Вспышка хантавируса на круизном лайнере MV Hondius, унесшая за считанные дни три жизни и превратившая экспедиционное судно в плавучий изолятор, всколыхнула весь мир.

ИА Регнум

Когда 10 мая корабль пришвартовался у испанского острова Тенерифе, за ним уже тянулся шлейф громких заголовков в СМИ и соцсетях, суливших миру новую пандемию. Вся эта история стала благодатной почвой для паники.

Призрак пандемии

Все началось 1 апреля, когда MV Hondius — экспедиционное судно ледового класса — покинул аргентинский порт Ушуайя, чтобы отправиться в путешествие по Южной Атлантике и Антарктиде. На борту находились 175 пассажиров и членов экипажа более чем из 20 стран. Уже 6 апреля у 70-летнего гражданина Нидерландов проявились первые симптомы — жар и желудочно-кишечное расстройство, однако тогда их списали на естественные причины. 11 апреля он скончался, став первой жертвой.

К моменту, когда 24 апреля тело умершего выгрузили на острове Святой Елены и 29 пассажиров, включая его жену, сошли на берег, истинная природа болезни еще не была ясна. Вдова отправилась в ЮАР, но 25 апреля — уже на борту самолета, следовавшего в Амстердам — ее состояние резко ухудшилось. Женщину сняли с рейса, на следующий день она умерла в больнице Йоханнесбурга. Лишь 4 мая лабораторные тесты, проведенные Национальным институтом инфекционных болезней ЮАР, подтвердили: причиной стал хантавирус, а именно его разновидность — вирус Андес.

Тут-то и возник повод для паники. Вирус Андес — единственный более чем из полусотни известных хантавирусов, способный передаваться от человека к человеку, хотя и только при очень тесном и длительном контакте. На корабле, где люди неделями живут бок о бок в замкнутом пространстве, такой сценарий оказался возможным.

К 7 мая ВОЗ сообщила о восьми случаях (пять подтвержденных, три подозреваемых) и трех летальных исходах. Третьей жертвой стала женщина, скончавшаяся на борту 2 мая.

Реакция некоторых стран на сложившуюся на лайнере ситуацию только подлила масла в огонь. 3 мая MV Hondius попытался войти в порт Прайи, но власти Кабо-Верде ответили отказом, мотивировав это необходимостью защитить население страны. В результате лайнер остался на якоре в открытом море, а несколько наиболее тяжелых пациентов пришлось эвакуировать воздушным путем прямо с борта. Ситуация уже начинала напоминать истории про корабли с черной смертью, прибывавшие в Европу в XIV веке.

Еще одним ярким примером экстренных мер стала беспрецедентная военно-медицинская операция на острове Тристан-да-Кунья. Этот британский архипелаг в Южной Атлантике, где проживает всего 221 человек, считается одним из самых удаленных обитаемых мест на планете: добраться до него можно только по морю, а ближайший порт находится почти за три тысячи километров.

Когда 8 мая у одного из жителей, сошедшего с MV Hondius, подтвердили подозрение на хантавирус, выяснилось, что запасы кислорода в местной больнице находятся на критическом уровне, да и в целом она не очень готова к экстренным ситуациям с учетом штата, состоящего из двух сотрудников.

Ждать корабль было нельзя, и Великобритания приняла беспрецедентное решение: с борта военно-транспортного самолета RAF A400M, преодолевшего более 11 000 км за 56 часов, на остров спрыгнули шестеро парашютистов и двое военных врачей из 16-й десантно-штурмовой бригады; одновременно с ними на землю десантировали 3,3 тонны медицинского оборудования.

Как позже рассказал командир бригады Эд Картрайт, десантникам пришлось приземляться на «усыпанное камнями поле для гольфа» в условиях сильного ветра, который грозил унести их в океан. Капитан Джордж Лейси, прыгавший в тандеме с врачом, пояснил, что их команда пробудет на острове несколько дней в ожидании эвакуации морем — «потому что, к сожалению, обратно на парашюте не спрыгнешь». Эта успешная операция не только спасала человеку жизнь и обогатила наблюдателей мудрой и глубокой мыслью британского десантника, но и усилила опасения, связанные со вспышкой хантавируса.

После отказа Кабо-Верде принять лайнер согласилась Испания. Премьер-министр Педро Санчес принял это решение вопреки протестам президента Канарских островов Фернандо Клавихо, опасавшегося за безопасность жителей архипелага. «Этому миру не нужно ни больше эгоизма, ни больше страха. Ему нужны страны, которые проявляют солидарность и стремятся двигаться вперед», — сказал Санчес.

Оставшиеся дни плавания до Тенерифе превратились для пассажиров в психологическое испытание. «У некоторых были нервные срывы. Очень сложно оставаться в маленькой каюте несколько недель», — рассказал генеральный директор ВОЗ Тедрос Аданом Гебреисус.

Утром 10 мая MV Hondius прибыл в порт Гранадилья на Тенерифе. Началась беспрецедентная по масштабу эвакуационная операция. Чтобы полностью исключить контакт пассажиров с местным населением, лайнер не стал швартоваться у причала, а встал на якорь примерно в 500 метрах от берега.

Пассажиров, облаченных в защитные костюмы, небольшими группами переправляли на берег на катерах, после чего они немедленно садились в автобусы и в сопровождении полиции следовали в аэропорт, откуда их спецрейсами доставляли в страны проживания, а там — сажали на карантин. К 11 мая число подтвержденных случаев выросло до девяти, но, как подчеркнул гендиректор ВОЗ, все пациенты изолированы и находятся под медицинским наблюдением.

У страха глаза велики

Заголовки о вспышке вируса на корабле быстро обросли конспирологическими теориями. В соцсетях вспомнили очередное «предсказание Симпсонов», нашлись и те, кто начал искать во всем этом происки мировой закулисы, а с ними — различные свидетели грядущего конца света и другие интересные личности. Однако, несмотря на серьезную опасность болезни, поводов для паники нет.

Хантавирусы — это семейство вирусов, естественным резервуаром которых служат грызуны — мыши, полевки, крысы. Сами животные не болеют, но выделяют вирус с мочой, слюной и фекалиями. Человек заражается, вдохнув пыль с частицами этих выделений — например при уборке, работе в поле, ночевке в зараженном помещении, наблюдении за животными, употреблении зараженной пищи и т.д.

Как сообщает ВОЗ, в Азии и Европе циркулируют штаммы, вызывающие геморрагическую лихорадку с почечным синдромом, поражающую в первую очередь почки и сосуды. Этот вариант вируса типичен и для России. Летальность при такой форме колеблется от 1% до 15%. В Южной и Северной Америке преобладают штаммы, вызывающие хантавирусный кардиопульмональный синдром — стремительное поражение легких и сердца, при котором смертность достигает 50%, а в случае вируса Андес составляет 20–40%.

Инкубационный период этого штамма хантавируса — от 4 до 42 дней, что усложняет раннюю диагностику. Первые симптомы — жар, усталость, мышечные боли — легко спутать с гриппом. Однако затем — иногда в течение нескольких дней — развивается отек легких, и пациенту требуется экстренная интенсивная терапия. Специфического противовирусного лечения или вакцины не существует. Доступны лишь поддерживающие меры, включая искусственную вентиляцию легких и диализ. То есть организм должен сам побороть вирус при поддержке врачей.

По оценкам ВОЗ, ежегодно в мире происходит от 10 000 до 100 000 случаев заражения хантавирусом, причем подавляющее большинство — в Азии и Европе. В США с 1993 по 2023 год зарегистрировано всего 890 случаев. В Аргентине, Чили и Бразилии обычно фиксируются десятки или сотни случаев ежегодно. Таким образом, сама по себе болезнь, в отличие от коронавируса, не стала чем-то новым, и системы здравоохранения многих стран имеют опыт борьбы с ней.

