Foreign Policy: Что должно предшествовать новой военной интервенции США?
Дремлющий Капитолийский холм неожиданно расшевелили. К сожалению, для того, чтобы политики начали делать свою работу, потребовалось, чтобы саудовский наследный принц Мохаммед бин Салман приказал убить оппозиционного журналиста Джамала Хашогги. Как бы там ни было, 56 сенаторов всё же заслуживают похвалы за то, что обратились с призывом к президенту США Дональду Трампу вывести военные силы, участвующие в конфликте в Йемене, пишет Миха Зенко в статье для американского издания The Foreign Policy.
Читайте также: Atlantic: Вашингтон начал новое противостояние с КНР
Призыв сенаторов имел особое значение, потому что Пентагон хотел сделать вид, что американские военные не играют особой роли в воздушной кампании Саудовской Аравии в Йемене, несмотря на то, что американское оборонное ведомство предоставляет Саудовской Аравии оружие и материально-техническую поддержку, проводит поисково-спасательные мероприятия и осуществляет дозаправку саудовских самолетов в воздухе. В августе 2018 года министр обороны США Джеймс Мэттис заявил, что американские военные не участвуют в войне в Йемене, а 6 декабря глава Объединенного комитета начальников штабов армии США Джозеф Данфорд ошибочно заявил, что США не «участвуют в гражданской войне в Йемене и не поддерживают ту или иную сторону». Сенатор Тим Кейн назвал эти заявления «оскорбительными» и неправдоподобными.
Прежде чем Трамп или его преемники решат принять участие в изначально ограниченной военной интервенции или полномасштабной войне, им сначала придется ответить на ряд очень важных вопросов.
Во-первых, соответствует ли решение об участии в интервенции национальным интересам США? Понятие «национальные интересы» часто вырывают из контекста, чтобы оправдать участие в том или ином конфликте. Единственное, что необходимо, так это четко ответить на вопрос: действительно ли использование военной силы США является наилучшим из возможных способов защитить национальные интересы Соединенных Штатов?
Во-вторых, существует ли внутреннее или международное правовое обоснование участия США в том или ином конфликте? Например, Трамп санкционировал ракетный удар по Сирии в апреле 2017 года, сославшись на Конституцию, в которой говорится, что президент имеет право использовать военную силу за границей для защиты важных национальных интересов США. В администрации экс-президента США Барака Обамы заявили, что воздушные удары с использованием беспилотников соответствовали «всем имеющимся законам». Для развязывания войны нельзя использовать аргументы вроде «потому что президент имеет на это право» или «доверьтесь нам, всё законно». На недопустимость подобных аргументов указывают многие ученые-правоведы.
В-третьих, важно установить, какие именно союзники и партнеры США будут принимать участие в конфликте, и какой вклад они готовы сделать. После терактов 11 сентября 2001 года бывший министр обороны Дональд Рамсфелд любил повторять, что «самая большая коалиция в истории человечества» поддержала глобальную войну США против терроризма. В 2014 году, когда администрация Обамы начала бомбардировки в Сирии, тогдашний глава Белого дома заявил, что «беспрецедентная международная коалиция» приняла участие в борьбе против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Однако на самом деле лишь немногие страны внесли непосредственный вклад в борьбу США против терроризма и ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Их первоначальный уровень участия со временем снижался. Таким образом, когда официальные лица США говорят о значительной коалиции, нужно сразу уточнить, какие именно страны готовы принять участие в бомбардировках и направить собственные войска в зону боевых действий.
В-четвертых, Вашингтон должен четко заявить, какие политические и военные цели преследует интервенция. Государства-агрессоры, как правило, приводят ряд оправданий, прежде чем подорвать суверенитет другого государства. Это необходимо для того, чтобы заручиться поддержкой собственных граждан, иначе могут возникнуть внутренние протесты. Например, Вашингтон перечислил пять причин, оправдывающих вмешательство США в Ливию в 2011 году, и семь, когда Обама согласился на поддержку воздушной кампании в Йемене в 2015 году.
В-пятых, американская администрация также должна удостовериться в том, что перечисленные политические и военные цели могут быть достигнуты с учетом имеющихся американских и партнерских военных ресурсов. И, наконец, американские чиновники должны четко сказать, чем должен закончиться конфликт. Необходимо скептически относиться к любому общественному деятелю, который с уверенностью предсказывает исход войны. Однако военные планировщики должны иметь представление о конечном результате интервенции. Военное вмешательство без четко определенной конечной стадии конфликта является стратегически бесцельным.
Читайте также: Washington Post: США больше не могут защитить себя?
Перед тем, как развязать новую войну, официальные лица должны будут предоставить ответы на шесть вопросов, приведенных выше. Однако также необходимо будет выслушать мнение отставных военных, экспертов в сфере национальной безопасности, ученых-юристов, неправительственных организаций, работающих в горячих точках, и, что самое главное, людей, проживающих и работающих в тех странах, которые могут подвергнуться нападению со стороны США. Обычно мнения независимых экспертов никак не представлены в ключевых СМИ в ходе национальных дебатов.
Оглядываясь на предыдущие конфликты, понимаешь, что Конгресс всегда начинает действовать слишком поздно, чтобы что-то изменить, когда огромные ресурсы и жизни тысяч людей уже потеряны навсегда. Перед тем, как вмешаться в новый конфликт, каждый должен первоначально составить собственное мнение, ответив на приведенные выше вопросы.
- В Узбекистан вернули 14 детей, оставшихся в России без попечения родителей
- Андрей Белоусов поздравил военнослужащих и ветеранов с Днём танкиста
- Режиссёр Педро Альмодовар получил главный приз Венецианского кинофестиваля
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков