Из-за пошедшей не по плану операции в Иране американцы, чутко реагирующие на изменения рынка энергоресурсов, вновь обратили внимание на Латинскую Америку, которую издавна открыто называют своим «задним двором».

Иван Шилов ИА Регнум

«Теперь мы полностью независимы от Ближнего Востока. Нам не обязательно там быть. Нам не нужна их нефть. Нам не нужно ничего из того, что у них есть», — эти слова Дональда Трампа, сказанные в ходе большого выступления по иранской проблеме, еще недавно показались бы очевидным лукавством.

Ведь именно Ближний Восток рассматривался Соединенными Штатами как ключевой регион, контроль за которым был необходим для обеспечения американского глобального доминирования. Именно поэтому он напичкан американскими базами, именно поэтому США вводили войска в Сирию и Ирак, а теперь воюют с Ираном.

Некоторые и сейчас считают слова Трампа лукавством. Мол, он никуда уходить не собирается и лишь играет роль бескорыстного игрока, который исключительно в интересах союзников начал иранскую кампанию — и просто не может ее выиграть, поэтому готовит себе пространство для отступления.

политика«Пусть гибнут другие». У США не вышло избежать потерь на Ближнем Востоке

Другие же видят в словах американского президента как минимум полуправду, полагая, что дело в новой доктрине США, в рамках которой они перекладывают ответственность за ряд регионов (в том числе за Ближний Восток) на союзников, и те теперь должны сами думать о том, как, например, открыть Ормузский пролив и справляться с последствиями иранской войны.

Но американский неоколониализм никуда не делся — он просто сжался, перейдя от общемирового подхода к ключевым для США регионам. И прежде всего — на Американский континент.

Министр войны Пит Хегсет в марте презентовал новую геополитическую доктрину США в Западном полушарии. Она называется Greater North America — «Более великая Северная Америка» — консолидация ряда стран региона под контролем Соединенных Штатов.

Под регионом здесь понимается не всем известная Северная Америка, включающая только США, Канаду и Мексику. Новый регион Хегсета охватывает также всю Центральную Америку, Карибский бассейн, Эквадор, Колумбию, Венесуэлу, Гайану, Суринам, Французскую Гвиану, а также Гренландию. Проще говоря — все пространство от Северного Ледовитого Океана до Анд и бассейна Амазонки.

На этой территории, по словам Хегсета, США должны усилить «мощь и присутствие». В том числе физическое — размещая свои войска. По словам министра войны, Трамп сам чертил эту карту. Соответственно, он считает, что его страна имеет полное право на эту аннексию.

«Когда террористы, убийцы и картели берут под контроль стратегическую инфраструктуру, ресурсы и целые города возле границы и побережья Соединенных Штатов или зарабатывают на масштабной нелегальной миграции, это угроза для национальной безопасности США и других наций Америки», — заявил министр.

Под «инфраструктурой» имеются в виду, скорее всего, Панамский канал и торговые пути в Карибском бассейне. Под «ресурсами» — месторождения природных ископаемых в Мексике, Венесуэле, Колумбии и других странах. Наконец, «целые города» — это подконтрольные наркокартелям населенные пункты, причем не только в Мексике, но и в Центральной Америке.

политика«Биржа труда» для банд: действия военных США в Эквадоре ведут к бунтам

«Инициатива Хегсета — это логичное продолжение стратегии национальной безопасности США, опубликованной в конце 2025 года. Этакая новая итерация гегемонистских военно-политических планов Соединенных Штатов в Западном полушарии», — объясняет ИА Регнум ведущий научный сотрудник ИЛА РАН Андрей Пятаков.

По его словам, стратегия являлась первым шагом, вторым была попытка создания антинаркотической коалиции под названием «Щит Америк», а третьим как раз стала инициатива Хегсета. «В промежутке США занимались укреплением военно-политического сотрудничества с различными странами региона, в частности — с Эквадором», — отмечает Пятаков.

Однако это не просто новая итерация, но и углубление стратегии нацбезопасности. В последней говорилось о том, что регион входит в сферу влияния США, и подразумевалось частичное лишение его стран суверенитета.

Сейчас же Вашингтон фактически говорит о праве на оккупацию. «Гренландия и Канада встраиваются в эту ''Великую Северную Америку'' уже не как партнёры, а как зона, где Вашингтон считает себя вправе решать вопросы безопасности в обход Копенгагена, Оттавы и даже НАТО», — пишет глава Центра изучения военных и политических конфликтов Андрей Клинцевич.

При этом Вашингтон абсолютно не смущало, что войска США сейчас находятся в том же Эквадоре не просто без согласия местного населения, а вопреки его воле. На референдуме в ноябре 2025 года эквадорцы выступили против поправок в конституцию, подразумевающую в том числе снятие запрета на размещение иностранных баз в стране.

С другой стороны, кто может возразить Штатам? Европа не станет. Канаду ей, конечно, жалко, но главное для Старого Света сейчас — отстоять собственный суверенитет. О каком-то сопротивлении стран к югу от Рио-Гранде тоже говорить не приходится.

политика«Крестовый поход» и Апокалипсис: о чем не смогут договориться США и Израиль

«Латиноамериканские страны будут лояльны этой инициативе, не станут оказывать ей никакого сопротивления. Вот в прошлом году Колумбия робко высказала идею создать некое ''южноамериканское НАТО'' — и эта идея осталась висеть в воздухе, никто ее не поддержал», — говорит Андрей Пятаков.

Отчасти это произошло потому, что Латинская Америка сейчас переживает очень интенсивный правый поворот, и к власти там под видом борьбы с преступностью и нестабильностью приходят проамериканские политики, добавляет эксперт.

Тем более что Хегсет оставляет южной части американского континента пространство для других региональных лидеров. «На юге… мы будем укреплять партнерские отношения за счет более широкого распределения ответственности», — пояснял министр, давая понять, что США могут согласиться на бразильский контроль за остальной частью Южной Америки в том случае, если президент Бразилии Лула да Силва и его преемники не будут оспаривать власть США над остальной территорией.

«Это позволит вам играть более значительную роль в защите Южной Атлантики и Южной части Тихого океана и обеспечении безопасности критически важной инфраструктуры и ресурсов в партнерстве с нами и другими западными странами», — сказал Хегсет.

Вопрос лишь в том, согласится ли Бразилия, еще недавно видевшая себя ключевым игроком региона, на такую трансформацию. По всей видимости, ответ будет зависеть от того, насколько энергично и успешно США будут указанное «распределение» претворять в жизнь.

Ведь не исключено, что администрация Трампа просто надорвется под бременем внутренних и внешних проблем, ей не хватит военных, идеологических и экономических ресурсов — и тогда зону американского колониализма придется снова сужать. Возможно — уже до непосредственных границ Соединённых Штатов.