Россия — не исключение. Ежегодно в нашей стране фиксируют до 10 тысяч случаев заболевания, при этом штаммы, повторимся, гораздо менее опасны, чем Андес. И все же меры в связи со вспышкой были приняты: Роспотребнадзор усилил санитарно-карантинный контроль на границе, задействовав автоматизированную систему «Периметр» для оценки рисков, но при этом охарактеризовал эпидемиологическую ситуацию как «стабильную и контролируемую», а вероятность мутации вируса с приобретением способности к активной передаче среди людей — как «крайне низкую».

Ключевое различие между нынешней ситуацией и пандемией COVID-19 заключается в механизме передачи. Вирус Андес действительно способен передаваться от человека к человеку, но для этого требуется тесный и длительный контакт — например, совместное проживание, уход за больным или интимная близость. Как отметила Мария Ван Керкхове, директор Департамента по готовности к эпидемиям и пандемиям и их профилактике ВОЗ, «это не COVID-19, это не грипп; вирус распространяется совершенно иначе».

Распространения не происходит при случайных встречах в общественных местах, зараза не задерживается в воздухе после того, как инфицированный покинул помещение. Эксперты сходятся во мнении: эффективный индекс репродукции для вируса Андес значительно ниже единицы, то есть каждая его вспышка — даже при передаче от человека к человеку — имеет тенденцию к самозатуханию.

И все же инцидент с MV Hondius высветил несколько важных уроков.

Во-первых, современный туризм, особенно туристические экспедиции и круизы в отдаленные уголки планеты, создает новые точки соприкосновения человека с дикой природой и ее патогенами. Видимо, и отдельным странам, и всему международному сообществу в целом необходимо выработать новые меры в сфере санитарного контроля, которые позволят предотвращать подобные трагические инциденты.

Во-вторых, опыт COVID-19 создал в обществе своеобразную «постпандемическую травму»: теперь любая вспышка достаточно редкого заболевания легко провоцирует панику, подогреваемую желтой прессой и соцсетями. Бороться с этим можно, но для этого надо обеспечить максимальную прозрачность официальных источников и позаботиться об ответственности для СМИ и блогеров, распространяющих истерию.

А пока эксперты продолжают спорить о том, где и когда именно заразился нулевой пациент — на привлекавшей любителей наблюдать за птицами свалке в аргентинской Ушуайе, где хантавирус прежде не был замечен, или во время предшествовавшего круизу четырехмесячного путешествия по Чили и Уругваю, ясно одно: вирус не приобрел новых угрожающих свойств.

Он остается опасным, но предсказуемым противником, с которым человечество сталкивалось задолго до сегодняшних событий. В данном случае реакция общественности, сопровождавшая вирус на первом этапе, оказалась опаснее, чем сама вспышка, и в этом смысле «Симпсоны» действительно в который раз попали в цель, ведь в той серии, о которой судачили в соцсетях, паника на борту также была вызвана дезинформацией.

А пока мир следил за хантавирусом, во Франции развернулась параллельная история: 13 мая в порту Бордо встал на карантин лайнер Ambition, на борту которого оказались заблокированы более 1700 человек: 1187 пассажиров и 514 членов экипажа.

Причиной стала вспышка острого гастроэнтерита с подозрением на норовирус: около полусотни пассажиров и членов экипажа пожаловались на рвоту и диарею, а 90-летний пассажир скончался.

И этот случай — лишь еще одно напоминание о том, что вспышки инфекций на кораблях — отнюдь не исключительное явление, а обыденность, с которой органы здравоохранения время от времени сталкиваются.

Однако на фоне постковидной тревожности даже рядовая кишечная инфекция мгновенно превращается в новость с драматичным заголовком, подпитывая иллюзию того, что мир скатывается в череду неконтролируемых эпидемий.