Вместо слов о подвиге предков в День Победы в этом году основатель Telegram Павел Дуров разместил в своем канале пост о результатах хакатона (профессионального соревнования) дизайнеров.

ИА Регнум

Этот странный жест в день, когда в России и многих других странах бывшего СССР вспоминают павших, стал очередным эпизодом в истории противоречивого отношения миллиардера к святому для миллионов россиян празднику. Истории, в которой память оказалась разменной монетой.

Повод для хайпа

Впервые Дуров громко высказался о Дне Победы еще до того, как Telegram стал глобальным феноменом.

9 мая 2012 года основатель «ВКонтакте» написал на своей странице в соцсети X (экс-Twitter) фразу, которая произвела эффект разорвавшейся бомбы: «Народ гуляет. Еще бы — 67 лет назад Сталин отстоял у Гитлера право репрессировать население СССР». Реакция не заставила себя ждать: многие комментаторы рвали и метали в негодовании, интернет-тролли подливали масло в огонь. В результате хештег #бойкотвконтакте вышел в российские тренды соцсети.

политика«Цифровой мессия». Как Павел Дуров растерял свою русскость

Почувствовав, что перешел черту, Дуров попытался объясниться. «Мой дед прошел всю войну офицером, был дважды ранен, а затем был репрессирован своими по доносу, без суда», — написал он. Но на этом не остановился: «Парадокс: воевали за свободу, а страна еще полвека после той войны гнила в унизительном рабстве. Недовоевали, выходит?» А затем, описывая впечатления от самого празднования, добавил: «Народ на улице, похоже, продолжает умирать за победу — теперь морально и интеллектуально».

Несмотря на волну возмущения, тогда эта выходка сошла ему с рук. Позднее на страницах книги «Код Дурова» он и вовсе постарался представить возмутительные заявления лишь игрой: «Очень сочные виртуалы, в их реальность верили: антифеминистка, гомофоб, сталинист. Я отстаивал их точку зрения. На 9 мая шла моя любимая волна: Сталин — преступник; не победа, а поражение; при таких потерях называть случившееся победой — кощунство; лучше бы нас завоевал Гитлер. У меня дед прошел всю войну, защищал Ленинград, и мне непросто было принять эту точку зрения. Но я неплохо вжился в роль, негодовал по поводу оккупации Прибалтики и Польши».

Дедушка-ветеран и его память, равно как и память миллионов жертв той войны, уже тогда были для Дурова не предметом гордости, а лишь поводом для хайпа.

Охранная грамота

Аргумент о «репрессированном деде» стал для Павла охранной грамотой на долгие годы. Даже довольно авторитетные западные издания вроде Financial Times при случае не забывали напоминать, что дед российского миллиардера «был отправлен в ГУЛАГ, несмотря на то что во время Второй мировой войны он был трижды награжден».

Однако в 2025 году журналисты добрались до архивов и выяснили, что никаких репрессий в судьбе Семена Петровича Тулякова, по всей видимости, не было. Биография деда Дурова — это история настоящего героя. Всю войну он провел на Ленинградском фронте, был трижды ранен.

Вот что сказано в наградном листе к его ордену Отечественной войны II степени, который каждый желающий может найти в базе данных «Память народа»: «Участвуя 19.2.1942 при наступлении на Слуцкий парк Красноборского направления в составе 65 стр. полка 55 армии легко ранен пулей в левую руку — ранение сквозное. Участвуя 8.7.42 при наступлении на Старопаново на Гатчинском направлении в составе 14 стр. полка 72 СД легко ранен осколком мины в левое бедро. Участвуя 19.3.43 при наступлении на ст. Саблино и пос. Саблино, Красноборское направление, в составе 123 отд. стр. дивизии тяжело ранен пулей в лицо. Достоин представления к правительственной награде».

семьяОсинки и апельсинки: что ждёт ЭКО-детей Павла Дурова

Дед Дурова закончил службу командиром роты в звании лейтенанта и был награжден в числе прочего еще одним орденом Отечественной войны, а также медалями «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

То, что Дуров годами выдавал за репрессии, на самом деле оказалось сложностями при вступлении в КПСС. Семену Тулякову отказали в партбилете в 1946 году из-за того, что он скрыл один факт: его отец, прадед Павла, оставшийся в оккупированной деревне, был при немцах старостой. После освобождения деревни Тулякова-старшего задержали, но он умер до завершения следствия.

Факт сокрытия важной информации в анкете сочли проступком, что было совершенно типично для того времени. Однако уже в 1954 году Семен Петрович всё же стал членом партии — той самой, которая, по мнению его внука (ну или, если угодно, по мнению его «очень сочного виртуала»), держала население страны в «унизительном рабстве». Вот такой парадокс.

Ни лагерей, ни суда, ни ссылки — лишь временные трудности с партбилетом, с которыми в послевоенные годы сталкивались тысячи советских граждан, чьи родственники в годы войны оказались на оккупированной территории.

За деньги — да

Шло время, и Дуров сменил тактику. От откровенного глумления он перешел к тому, что на первый взгляд могло показаться проявлением уважения. Однако под завесой патриотических жестов скрывался расчет.

В 2018 году основатель Telegram, чей мессенджер на тот момент уже блокировали на территории России, опубликовал в русскоязычном канале пост к 9 мая. «История наших предков учит биться до победного конца. С Днем Победы!» — написал он. Но поздравление утонуло в манифесте, критикующем ограничение работы мессенджера. Сама же формула «наши предки бились — и мы будем биться» прямо приравнивала спор IT-компании с государством к подвигу народа, победившего нацизм.

обществоДуровы из пробирки. Как основатель «Телеграма» обзавёлся сотней отпрысков

Семь лет спустя, в 2025 году, Дуров снова вспомнил про праздник и поздравил аудиторию с 80-летием Победы. На этот раз — с фотографией деда и рассказом о его наградах. Казалось бы, вот и запоздалое признание истинных заслуг предка, «репрессированного» внуком за 13 лет до этого.

Но суть поста оказалась сугубо меркантильной: поздравление завершалось анонсом трех лимитированных «подарков», выпущенных Telegram к юбилею, среди которых был «главный символ Победы — красная звезда». Разумеется, платных. Святая для миллионов людей дата превратилась в маркетинговую акцию по продаже цифровых сувениров.

Сам того, возможно, не замечая, Павел последовательно прошел путь от «Сталин отстоял право репрессировать» до «купите у нас красную звездочку в честь праздника».

Вдруг на Западе не поймут

Окончательно понять, чего на самом деле стоит патриотическая риторика Павла Дурова, помогает простое сравнение. В его англоязычном канале, где не так много русскоязычной аудитории с ее «неудобными» воспоминаниями о войне, Дня Победы не существует как явления.

Оно и понятно — на Западе окончание Второй мировой войны в Европе официально отмечается на день раньше — 8 мая. Да и в целом разница очень существенна: в России это один из главных национальных праздников, а в странах Европы и США дату отмечают гораздо скромнее. Поэтому в канале Дурова для англоязычных читателей нет фотографии деда-ветерана, нет поздравлений и вообще каких-либо упоминаний о событиях тех лет — даже в праздничные даты.

технологииВне юрисдикции: почему опасно отмахиваться от тайн популярного мессенджера

Зато есть поздравления с Хеллоуином и Днем святого Валентина — праздниками, лишенными для Дурова и его западной публики какой-либо «токсичности». Также есть пост про китайский Новый год, приправленный реверансами в сторону успехов КНР в области искусственного интеллекта. Есть анонс новых стикеров ко дню зимнего солнцестояния, который Дуров пафосно именует «отцом всех зимних праздников».

Многие из этих поздравлений, как в случае с 9 мая в русскоязычном канале (который в этом году, впрочем, в День Победы вообще молчал), сопровождаются рекламой новых «подарков» или новых функций мессенджера.

День Победы оказался исключен даже из этого календаря коммерциализированных праздников. Слишком сложный, слишком русский, слишком неудобный для западной аудитории и для того образа «цифрового мессии» и «человека мира» эпохи постмодерна, который Дуров так тщательно выстраивает.

Перед нами — классический пример Ивана, родства не помнящего. Человек, для которого, похоже, нет ничего святого за пределами своего «я» и собственного бизнеса. Человек, год за годом методично стирающий из своей публичной биографии любую связь с землей и историей, для которых он, судя по всему, окончательно стал чужим.