Джеймс Бонд уже не тот. И это, видимо, навсегда. Кто бы ни пришел на смену Дэниелу Крэйгу — Джек Лауден, Роберт Паттинсон, Николас Холт или Никита Кологривый, — всё равно. Потому что дело-то не в лице. Дело в самом Джеймсе Бонде. Который, как было сказано выше, уже не тот.

ИА Регнум

В какой момент он стал не тем? В тот самый, когда американская корпорация Amazon получила полный творческий контроль над развитием бондианы, заключив сделку на миллиард долларов с семейством Брокколи, которое курировало создание фильмов про агента 007 с 1960-х годов. А случилось это сравнительно недавно — в 2025 году.

Таким образом, Джеймс Бонд фактически утратил свою национальную идентичность. Конечно, Брокколи тоже были американцами по паспорту, но вместе с тем американизации франшизы до последнего противились и сознательно работали исключительно в британской производственной системе.

За это их на родине Джеймса Бонда уважали и высокие государственные награды им жаловали. Теперь же всё совсем не так. Безусловно, Джеймс Бонд всё еще остается формально одним из ключевых элементов британской культуры. Но принадлежит он американской корпорации Amazon.

Это, напомним, тот же самый Amazon, который ранее купил себе другой ключевой элемент британской культуры — творческое наследие Джона Р. Р. Толкина — и наворотил из него сериал с темнокожими гномихами и прочими безумствами. Отчего миллионы поклонников «Властелина колец» по всему миру взвыли.

Не исключено, что поклонники бондианы тоже взвоют. Хотя им не впервой: в свое время и назначение Крэйга не было, мягко говоря, единогласно одобрено, а до того и насчет Пирса Броснана многие возмущались. Но, опять-таки, дело-то совсем не в лице. А в тех же темнокожих гномихах. То есть в культурной апроприации.

Чем-то подобным, кстати, когда-то занимался Редьярд Киплинг, когда в своих произведениях пересказывал индийские сказки и басни про животных, выбрасывая оттуда изначальный подтекст (про кармические уроки, космический баланс и ненасилие) и сшивая из оставшегося метафору колониального порядка.

В общем, ничего необычного. Просто культура метрополии поглощает и переваривает культуру колонизированного народа, превращая ее в часть собственной культуры. Нравится это кому-то или нет, но так происходило примерно всегда и везде. И прямо сейчас происходит с британской культурой.

Причем начался этот процесс достаточно давно — где-то с середины прошлого века. «Великобритания потеряла свою империю и еще не нашла свою роль», — констатировал в 1962 году, произнося речь в Военной академии США в Вест-Пойнте, бывший уже на тот момент госсекретарь США Дин Ачесон.

Короткая, брошенная вроде бы между делом фраза британцев очень задела и разозлила. Занимавший тогда пост премьер-министра Гарольд МакМиллан разразился в ответ целой гневной речью, суть которой сводилась к тому, что не стоит, мол, нас недооценивать, мы еще всем покажем.

И таки действительно показали. В том же году — даже чуть-чуть, на пару месяцев, опередив выступление Дина Ачесона — на экраны вышел «Доктор Ноу», представивший миру Джеймса Бонда в исполнении Шона Коннери и сильно повлиявший на дальнейшее развитие массового кинематографа.

Более того, Джеймс Бонд, проведя успешную разведку боем, расчистил плацдарм для вскоре последовавшего так называемого «британского вторжения», когда The Beatles, а затем и прочие британцы буквально оккупировали медиаландшафт США и завладели умами и сердцами молодых американцев.

То есть бондиана изначально создавалась как инструмент мягкой силы в условиях отсутствия какой-либо иной силы. Колонии отваливаются, влияние на международной арене испаряется, экономика в кризисе, социальное напряжение растет — и тут появляется этот самоуверенный красавчик в стильном костюме и всех спасает.

Красавчик, что немаловажно, верно служит Ее Величеству, а также является воплощением и одновременно вместилищем той имперской мощи, которая вроде бы только что была безвозвратно утрачена. Но, стало быть, не насовсем. Поскольку вот же она, на экран проецируется. Значит, есть надежда на возвращение былого величия.

Понятно, что это всего лишь сладкая несбыточная иллюзия. Но как раз к 1960-м годам человечество уже вступило в эпоху, когда иллюзии бывают прочнее реальности. По крайней мере, пока не разбиваются об нее. Вот и иллюзия существования британской имперской мощи, воплощенная в Джеймсе Бонде, пока еще прочна.

Поэтому Великобритания сознательно ассоциирует себя с Джеймсом Бондом. Что засвидетельствовал, например, как-то раз Пол Мэдден — бывший глава британской дипломатической миссии в Австралии, опубликовав в блоге на сайте Форин-офиса по случаю премьеры фильма «007: Координаты Скайфолл» (2012) познавательный пост.

«Франшиза о Джеймса Бонде, — написал он, — всегда несла в себе важные послания миру о Великобритании». И далее пояснил: «Так же, как Бонд, Великобритания постоянно обновляется, чтобы оставаться актуальной». И еще: «Кроме того, мы, подобно Бонду, принимаем активное участие в событиях по всей планете».

Ну и так далее — про отказ от вступления в еврозону (поэтому у секретарши Манипенни такая странная фамилия), про Кью как символ инноваций и научно-исследовательских достижений британских ученых, а также про то, что австралийца Джорджа Лазенби назначили в свое время Бондом в качестве дипломатического жеста.

Однако имеет смысл чуть подробнее остановиться на «активном участии в событиях». Поскольку Бонд, конечно, с одной стороны, всегда разбирался с угрозами планетарного масштаба. Но, с другой стороны, угрозы эти, как правило, сугубо вымышленные и исходят от карикатурных «джеймсбондовских» злодеев.

При этом в оригинальных романах Яна Флеминга одним из главных противников ноль-ноль-седьмого была вполне конкретная советская организация «СМЕРШ». Но в фильмах «СМЕРШ» заменили на нейтральный «СПЕКТР». И хотя злодейку Розу Клебб в советской форме оставили, она уже формально не представляла Советский Союз.

То же самое в «Осьминожке» (1983) и «Искрах из глаз» (1987) — советские злодеи-генералы там действуют строго сами по себе, а не от имени государства. Хотя, казалось бы: новый пик холодной войны, сам бог велел, как говорится. И тем не менее в бондиане холодная война всегда была важным, определяющим, но всё же фоном.

Опять-таки вполне в духе постимперской Великобритании: избегать прямого столкновения с геополитическим врагом, предпочитая вести противостояние на идеологическом уровне. К слову, очередной русский злодей должен был фигурировать в 25-м (и последнем на данный момент) фильме серии. Но не срослось.

Может, срастется в следующем фильме. Но это уже никак не будет отражать политику Великобритании и чаяния простых британцев, а будет отражать только соображения и чаяния корпорации Amazon, которая перекроит мифологию Бонда согласно своему прагматическому видению.

Это не обязательно подразумевает какие-то радикальные реформы в духе леволиберальной повестки.

Конечно, «прогрессивный» сериал по «Властелину колец» наводит на такие мысли, но сейчас глава Amazon Джефф Безос вроде как на стороне Дональда Трампа, и по популярности среди всех проектов компании на первом месте «Ричер» — боевик про здоровенного белого цисгендерного мужика, который оптом раздает тумаков всяким негодяям.

Так что новые фильмы про Бонда, скорее всего, приблизительно такими и будут. Без каких-то вопиющих отклонений, но в соответствии с утвержденной контентной стратегией. Что тоже вариант не очень радующий, поскольку контентная стратегия обычно заключается в том, чтобы подстраиваться под вкусы среднестатистического зрителя.

Но главное — прямо сейчас мы наблюдаем за тем, как и мягкая сила Великобритании исчезает вместе с той самой иллюзией имперской мощи. Бонда у них отобрали, Гарри Поттера тоже, Винни Пух давно уже диснеевский (к тому же людей топором убивает). Один Мик Джаггер остался со своими Rolling Stones, да и то — надолго ли?