О социальной ориентации перемен в России
Президент Путин предложил новую перестройку с ускорением. На этот раз конституционную. Референдума не будет, как было в СССР при Горбачеве, но власть тоже посоветуется с народом через опрос, который состоится уже в этом году 12 апреля. Что бы это значило? Ответ на вопрос пока остается загадкой и активно обсуждается в СМИ и в соцсетях.
В Госдуму от президента поступили подготовленные поправки в конституцию для обсуждения согласно законодательной процедуре. Депутаты уже проголосовали за предлагаемые поправки в первом чтении единогласно. Нет сомнений, что поправки будут приняты и дополнены.
Интерес активной части общества привлекают две темы: социальная и антикоррупционная. Президентом заранее обещано, что в основном конституция останется прежней. Положение о социальной ориентации государства не отменяется, а даже усилится и конкретизируется.
Но, как повелось издавна, правовая лексика изобилует иностранными терминами, которые либо надо растолковывать отдельно, либо они понимаются по контексту, придавая научный флер привычной бюрократической риторике.
Социалка с коммуналкой
Социальный значит общественный. Но почему бы так и не говорить по-русски, употребляя слово общественный? В антисоветской идеологии, имеющей все признаки идеологии государственной, социальная революция и социализм (однокоренные слова) проклинаются, но в конституцию вписано положение о социальной ориентации государства. Как это понимать?
Получается, что приватизация государственного имущества, как она происходила в 90-х, и право частной собственности на природные ресурсы имеют социальную ориентацию. Когда большевики экспроприировали и национализировали землю и частный капитал, то это было преступлением типа «отнять у хозяев и поделить на всех». А вот «отнять у всех и поделить между собой» — это демократия и социальная ориентация. Приватизация пересмотру не подлежит.
То же и с пенсионной реформой. Все мы пока еще помним «денег нет, но вы держитесь». Держимся — деваться некуда. Но, оказывается, денег в стране избыток, и излишки денег отправляются на счета Фонда национального благосостояния России и резерва Банка России, то есть в кубышку. Там они пускаются банками в оборот, участвуя в развитии чужой экономики. В России этого делать якобы нельзя, чтобы не провоцировать инфляцию — жить надо по средствам. Но в трудной ситуации из Фонда деньгами поддержали банкиров и олигархов. То есть экономику РФ, которая в результате приватизации оказалась в их руках.
Учрежденный в 1990 году ПФР, имея собственные денежные средства, должен существовать за счет страховых и накопительных взносов и их оборота на рынке инвестиций по схеме коммерческого банка. Так задумывалось. Но оказалось, что без увеличения пенсионного возраста обеспечить необходимый баланс средств ПФР якобы никак нельзя. Зато сам ПФР с раздутыми штатами не бедствует.
Говорят, что ПФР может быть преобразован в публично-правовую компанию. Такие же эксперименты под видом оптимизации проводятся с Фондом медицинского страхования ФОМС и Фондом социального страхования ФСС. Результаты оптимизации население уже почувствовало на себе.
Жить по средствам также означает, что избранные могут позволить себе траты на роскошь без каких-либо ограничений, а эксплуатируемые ими массы, как трудовой ресурс, должны довольствоваться макарошками и продовольственным суррогатом из пальмового масла и сои. Это тоже социальная ориентация, но только социум в качестве ориентира тут разный. И средства у него разные.
Жонглирование словами, особенно иностранными терминами, теперь в большой моде. Например, русское слово доброволец дурно пахнет, а его синоним волонтер приближает элиту к некой мировой цивилизации, в которой идет бурный процесс разложения нравов и переосмысления ценностей. Никто не замечает, что волонтер и волюнтарист — слова однокоренные.
Все это дает повод для иронии и является одним из признаков отказа от родного языка и собственной культуры как признака колониального самосознания. Так оно и есть, что проявляется и в других сферах общественной жизни.
Социальная ориентация государства это не только и не столько формулировка положений конституции и законов. Прежде всего, это ориентация экономики в целом. Происхождение термина экономика и его смысловое развитие из древнегреческого учения о ведении домашнего хозяйства в науку общеизвестно. В России это учение существовало под названием «Домострой» с 15-го века и впервые было описано в виде книги в Новгородской республике, а затем не раз книга переписывалась с поправками, в том числе и в Москве.
Стандартной модели экономики-домостроя никогда не существовало. У каждого народа или нации складывалась своя система ведения хозяйства и торговых отношений, а над ними и гражданского права, в основе которого лежало право частной собственности. Это написали уже более поздние теоретики. Поэтому появились и новые термины типа национальной экономики и общенациональной собственности, национальных интересов.
Само собой, менялся социум, и соответственно менялась социальная ориентация по своему смыслу. Появились и новые учения о социализме и коммунизме. Выделяя главное в этих учениях, мы неизбежно приходим к общине. Или к социуму и коммуне, если говорить не по-русски, и к системе распределения общих благ внутри общины или сообщества.
Традиционная Россия всегда была общинной, земской, несмотря на ее консервативную сословность. Не вдаваясь глубоко в историю, можно сказать, что русская община стала разрушаться с отменой крепостного права и была окончательно разрушена революциями 1917 года. Так наступал на Россию капитализм западного образца.
В годы советской власти или, другими словами, в эпоху советского ренессанса России общинный порядок ведения хозяйства был частично восстановлен. Но не ради исполнения догм коммунистического учения, а в силу традиций и необходимости ускоренной индустриализации промышленности и сельского хозяйства перед опасностью новой агрессии с Запада. В этом заключалась политика Сталина как политического вождя и главы государства. В этой традиции заключалась и феноменальная сила многоукладной России да и стойкость кавказских народов каждого в отдельности тоже.
Община и земства были фундаментом самоуправления в решении самых насущных проблем по обустройству сел и городов, взаимопомощи и для развития инфраструктуры освоенных и заселяемых земель. Самоуправление разгружало центральную власть от решения проблем местного уровня.
Тем не менее предвоенное напряжение, так называемая мобилизационная экономика, и послевоенное восстановление народного хозяйства усилили централизацию власти и идеологический догматизм. Свое влияние оказывала и пресловутая холодная война, в которой СССР как лидер нес основную нагрузку по защите социализма и коммунистической идеологии.
Но вот грянула перестройка. По сути это была полная капитуляция перед Западом чрезмерно централизованной партократии. Стратегии реформ не было. Правящая элита вытянулась в струнку перед Америкой и Европой или изгибалась в позу «чего изволите?». Общество было дезориентировано, а государство пошло по пути американизации, копирования чужого опыта и полного отрицания своего.
Община снова была разрушена. Одним из показательных примеров разрушения общины является реформа жилищно-коммунального (общинного) хозяйства на американский манер. Имущество ЖКХ городов и сел, то есть городских и сельских общин, было передано в управление частным управляющим компаниям. Хотя замышлялось внедрение системы жилищных кондоминиумов, как в Америке.
Жильцы, несмотря на приватизацию жилья и статус собственников, попали в кабалу посредников услуг ЖКХ в лице управляющих компаний. Можно поискать некоторую аналогию реформы ЖКХ с отменой крепостного права в 1861 году, сравнивая новые права нынешних жильцов с положением ставших формально свободными гражданами крепостных крестьян. Вспоминается и черномырдинское «хотели как лучше, а получилось как всегда».
Государство и муниципальная администрация самоустранились от своих общинных обязанностей. Стали расти долги по коммунальным платежам. К взысканию долгов (также на американский манер) подключили частных коллекторов (опять иностранное словцо), хотя для этого есть гражданские суды и судебные приставы, исполняющие судебные решения.
Реформа ЖКХ без особых последствий прошла там, где бывшие ДЕЗы и ЖЭКи стали управляющими компаниями. То есть там, где сохранились традиции. И здесь есть аналогия с аграрной реформой. Там, где колхозы и совхозы перестроились в агрохолдинги, добились успеха. А там, где пошли по пути мелкотоварного фермерского производства, разрушая традицию, продуктивная земля стала зарастать бурьяном и кустарником. Где тут социальная ориентация?
Чиновники и депутаты
Вторая тема поправок, которая вызвала наибольший интерес у граждан, касается статуса государственных чиновников или государственных служащих и депутатов. Речь идет об ограничении их прав на второе гражданство или вид на жительство в иностранных государствах. Таким образом, создается некий патриотический фильтр в политической карьере.
Учитывая обострение политической конкуренции в мире и стремление Запада вмешиваться во внутренние дела России, диктовать ей свои правила жизни и нравственные нормы, эта мера оказалась необходимой. Потому что некоторые чиновники и депутаты вдруг стали лоббистами сомнительных западных ценностей, политических и гражданских проектов, принятых на Западе и противоречащих российским традициям и законам.
Население воспринимает такую поправку и как одну из мер борьбы с коррупцией. Проворовавшиеся чиновники и оскандалившиеся депутаты скрываются от следствия и суда за границей, предварительно накапливая активы и приобретая собственность за рубежом. Как говорил приснопамятный Збигнев Бжезинский, «это уже не ваша элита».
Однако вряд ли подобные ограничения поднимут патриотизм значимых лиц в управлении государством или станут преградой коррупции. Здесь нужна иная, более эффективная система кадрового отбора и контроля, которую называют не иначе как «социальным лифтом».
Ведь второе гражданство и вид на жительство всего лишь облегчают пересечение границы. Остальное подобной элитой легко преодолевается. Как показывает практика, и деньги вывозят, и границу пересекают, прибегая к услугам таких же коррупционеров. Их зарубежный капитал и имущество контролируются в любом случае независимо от гражданства.
У граждан возникают протестные настроения против того, как принимаются законы, которые чиновники инициируют, а депутаты безоговорочно их принимают. Так было с пенсионной реформой, реформой образования и науки, здравоохранения. Потом само правительство и признало, что эти реформы провалены. А как же интересы избирателей, которые депутаты обязаны защищать по своему статусу?
Чем же депутаты отличаются от чиновников? Только тем, что у чиновников есть формальная ответственность за принятые решения и за их исполнение. Чиновников могут привлечь к суду за последствия своих решений и превышение полномочий. А депутаты такой ответственности не несут. Они неприкосновенны. В остальном депутаты и чиновники едины. Во всяком случае по отношению к народу и своим избирателям они представляют одну слаженную команду. Чиновник может стать депутатом, а депутат чиновником.
Вызывает иронию у населения и сама система выбора депутатов и назначения чиновников. Профессиональные критерии отбора не очевидны. Парадоксально, но ограничительные меры на двойное гражданство, которые предлагают внести в конституцию, должны принимать в первую очередь те партии, которые сами заполняют свою думскую квоту после избирательной кампании популярными людьми с двойным гражданством. Среди них непропорционально много известных спортсменов, артистов, журналистов, что никак не отражает структуру социальных слоев общества. Представителей рабочих там давно уже нет.
Когда слушаешь некоторые высказывания государственных служащих и депутатов, иногда возникает подспудное ощущение того, что в их представлении народ — это темная необразованная масса, которая не разбирается в происходящем. Так думали когда-то и народники, которые сначала взялись просвещать народ, а потом развязали террор как форму революционного протеста.
Уличная или несистемная оппозиция играет в ту же игру, что и системная власть, оглупляя народные массы. Власть ради власти, оппозиция ради оппозиции. А где же мысли, которых ожидает общество?
Требование времени и опыт истории
Общество всегда находится в ожидании перемен к лучшему. В этом заложен смысл жизни и развития самого общества. Поэтому перестройка была ожидаемой, хотя и не осознанной. Но ее результат оказался катастрофическим для страны. Спустя 30 лет назрела необходимость новых перемен, но на этот раз вполне осознаваемых по результатам реформ и сравнительным оценкам того, что было и что стало. Это называется приобретенным опытом. Модели будущего по-прежнему нет.
Конечно же, речь идет не о реставрации социализма, а всего лишь о смене экономической модели, которая не устраивает ни население, ни собственников заводов и пароходов. России надо выбираться из могилы, куда ее настырно укладывают партнеры-конкуренты. Это стало очевидным с конца 90-х годов, что стало причиной ухода Ельцина в отставку.
Сделать это за несколько лет было невозможно по ряду объективных причин. Прежде всего, не вызрела концепция новой экономической модели. Глубоко коррумпированная власть была не способной к переменам, иначе она бы сама сменилась с непредсказуемыми последствиями для государства.
Теперь хозяева экономики, на себе испытавшие прелести либеральной демократии, пришли к выводу, что суверенитет не политическая проформа и не мода в риторике, а вполне осязаемая в доходах реальность. Министры, которые ведут себя, как функционеры МВФ, не могут защитить их рыночные интересы.
Население тоже осведомлено, что всякая оптимизация социальных расходов государства проводится по инструкциям МВФ. Да и сама экономика, ориентированная на производство денег для денег, порочна во всех отношениях.
Таким образом, сложилась некая антиправительственная солидарность нижних, средних и элитарных слоев населения, хотя причины недовольства у всех разные. Возникли также противоречия между центром и регионами. Все это устраивает и даже радует Запад. Такова подоплека смены правительства и конституционных поправок. Запускать недуг дальше было нельзя.
Политологи анализируют детали перемен и личностные характеристики новых членов правительства, чтобы предугадать будущие системные изменения в государственном строительстве. Но, по большому счету, ничего особо не изменится в политической системе. Уже объявлена вторая волна приватизации государственных предприятий, что является своего рода характерным индикатором грядущих перемен и стремления к большей стабильности. Их цель — сохранить статус-кво, легализовать сложившуюся за годы реформ систему собственности и гражданского права.
Что касается борьбы с коррупцией, то с ней можно было бы и раньше побороться уже известными методами. Для формирования новой ВЧК нашлись бы и преданные сотрудники, и в народе такие меры получили бы массовую поддержку. Но Путин в самом начале своего президентства сказал, что возврата к 1937 году не будет. С коррупцией надо бороться укреплением законности.
Правительство в полном составе было отправлено в отставку для того, чтобы разом избавиться от носителей исчерпавшего себя либерального экономического порядка вместе с их клановыми и коррупционными связями, которые могли бы помешать предлагаемым переменам. Путин обнулил полномочия оппонентов в своей команде. Но на этом новая перестройка не закончится.
И если уж вспоминать в этой связи репрессии 1937 года, то надо иметь в виду, что на то время в советской истории пришелся пик борьбы за власть и за место под солнцем новой советской буржуазии, а также борьбы с троцкизмом.
Скорее всего, нынешнюю ситуацию можно сравнивать с 1939 годом, когда наркомом Берией, обладавшим способностями организатора, была проведена первая массовая амнистия, а инициативным талантливым специалистам, находившимся в заключении в результате прежних репрессий, были созданы все условия для созидательного творческого труда.
Надо заметить, что Берия и Сталин не были сторонниками ортодоксальной коммунистической идеологии, на которой строили свою карьеру многие советские партократы. Они были прагматиками. Их главный принцип — «кадры решают всё».
Конечно, прямые аналогии недопустимы. Но ситуация в управлении государством за время реформ сложилась таким образом, что без инициативных профессиональных кадров решать экономические и социальные проблемы невозможно. Карьеризм и стяжательство парализуют развитие страны, способствуют коррупции. Нужны радикальные, но не революционные перемены. В этом схожесть двух сравниваемых эпох.
Смена правительства и конституционные изменения являются подготовкой к таким переменам. Либеральную модель экономики надо менять вместе с критериями оценки ее эффективности. Как воздух нужна государственная идеология, консолидирующая все общество.
Оппозиционная фронда тут насторожилась. В Москве ею был отменен митинг протеста против поправок к конституции сразу же после получения от властей разрешения по запросу организаторов на его проведение. Но зато в Москве и по России стали проводить массовые пикеты с требованием всероссийского референдума по конституционным поправкам.
Эти шараханья говорят о том, что для западных фондов, питающих оппозицию в России, перемены в правительстве и законодательстве оказались неожиданными и слишком быстрыми, а вариантов ответной реакции на них в виде домашних заготовок в запасе не было. Западные специалисты политической интриги экспромтом действовать не умеют. Вот и растерялись. Но ненадолго.
Предлагаемое усиление роли Госсовета в управлении государством многие российские и зарубежные аналитики связывают с укреплением «путинского авторитаризма». Дескать, он из власти не уходит и остается тем же царем или неким верховным правителем. И лишь немногие видят в этой конституционной поправке превентивное намерение создать прообраз ГКО. Американские и натовские провокаторы вынуждают сделать это своими санкциями и угрозами в адрес России.
Логика простая. Государство не может позволить кому-то застать себя врасплох — динамика событий в наше время иная, и адекватный ответ на вызовы должен быть быстрым и эффективным. В том числе и во внутренней политике, в которую партнеры-конкуренты вмешиваются без стеснения.
Есть и другие проблемы государственного строительства, включая экономические, которые целенаправленно будет решать Госсовет и предлагать варианты их решения правительству. Нужно исправлять перекосы земельной реформы и использования природных ресурсов.
Также пора определиться с общенациональной идеей, без которой уже не обойтись. Конституция — это акт общенационального и социального, если хотите, согласия. Она может символизировать или отражать собой общенациональную идею. Но тогда в нее надо вводить такие правовые понятия, как нация и общенациональное достояние, без которого нация не формируется и не существует.
Сейчас в России нация определяется с расовых позиций и по языку, иногда по общей культуре и истории. Поэтому мы часто слышим абсурдную формулировку о том, что Россия как нация в составе ООН является еще и многонациональной. Это наследие революционной теории начала ХХ века.
Во всем мире по международному праву нация — это территориально-экономическое сообщество народов с общей историей и правовыми нормами. То есть нация и государство синонимы. Национальность и гражданство тоже синонимы. Но только не в России. И это создает определенную предпосылку к сепаратизму и разного рода провокациям.
Для обозначения этнических групп населения есть хорошее слово народ или подходящий иностранный термин этнос, этническая группа.
Также нельзя подменять общенациональную идею патриотизмом. Патриотизм — черта характера и убеждений гражданина. Причем национализм и патриотизм понятия схожие. Но если к ним примешивается расизм, то получается в итоге гремучая смесь нацизма. Мы уже имеем в бывших советских республиках много примеров трансформации патриотизма в общенациональную идею такого качества.
- Военные корабли ФРГ пройдут через Тайваньский пролив
- Прощальная гастроль Кулебы. «Волынская резня» не забыта и за неё мстят
- В США рассказали о планах Байдена на оставшийся срок до отставки
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков