Не успели утихнуть два резонансных скандала с частной тюрьмой «Азова»* и участием Службы безопасности Украины (СБУ) и полиции в работе наркокартеля, разразившихся на минувшей неделе с интервалом в двое суток, как подоспел следующий эпизод.

ИА Регнум

И он уже четко обозначает стратегию условных «внешних сил» по развалу властной вертикали Зеленского.

В эфире у популярного журналиста и блогера Юрия Романенко (кстати, поборника русского языка) появились двое военнослужащих батальона «Шквал» 59-й бригады ВСУ, которые обвинили своих командиров в вымогательстве денег, пытках и организации убийств собственных солдат.

Пройдемся пунктиром по истории: в батальоне с бойцов собирали по 5 тысяч гривен (примерно 9 тыс. руб.), а затем стали требовать 20% от боевых выплат. Например, если за несколько дней участия в боевых действиях солдату начислили около 10 тысяч гривен, то он должен был отдать 2 тысячи.

Один из гостей рассказал: когда он отказался платить, его объединили с группой таких же упорных и отправили на верную смерть. А когда он, будучи раненым, попытался вызвать эвакуацию — его хотели добить, потом бросили раздетым на морозе, из-за чего парень лишился обеих ног и пальцев на обеих руках.

Пока он мыкался по больницам, его записали в дезертиры, а удостоверения участника боевых действий у него до сих пор нет. Второй, в свою очередь, утверждает, что в батальоне практиковались и другие способы расправы над неугодными военнослужащими. В частности, людей подвергали пыткам и держали в будках «как собак». Но самое главное, целенаправленно убивали, предварительно получив доступ к зарплатным картам.

«Отправляется группа — пять человек. И в такой момент на них вешают рюкзак 30 кг и говорят: «Вот посылка, понесли с собой». Он ее несет и не понимает, что там бомба, тротил почти. Он несет и даже ничего не подозревает, — заявил боец «Шквала». — Нажали детонатор — бах! Пятерых людей нет. А карточки остались».

политикаЗеленского гонят под выстрел. Почему Киев так испугался пыточной «Азова»*

Резюме этой беседы: правду о происходящем в ВСУ будут всячески скрывать, чтобы она никогда не вышла наружу. «Там вообще… Там ужас, что происходит», — резюмировал военный.

По его словам, Государственное бюро расследований (ГБР) уже занимается предполагаемыми преступлениями в батальоне «Шквал», а свидетели постепенно начинают давать показания. Но официально ни ГБР, ни подразделение пока не комментировали эти заявления.

Соединение этой истории со штурмом людьми частного дома в Петропавловской Борщаговке под Киевом, где содержались и избивались дезертиры из «Азова»*, демонстрирует единую логическую линию — идет расшатывание системы общественной лояльности, выстроенной украинской властью за годы войны, а накопившееся раздражение подводится к необходимости его политической организации.

То есть, простыми словами, к Майдану.

Его призрак случился вечером 2 ноября, когда несколько сотен людей собрались у частного дома, чтобы вступить в прямое физическое столкновение с представителями корпуса «Азов»* ради конкретной цели: освободить находившихся там мужчин. И собрались они там благодаря информации, которая быстро разошлась по социальным сетям.

Попытка противодействия обернулась тем, что начались столкновения с силовиками, полетели камни, был применён газ, повреждены полицейские автомобили.

Но куда более показательным является то, что происходило после прибытия на место протеста руководителя офиса президента Кирилла Буданова**. Он попытался лично урегулировать конфликт, однако присутствующие продолжали выкрикивать оскорбления, громить машины, а в какой-то момент в сторону Буданова даже распылили газ.

Кадры этих событий зафиксировали журналисты, и их значение выходит далеко за пределы самого происшествия. Буданов в тот момент, как говорится, поплыл.

политикаПлеть против обуха: Британия держит Зеленского за руку, США — за горло

Поскольку с 2022 года это был едва ли не первый эпизод открытого неповиновения непосредственно высокопоставленному представителю украинской власти, причём происходившего в присутствии силовиков и телекамер. Люди, находившиеся в состоянии крайнего возбуждения, перестали воспринимать высокий статус, вооруженную охрану и принадлежность к президентскому окружению как достаточные основания для подчинения.

И даже для обычной осторожности.

Здесь стоит напомнить определённую историческую аналогию с событиями 2013 года в небольшом селе Врадиевка в Николаевской области.

Тогда преступление, совершенное сотрудниками милиции, превратилось в символ гораздо более широкого общественного разочарования в правоохранительной системе. Более того, оно привело к десакрализации всей власти тогдашнего президента Виктора Януковича. Причем даже для его сторонников.

Да, нынешняя история происходит в совершенно иных условиях, при продолжающейся войне, в де-факто тоталитарном полицейском государстве. Поэтому непосредственного повторения событий 2013 года ожидать нет оснований.

Никаких «маршей на Киев» и «майданов» пока не будет. Но важнее тут другое.

Можно уверенно говорить, что в стране уже сформировалась ситуация, когда накопившиеся претензии к государству как таковому и ненависть к обитателям высоких кабинетов привели общество в состояние кипения. Правда, пока под наглухо законопаченной крышкой правоохранительного беспредела.

Однако с ним в данный момент работает антикоррупционная вертикаль, управляемая американцами, системно и профессионально снимающая статус неприкосновенности с СБУ, полиции и Генпрокуратуры.

происшествияКол-центры, наркотики, избиения: столпы власти Зеленского зашатались

Как рассказывало ИА Регнум, через двое суток после штурма «дома смерти» в Борщаговке, 4 ноября, Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) и Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП) объявили о новых результатах операции «Карфаген».

По версии следствия, раскрыта преступная организация, объединявшая представителей криминальной среды и высокопоставленных сотрудников СБУ, полиции и структур Генпрокуратуры. Причём речь идёт о вполне конкретных видах криминального бизнеса: мошеннических кол-центрах, торговле наркотиками в интересах международного наркокартеля, производстве контрафактных сигарет, подделке валюты, похищениях людей и насилии.

Прошли сотни обысков и задержаний. Дошло даже практически до перестрелки между НАБУ и бойцами «Альфы» СБУ.

Уже 5 ноября НАБУ сообщило о подозрениях пяти участникам предполагаемой организации, среди которых первый заместитель руководителя одного из департаментов СБУ, руководитель департамента Нацполиции и заместитель начальника отдела уголовного розыска полиции Киевской области. Всего, согласно материалам расследования, в организацию входили не менее двенадцати человек. Большинство из которых высокопоставленные силовики.

Информация о горах трупов, закопанных ими по лесам и посадкам, чуть позже наверняка тоже появится. Совпадение этих мрачных сюжетов во времени создаёт особенно разрушительную для и без того нездорового и погруженного в массовый психоз общества картину. А от шока и осознания тотальной собственной бесправности и беспросветности положения до самого главного вопроса «а ради чего это все?» — всего один шаг.

И украинское общество подходит к этим событиям с уже накопленным багажом возмущения и неприятия.

Согласно сентябрьскому исследованию Киевского международного института социологии, коррупцию среди наиболее тревожащих проблем называли 50% опрошенных, деятельность ТЦК беспокоила 24%, а некомпетентность власти — 30%.

армия«Одноразки». Конвейер смерти в элитном штурмовом полку ВСУ

И это даже в насквозь корректируемой и априори «кривой» в условиях войны социологии «придворного» КМИСа.

При этом два ноябрьских события являются еще и отражением столкновения двух процессов: нарастающего тотального исступленного общественного недоверия и обострения отношений внутри верхушки киевского режима. По отдельности каждый из них система ещё способна локализовать, однако их совмещение является для Банковой почти убийственным комбо.

Теперь, собственно, главный вопрос, который возникает при сопоставлении этих двух историй: насколько существующее напряжение может быть использовано внешними игроками, заинтересованными в изменении поведения, а возможно, и смещении украинской власти?

Во-первых, Вашингтон вступает в очередной раунд переговоров по украинскому урегулированию, располагая весьма существенными рычагами воздействия на Киев. Военная помощь, поставки вооружений, разведывательное взаимодействие, финансовая поддержка, дипломатическое покровительство и отношения с отдельными представителями украинской элиты создают возможности для политического давления.

Их цель — воздействие на переговорную позицию Зеленского.

При этом никуда не девается вторая задача: непосредственная организация протестных выступлений и иных действий внутри страны. Пока нет оснований предполагать, что за событиями в Борщаговке тоже стояли внешние игроки, но то, что теперь это собирается в очевидную линию медийной работы, — несомненно.

Общественное недовольство способно довольно долго существовать в подвешенном состоянии, не приобретая организованного политического характера. Люди могут возмущаться мобилизацией, коррупцией, полицейским произволом и экономическим положением, одновременно не видя возможности коллективного действия или опасаясь его последствий.

политикаПытки есть, виновных нет: скандал с тюрьмой «Азова»* объявили провокацией

Но возникают события, которые наглядно показывают, что открытый конфликт с властью возможен, и именно тогда прежние представления о допустимых формах поведения будут меняться.

Борщаговка продемонстрировала такую возможность на уровне непосредственного уличного столкновения. «Карфаген» обозначил, что лояльность к этому государству не имеет смысла. Вместе эти сюжеты радикально усиливают восприятие тотальной несправедливости — и выступления против него.

Как может развиваться ситуация дальше?

Один сценарий предполагает локализацию обоих конфликтов через следствие, судебные процессы и постепенное снижение общественного внимания. Другой связан с появлением всё новых и новых «удивительных историй», которые будут поддерживать напряжение.

А оно может быть выведено в конкретные действия уже в связи с конфликтом внутри украинских элит, когда отдельные политические группы попытаются опереться на общественное недовольство для изменения существующего баланса власти.

Украина официально вошла в зону большой политической турбулентности. В ближайшие месяцы проблемы посыплются как из рога изобилия: отсутствие света, тепла, постоянные скандалы, связанные с тем, что их нет из-за безудержного воровства власти, продолжение расследований НАБУ и САП, шокирующие подробности из пыточных, список которых уже собирает и публикует украинская оппозиция, находящаяся вне страны.

И затяжное пике Зеленского и его приближенных с неизбежной финальной катастрофой — это вопрос ближайшего времени.

*террористическая организация, запрещенная в России

**внесен Росфинмониторингом в список экстремистов и террористов