым траншем в 25 млрд долларов, зашитым в «большой прекрасный билль» Дональда Трампа 2025 года. Прямым получателем средств стала Береговая охрана, что запустило масштабную программу перевооружения, включая закупку 11 ледоколов.

Признавая дефицит собственных судостроительных мощностей, США инициировали консорциум ICE Pact с Канадой и Финляндией. И уже 11 февраля этого года Хельсинки официально подтвердил подписание контрактов на серийное строительство ледоколов для нужд Береговой охраны США.

Роль Береговой охраны критична по двум причинам. Во-первых, отсутствие ледоколов в составе ВМС делает эсминцы бесполезными в паковом льду, а единственным способом обеспечить Пентагону доступ в высокие широты становится программа строительства 11 новых ледоколов к 2030-м годам. Во-вторых, статус Береговой охраны позволяет бороться за ресурсы и шельф в формате полицейских операций, не провоцируя немедленной военной эскалации.

экономикаПутин вывел на чистую воду финнов, пообещавших арктические ледоколы для США

Однако по своей сути это флот двойного назначения: в случае войны Береговая охрана переходит под прямое оперативное управление военно-морских сил. Это превращает внешне мирный корабельный состав — от тяжелых ледоколов до патрульных катеров — в дополнительные огневые платформы, полностью интегрированные в единую систему управления ударом ВМС США.

В частности, баланс сил в регионе может радикально измениться при размещении контейнерных пусковых установок MK 70 на палубах ледоколов или патрульных кораблей. С этой системой судно превращается в носитель ударных ракет Tomahawk, способный уничтожать цели на дальности свыше 1500 км.

Учитывая, что США уже успешно тестировали MK 70 на гражданских судах, внедрение этой технологии в арктический флот становится вопросом времени. В такой архитектуре «полицейский» статус Береговой охраны в мирное время служит лишь ширмой для развертывания сети мобильных пусковых установок, способных нанести превентивный удар по силам противника в Арктике.

Логистическим хребтом стратегии остается Национальная гвардия. Ее уникальное 109-е авиакрыло — единственное в мире подразделение с самолетами Lockheed LC-130 Skibird. Эти специализированные модификации военного транспортника на лыжно-колесном шасси являются безальтернативным средством снабжения удаленных баз на ледниках.

«Поисково-спасательный зонтик» 176-го крыла гвардии Аляски завершает архитектуру выживания сил в экстремальных условиях. Эффективность этого компонента подтверждается внедрением новейших вертолетов HH-60W Jolly Green II с подтвержденной работоспособностью при температурах до -51°C.

Впрочем, текущее доминирование Нацгвардии и Береговой охраны в Арктике лишь первая фаза стратегии США. Пока наращивание сил идет скрытно, под прикрытием правоохранительных и логистических задач, Пентагон готовит почву для полномасштабного развертывания ВМС и ВВС в регионе.

Как только создаваемая сегодня инфраструктура будет введена в эксплуатацию, бремя расходов и оперативного контроля над Арктикой неизбежно начнет переходить к регулярным вооруженным силам, превращая регион в полноценный фронт классического военного противостояния.

политикаКанада в ловушке: захват Гренландии как часть геополитического сценария

Индикатором этой трансформации станет перевод арктической логистики из уникальной ниши в базовый стандарт подготовки: регулярные ВВС начнут массовую закупку комплектов лыжного шасси для C-130 и C-17, а ВМС — оснащение эсминцев и фрегатов «арктическими пакетами», включая ледовое усиление корпуса и системы активного обогрева палуб и надстроек.

В целом пока основная тяжесть арктического присутствия США до начала — середины 2030-х годов падает на Береговую охрану и Нацгвардию, именно их интенсивность патрулирования и расширение финансирования наравне с мощностями судостроительных верфей по постройке ледокольного флота должны стать приоритетным объектом внимания.

Между тем следует отметить, что с созданием этих спецсудов союзники, в отличие от России, испытывают серьезные проблемы.

Системное появление кораблей Береговой охраны в Арктической зоне и вероятное расширение авиапарка Нацгвардии — это уже не полицейские функции, а скрытая подготовка театра военных действий.

Для России это диктует необходимость поиска системного ответа — от реализации возможностей оснащения ледокольного флота универсальными пусковыми модулями в контейнерном исполнении до укрепления береговой обороны на Чукотке и модернизации аэродромной сети в Арктической зоне. Подобные шаги станут прямым противовесом действиям США.

В условиях, когда Вашингтон намеренно стирает грань между гражданскими и военными задачами, единственным способом защиты Северного морского пути остается создание единой оборонной сети. В этой системе любой пограничный пост или логистический узел должен быть готов мгновенно включиться в общую защиту страны, превращая весь арктический регион в неприступный барьер для любого агрессора.