Украина без семей: разводы, домашнее насилие и бабушка — лучшая невеста

Ветеран ВСУ Степан из Черновцов рассказывает ИА Регнум, как стал одиноким выпивохой: в мае 2024 года мобилизовали на улице, после учебки попал на фронт, раз в месяц звонил маме, жене, общались через мессенджер.

«Потом жена перестала выходить на связь, а мать уходила от вопроса, когда я спрашивал, где супруга. В октябре я получил тяжелое ранение и лишился левой руки. В госпитале брат сказал, что жена забрала сына и уехала в Италию к своей сестре», — вспоминает он.

А за границей женщина нашла себе нового партнера, Степан с ней развелся через суд, ребенка не видит, живет с мамой и закладывает за воротник. История в целом стандартная для сотен тысяч семей на Украине.

Институт семьи сильно деградировал: разлученные пары, где жена несколько лет в другой стране, а муж невыездной; разводы из-за полученной на войне инвалидности; гибель одного из партнеров; стремительно выросший уровень домашнего насилия — крыша едет и у вчерашних солдат, и у сидящих годами дома «ухылянтов».

А сверху вишенкой еще и «западные ценности» с продвижением и даже насаждением интересов ЛГБТ*-сообществ в угоду Евросоюзу.

В принципе, деградация эта началась довольно давно. После распада Советского Союза и массового закрытия предприятий многие семьи потеряли источники доходов и заработки за рубежом стали единственным вариантом выживания.

В дальние края «за длинным рублем» отправлялись, как правило, отцы семейства, оставляя детей на жен. Но очень часто, особенно на Западной Украине, уезжали сразу два супруга и воспитанием детей занимались бабушки и дедушки.

Например, такая участь постигла известного украинского певца Михаила Хому «DZIDZIO», чьи родители развелись, мать уехала в Португалию, а воспитанием мальчика занималась бабушка.

Многие не выдерживали длительной разлуки и расходились. Некоторые умудрялись жить на две семьи.

Вспоминается знакомый из Львовской области, Михаил, который еще в 2003 г. уехал на заработки в Испанию и пробыл там 10 лет. Имея двух детей дома, он умудрился завести вторую семью и родить там сына. На Украину приезжал редко, один-два раза в год, и официальная жена заробитчанина не знала, что ее супруг — многоженец. Как, собственно, не знала и испанская жена.

А потом узнала — и устроила Михаилу «веселую» жизнь, так что теперь он тоже живет у мамы.

Война сильно повлияла на эти негативные процессы, ускорив их многократно.

Согласно официальной статистике, в 2024 г. на Украине было зарегистрировано 150 тыс. браков и 143 тыс. разводов. В 2025 г. количество разводов несколько уменьшилось по сравнению с предыдущим годом, но процент очень большой — 165 тыс. браков и 124 тыс. разводов (в среднем соотношение 10 к 7).

Но это статистика министерства юстиции и государственной судебной администрации. А если посмотреть, сколько супружеских пар остаётся в официальном браке, но не живёт вместе, то на 10 новых браков приходится 12-15 фактически разорванных.

В 2025 г. в антирейтинге оказались даже глубоко тыловые Тернопольская (2911 браков) и Черновицкая (2456 браков) области. Причина — тотальная мобилизация. Мужчин массово забирают на фронт, о четких сроках службы речь не идет (домой может вернуться разве что инвалид). А женщина, оставшись сама с детьми, устает нести всю тяжесть быта и решает, что лучше жить самой или найти другого партнера, чем пребывать в постоянной неопределенности.

То, что многие украинки не смогли дождаться своих мужей, которые воюют, подтверждает офицер Нацгвардии, одиозный украинский историк Роман Пономаренко:

«Уже сейчас в моем окружении хватает случаев, когда жены, которые год назад уехали за границу, пока их мужья ушли в армию, теперь пишут своим мужьям письма в стиле «Дорогой Джон». То есть бросают своих мужчин, потому что не видят с ними будущего в новой ситуации. Мол, «война еще надолго, жизнь продолжается, я еще молода, детям нужно хорошее образование» и так далее».

Многие украинки, которые покинули пределы страны, выходят замуж за поляков, итальянцев, немцев. Согласно данным Главного управления статистики Польши, в 2024 г. польские мужчины взяли в жены 2021 украинку, а польские женщины в качестве супруга выбрали 535 украинских мужчин.

Тут явный перекос: с белорусами поляки заключили 215 браков, а с российскими гражданами — 56. Но вполне объяснимый: украинки не искали себе вариант заранее, а оказались в ситуации, где нужно получить дополнительную опору и стабильность.

Ну а на фоне скучных полек, воспитанных в католических традициях, живые, веселые и хозяйственные украинки явно выигрывают. Что давно уже стало распространенным мемом про «забирают наших мужчин» — любимая претензия к приезжим со стороны женского населения Польши.

К тому же иностранцы психически стабильнее, чем «отечественный производитель». Рост цен, обстрелы, мобилизация, постоянный психологический прессинг по телевизору, необходимость прятаться и выживать привели к накоплению ужасного стресса.

Тяжелее всех приходится мужчинам-уклонистам — те не могут зарабатывать и содержать семью, практически не выходят из квартир и становятся обузой для своих близких.

«В соседнем подъезде живет супружеская пара — там постоянные драки. Когда жена на работе, там тихо, но вечерами или на выходных — в квартире ураган. Сначала ужасные крики, плач ребенка, потом он начинает громить мебель. Она его успокаивает. Пару раз приезжала полиция, но там была уже тишина и их не пустили. Мужчина — скрывается от ТЦК, три года не покидает квартиру, разве на балконе вечерами курит, может, ночью во двор выйдет», — рассказывает о своем соседе одесситка Антонина.

За 10 месяцев 2025-го было зафиксировано более 103 тыс. обращений о домашнем насилии, на учете пребывает более 77 тыс. человек, которые вымещали свои эмоции на близких. Печально, но во многих случаях конфликты между супругами заканчиваются тяжелыми телесными побоями или даже смертью.

В ноябре 2025 г. полиция задержала жительницу Ирпеня по подозрению в предумышленном убийстве своего мужа — супруги устроили бытовой конфликт в квартире, который из словесной брани перешел в драку. Женщина нанесла несколько ударов ножом в грудь мужу, и тот умер до приезда скорой помощи.

По словам женщины, ссора обострилась из-за того, что муж поддерживал связь со своими родственниками из России.

В январе 2026 г. полиция задержала 28-летнюю жительницу Тернополя — пьяный муж спровоцировал очередной конфликт, набросился на жену с ножом. Та вооружилась таким же предметом и нанесла дебоширу 13 ударов, от которых тот скончался. 2 июня этого же года в Фастовском районе пьяный военнослужащий приревновал свою жену к сослуживцу и расстрелял обоих.

Бытовые конфликты становятся обычным явлением и в семьях военных с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР). Государство фактически отстранилось от помощи, перекладывая проблему на сами семьи. В интернете можно увидеть массу случаев, когда военнослужащие бьют своих жен и за это получают штрафы от 680 до 850 гривен — поколотил жену, получил удовольствие, заплатил штраф и живи дальше.

Ну а самым интересным местом брачной статистики являются фиктивные браки — мужчины призывного возраста, стараясь избежать мобилизации, берут в жены пенсионерок или женщин с инвалидностью, чтобы получить отсрочку в связи с уходом за супругой или совместно покинуть пределы страны.

«Брат женился на моей бывшей однокласснице, у которой инвалидность 1-й группы. Мы заплатили ей 3 тысячи долларов. Иметь дело с незнакомцами мы не хотели, слишком много аферистов и агентов полиции. Так брат смог выехать в Чехию к нашему родственнику», — рассказывает ИА Регнум жительница Чернигова Елена.

Существуют целые подпольные брачные агентства, которые в Telegram-каналах предлагают мужчинам избежать мобилизации и покинуть страну, заключив фиктивный брак с женщиной, у которой официально подтверждена инвалидность.

Такая услуга стоит от 2 до 7 тысяч долларов США — клиент знакомится с будущей супругой, предоставляет задаток, заключает брак (можно дистанционно) и далее перечисляет всю сумму.

«В моей практике я видел документы ребят 2001 года рождения, которые имели жен 1949 года рождения. И это законный брак. Это выглядит смешно с одной стороны, а с другой — это очень плачевно, потому что люди идут на разные вещи, чтобы избежать службы, хотя это не совсем корректная и правильная практика. Но такие документы есть, и их представляют, и они вполне законны», — утверждает адвокат Евгений Филипец.

Так что, воистину, не хочешь в армии «дедушкой» — бери в жёны бабушку.

Больше всего от разрушения браков страдают дети — отцы воюют или скрываются, матерям приходится работать за двоих, или же они пытаются заново построить свою личную жизнь.

Оставшись без присмотра, подростки попадают под влияние улицы, употребляют наркотики и спиртное, совершают преступления, становятся марионетками в руках радикалов.

На фактически беспризорных подростков жалуется львовянка Ирина: «Они собираются на площади Данила Галицкого, матерятся, выпивают, а потом устраивают драки. И это в комендантский час. Куда смотрит полиция? И замечания не сделаешь — налупят. Двоих я знаю. У одного отец без вести пропал, а мать уже другого нашла. У второго отец служит, а мать за границей. Ну что из них вырастет?»

Но разрушение семей, как и другие деструктивные процессы, не волнует власть — как не волнует её в принципе всё не связанное с получением очередной денежной подачки от коллективного Запада.

Так что утверждение, что в будущем украинцы вполне могут стать метисами вследствие одного из вариантов применения трудовых мигрантов, вовсе не лишено смысла.

*экстремистская организация, запрещенная в России