«Объединительный собор Украинской церкви»: мавр победил!
Основной интригой прошедшего 15 декабря объединительного Собора «Православной церкви в Украине» (ПЦвУ) стал вопрос о том, под чьим непосредственным контролем будет находится эта структура. То есть, кто ее возглавит. Президент Порошенко «ставил» на близкого ему митрополита Винницкого Симеона (из церкви Московского патриархата), основной «локомотив» украинского церковного автокефализма Филарет — на своего воспитанника, митрополита Переяславского и Белоцерковского Епифания, Константинопольский патриархат — на кого угодно, только не в пользу Филарета, которого в Стамбуле последние месяцы явно рассматривали как «мавра», которому стоило бы «уйти».
Рассматривали, не церемонясь в выражениях. За день до начала Собора Андреас Лударос, главный редактор сайта Orthodoxia.info и «светский голос» Константинопольской патриархии, опубликовал уже совсем скандальную статью под названием «Православный мир — это не Советский Союз, Ваше Блаженство!», где охарактеризовал Филарета как человека, живущего «вне реальности, но с опытом, который он получил в советские времена», который со своими «приспешниками пытаются навязать собственную повестку дня всеми возможными средствами». Круто, да?
Но старого волка словами не проймешь! В самый канун Собора он, под угрозой срыва голосования, выдвинул два требования: чтобы Собор был чисто архиерейским (без участия мирян и простых священников) и чтобы голосование было не тайным, а открытым. Иначе — «мы просто не проголосуем и отбросим. И всё…» (из заявления Филарета от 10 декабря).
«Провалить» Собор он мог запросто, поскольку делегация Киевского патриархата была там самой многочисленной: 42 делегата из заявленных 56 (двенадцать от Украинской автокефальной церкви и двое от Московского патриархата). Но Собор прошел в присутствии мирян и в формате тайного голосования. То есть Филарет отказался от своих требований. Что он мог получить взамен? Уверен: признание победы своего выдвиженца.
И в итоге после второго тура тайного голосования (первый тур был рейтинговым) Епифаний Переяславский получил 37 голосов, президентский ставленник Симеон — 27 и еще два голоса — безнадежный аутсайдер, митрополит Вышгородский и Подольский Владимир из УАПЦ.
Само проведение Собора было предельно закрытым, поскольку боялись «российских провокаций». Может быть, поэтому информация об итогах голосования вызывают удивление, даже арифметическое. Ведь голосовать могли только архиереи, а их было 56. Кто остальные из 66 проголосовавших? Ну, во-первых, голосовали сидевшие в президиуме иностранные иерархи: ведущий собор митрополит Галльский Эммануил, патриаршие экзархи в Украине архиепископ Даниил Памфилийский и епископ Иларион Эдмонтонский, а также экзарх Константинопольского Патриарха в Греции митрополит Адрианопольский Амфилохий. Хотя: какое отношение могут иметь эти иностранцы к избранию предстоятеля автокефальной, то есть суверенной, церкви? Как, впрочем, вызывает вопрос и то, что делал в президиуме этого собрания президент страны, в которой церковь отделена от государства? Тоже голосовал?
Но даже четыре иностранных голоса — это мало. Остается предположить, что в голосовании были учтены уже легендарные «доверенности», письменные согласия нескольких иерархов Церкви Московского патриархата перейти в ныне создаваемую ПЦвУ. Если это так, то в ближайшее время УПЦ (МП) «потечет», поскольку «лиха беда начало», а дурной пример заразителен.
Но это — будет видно. А пока о том, почему Собор следует оценивать как поражение Порошенко. Ведь формально он победил, реализовав свою мечту и даже предвыборное обещание. Но беда президента в том, что он по итогам выборов, после поражения Симеона, не сможет управлять новой церковью. А она им — сможет.
Не стоит рассматривать избранного предстоятеля Епифания («Митрополита Киевского и всея Украины», как его будут именовать по требованию Константинополя) как некий церковный киндер-сюрприз (39 лет) и марионетку Филарета. Похоже, это человек с вполне сформировавшимися если не взглядами, то политическим амбициями.
В одной из его статей 2015 года («Церковная безопасность не менее важна, чем военная»), среди многочисленных рассуждений о кремлевском управлении Московским патриархатом и агрессивных замыслах России, я наткнулся на интересную фразу: «Как всем хорошо известно, Московский патриархат как публичная организация, за исключением очень коротких периодов, всегда был, по собственной воле или против нее, тесно интегрирован с государственной властью страны: Московского царства, Российской империи, Советского Союза и ныне — Российской Федерации».
Тезис вызовет недоумение у любого историка. Особенно услышанный от доктора богословия, чья диссертация была посвящена «непрерывности святоотеческого предания». То есть — тоже истории.
Ведь не секрет, что восточноправославные церкви всегда жили в состоянии «симфонии», созвучия, согласованности со светской государственной властью. В отличие от католицизма, который был скорее в «антифонии» (противозвучию) к земным правителям. Поэтом и появлялся босой коленопреклоненный император Священной Римской империи германской нации, целующий туфлю папы Григория VII в снегах Каноссы. Хотя, правды ради, замечу, что, бывало, и папа валился с престола после удара латной рукавицей Гийома де Ногаре, советника короля Франции Филиппа Красивого (1303 год).
Так что не только Московская, но и все восточные митрополии да патриархии в своей истории «симфоничны» со светской властью. Особенно Константинопольская, о которой еще протопоп Аввакум говорил: «Мудры б*** ы дети греки; да с варваром турским с одного блюда патриархи кушают рафленыя курки». Доктор богословия Епифаний об этом не может не знать…
Зато у любого политолога тезис найдет понимание как декларация намерений самостоятельной церковной политики, возможно даже — и в противодействие светской власти.
Так что вполне возможно, что если Епифанию удастся сохранить структуру и привести ее к международному признанию, то Украина получит нового, активного и независимого от государства игрока на внутриполитическом поле. И игрок этот сможет держать нынешнего президента на очень коротком поводке. Ведь и «томос» (= автокефальная церковь = Вера) это один из компонентов предвыборной «триады» Порошенко: «Армия! Язык! Вера!». И любое сомнение в адрес президента, высказанное предстоятелем томос-Церкви Епифанием (или его духовным наставником Филаретом), будет означать для Порошенко электоральную катастрофу.
Хотя добиться международного признания для ПЦвУ будет, похоже, нелегко. После первых суток избрания поздравления в адрес новой церкви и ее предстоятеля высказало только посольство США в Киеве и Константинопольский патриарх Варфоломей (да и тот по телефону и не по своей инициативе). Остальные автокефальные церкви пока угрюмо молчат.
Ну, и из личных наблюдений.
Для киевлян события 15 декабря прошли совершенно как-то незаметно. На Софиевской площади собралось не более четырех тысяч человек, в подавляющем большинстве приезжие из Западной Украины. Это не предположение, это факт. На крохотном 150-метровом отрезке Владимирской улицы (от бульвара Шевченко до улицы Богдана Хмельницкого, бывшей Ленина) только по правой стороне я насчитал 21 автобус с таинственной табличкой «Р 1» на лобовом стекле. Водители не скрывали: «Мы из Ровно и Ковеля. Привезли радоваться томосу. А винницкие автобусы стоят около Владимирского собора».
Почему 21 автобус? Да там больше просто не поместилось…
Киев
- Военные корабли ФРГ пройдут через Тайваньский пролив
- В США рассказали о планах Байдена на оставшийся срок до отставки
- Прощальная гастроль Кулебы. «Волынская резня» не забыта и за неё мстят
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков