Считают несколько недель: на выборах в Перу побеждает дочь диктатора-японца

Только завершилось изматывающее голосование на президентских выборах в Колумбии, как внимание региона тут же перекинулось на другую, не менее интересную латиноамериканскую страну — Перу. Здесь также у всех на устах выборы, причем подсчет голосов растянулся на невероятные для европейцев несколько недель.

Казалось бы, победитель уже определен — консерватор и представительница правых сил Кейко Фухимори набрала свыше 50% голосов и уже гарантировала себе президентское кресло. Однако ее оппонент Роберто Санчес уже начал говорить о необходимости пересмотра результатов голосования на отдельных участках, будто бы не оставляя надежды изменить ситуацию.

Понять его можно, ведь перуанская политика — взрывоопасный коктейль, непредсказуемый даже по меркам этого непростого континента. Нынешний президент Перу после инаугурации 28 июля станет лишь третьим избранным национальным лидером — остальные приходили к власти в результате импичментов, переворотов или в качестве временной замены. Ну а в последние 10 лет страну и вовсе накрыла эпоха «дворцовых переворотов», из-за которой никто из глав государства не отработал свой срок до конца.

Фухимори, правда, умеет лавировать в этом хаосе. В политике она очень давно и обладает тем, чем не могут похвастаться оппоненты, — смысловым наследием и сторонниками, перешедшими по наследству от одного из наиболее популярных перуанских лидеров.

Отец года

За спиной Кейко Фухимори всегда будет стоять фигура ее отца — бывшего президента Перу Альберто Фухимори, скончавшегося от рака 11 сентября 2024 года. Ему было 86 лет, но, по словам дочери, политик все равно планировал принять участие в выборах 2026 года.

Правда, память о нем сохранилась весьма специфическая. Во время президентской кампании 1990 года Фухимори победил за счет того, что критиковал шоковые экономические реформы и изображал из себя защитника простого народа.

А придя к власти, сам же непопулярные меры и воплотил в жизнь: отменил большинство госсубсидий, провел весьма спорную приватизацию предприятий, а в 1992 году выгнал оппозицию из парламента, фактически узурпировав власть.

Тем не менее рейтинги диктатора зашкаливали — во многом из-за радикальных методов борьбы с вооруженными группировками левого толка (в этом вопросе он стал неким прообразом нынешнего президента Сальвадора Найиба Букеле). Борьба велась старыми добрыми методами латиноамериканских девяностых, через вооружение других — правых — группировок.

Фухимори усидел в президентском кресле два срока подряд, а на третьем возникла проблема — он вновь победил, но вскоре одного из его ближайших союзников обвинили в коррупции, и президент сбежал на родину своих предков — в Японию, откуда объявил о добровольной отставке.

Ее новый парламент не принял, но против Фухимори началась активная кампания. Спустя несколько лет политик попытался вернуться в Перу через Чили и принять участие в выборах 2006 года, однако был арестован по запросу Интерпола.

После состоялись судебные процессы, в ходе которых Альберто обвинили в злоупотреблении властью, коррупции, создании «эскадронов смерти» и многочисленных расправах над подозреваемыми в сотрудничестве с левыми радикалами. На свободу экс-президент вышел только в 2023 году.

Но, несмотря ни на что, он все это время был чуть ли не самым любимым и эффективным президентом Перу в истории. Аргументы сторонников простые: «Шоковые меры? Зато инфляцию отрегулировал и удержал страну от коллапса. Жестокие расправы? Зато был порядок!»

Долгий путь к победе

Кейко Фухимори еще в 1994 году, после развода родителей, выполняла обязанности первой леди вместо своей матери.

В качестве же самостоятельного политического игрока она заявила о себе в 2005-м, когда баллотировалась в депутаты парламента и собрала рекордное количество голосов — более 600 тысяч. Следующим шагом стали выборы 2011 года, где она заняла второе место, набрав 48%.

Вторая попытка состоялась уже в 2016-м, и Кейко улучшила результат до 49%, однако вновь уступила.

В 2021 году она шла вровень с левым кандидатом Педро Кастильо, но резкий взлет популярности обеспечил последнему разрыв в четверть процента.

Фухимори же набрала 49,9% голосов и пророчествовала, что Кастильо непременно превратит страну в «коммунистическую тюрьму по типу чавистской Венесуэлы».

В реальности всё оказалось банальнее: в 2022 году Кастильо попытался распустить парламент и был арестован по обвинению в мятеже и злоупотреблении властью.

В этом году Фухимори конкурировала с министром из правительства Кастильо — Роберто Санчесом, ранее отвечавшим за внешнюю торговлю и туризм. Он планирует продолжать славные начинания Кастильо и бороться за права коренных народов, а также увеличивать долю государственного участия в экономике.

Эти идеи встречают большую поддержку, но в ситуацию вмешались другие факторы.

Горячая картошка

В последние несколько лет власть в Перу передается из рук в руки как горячая картошка. С 2016 года уже восемь человек исполняли функции главы государства — и свой срок до конца никто из них не отработал.

Во многом — из-за того, что местное законодательство предусматривает возможность отстранить президента от власти по причине «моральной недееспособности», чем активно пользуются в парламенте. Но и классические обвинения в коррупции работают хорошо.

В октябре прошлого года после отстранения по причине «моральной недееспособности» Дины Болуарте, которая сама заняла должность в результате отстранения и ареста Педро Кастильо, к власти пришел Хосе Хери.

Уже через несколько месяцев он попал в скандал из-за тайных встреч с китайскими бизнесменами и возможной коррупции. В результате в феврале 2026 года парламент проголосовал за отставку очередного лидера.

Сейчас должность президента Перу временно занимает сторонник осужденного Педро Кастильо — Хосе Мария Балькасар, весьма специфическая личность. Мало того, что он — фигурант уголовного дела о растрате, так еще и попал в газеты с рассуждениями о том, что сексуальные отношения между учителями и 14-летними подростками вполне нормальны.

А в 2023 году он также оказался единственным депутатом, который проголосовал против закона о запрете детских браков. Лучшего подарка для правых — как и более явной гарантии новых выборов — и представить себе нельзя.

Борьба за каждый голос

Примерно с 8 июня перуанские СМИ сообщали, что идет процесс обработки последних бюллетеней. Дни шли, а число этих бюллетеней не уменьшалось.

Предварительные результаты показали техническую ничью, а затем Фухимори уверенно вырвалась вперед и опережала оппонента на 5% голосов.

Однако Санчес оказался не так прост. Его электорат — жители отдаленных индейских селений и труднодоступных горных закоулков. Поскольку граждане Перу не имеют права отказаться от участия в президентских выборах, даже из таких мест необходимо организовать вывоз бюллетеней. Именно этот процесс затянул подсчет что в первом, что во втором туре. И быстро сравнял Санчеса с консерваторами.

Впрочем, есть особенность и у электорального ядра Фухимори. Это — граждане Перу, находящиеся за границей, особенно в США, где живет одна из самых больших в мире перуанских общин. Не проголосовать они также не имеют права, а значит, необходимо заложить еще больше времени на проверку.

Кроме того, победу на местных выборах зачастую обеспечивают сотые доли процента, а значит, за каждый голос разворачивается самая настоящая битва. Фухимори, например, обжаловала решения избирательных комиссий и обеспечивала пересчет бюллетеней везде, где это только было возможно.

«Подмахнуть» результаты участникам выборов тоже сложно — классический вброс бумажных бюллетеней с использованием имен людей, не явившихся на участки (или умерших), который прекрасно работает на выборах американского и европейского типа, здесь не сработает. Явка практически всегда полная (в этом году и вовсе рекордная — 81%), и все избиратели запрашивают бумажный бюллетень, из-за чего у комиссии просто не оказывается того, что можно вкинуть в урну.

Правда, нарушения встречаются даже здесь, но касаются они больше манипуляций с подсчетом, признания каких-то бюллетеней недействительными или кражи урн. И такие тенденции наблюдаются во многих странах Центральной и Южной Америки.

Победитель определен

Спустя 17 дней после подсчета голосов наконец стало ясно, что Фухимори лидирует и забирает 50,1%. Санчес получил 49,9% и вовсю трубит о нарушениях, инициированных сторонниками консерваторов, однако реальных доказательств пока так и не представил.

Избирательные штабы продолжают обрабатывать оставшиеся голоса — их чуть больше 0,1% от общего числа, однако газеты уже чествуют реального победителя. Фухимори опережает левого противника более чем на 43 тысячи голосов.

По мнению перуанских и международных экспертов, она уже обеспечила себе неоспоримое преимущество, однако ситуация складывается так, что все юридические формальности могут продлиться до самого дня инаугурации нового национального лидера — 28 июля. Перенести ее нельзя, дата совпадает с Днем независимости Перу и официально закреплена в конституции.

Вряд ли победительница полагает, что ей будет просто. Она уже сообщила, что страна буквально расколота надвое. В связи с этим ее кабинет планируется сделать максимально разнообразным для учета интересов всех слоев населения — в том числе тех, кто поддерживает ее оппонента.

Победитель выборов в Колумбии Абелардо Эсприэлья и кандидат в президенты Бразилии Флавиу Болсонару уже поздравили соратницу, приветствуя ее в кругу латиноамериканских правых, а также предполагая, что она присоединится к борьбе с наркотеррористами в кругу других соратников президента США Дональда Трампа.

Правда, политические обозреватели за пределами Перу не учитывают другого фактора — в последние годы становиться президентом оказывалось проще, чем удержаться на должности.

Раскол и парламент

Последние 10 лет перуанские лидеры теряли свое кресло во многом из-за ссор с парламентом, который считается наиболее сильным госорганом страны.

В этом году ситуация несколько изменится — впервые за 30 с лишним лет парламент переходит от однопалатной структуры к двухпалатной, где и у правых, и у левых мест будет поровну. Кроме того, сенат не подлежит роспуску по инициативе президента и по-прежнему обладает последним словом при импичменте главе государства.

Это значит, что Фухимори и ее сторонникам придется хорошо поработать, перетягивая к себе центристов из левого лагеря. И понимая, что соперники явно не будут сидеть без дела.

Конституция Перу выделяет в государстве две столицы — официальную (Лима) и историческую (Куско). Вторая ранее была главным центром империи инков. Проживают в ней в основном индейцы, и поддержка левых здесь бьет рекорды — больше 79%.

Частью перуанской нации этих людей на символическом уровне признали относительно недавно — в 1993 году это сделали по инициативе Альберто Фухимори, пытаясь привлечь в политику больше избирателей и заигрывая с конъюнктурой.

С Лимой ситуация другая: здесь большая часть голосует за правых. Это — представители бизнеса и местной элиты. Нюанс в том, что в этих же окрестностях находятся так называемые «старые элиты» — потомки испанских конкистадоров, тех, кто в свое время покорил инков и стал определять правила игры. Кровное родство по-прежнему имеет значение при дележке мест у здешней кормушки.

Потомки инков голосуют за левых во многом в знак протеста против своих угнетателей, и социально-политический конфликт плавно перетекает в цивилизационный.

Ключевой вопрос региона

С четвертой попытки Фухимори победила во многом из-за прошлых провалов левых, а также из-за акцента на обещании навести в стране порядок.

Дело в том, что в последние годы большая часть представителей мелкого и среднего бизнеса столкнулись с волной вымогательств и грабежей.

Кроме того, ухудшилась ситуация с безопасностью даже в исторических местах, наполненных туристами и ранее считавшихся неприкосновенной зоной.

Во многом «спасибо» за это следует сказать волне американских санкций прошлого десятилетия, направленных на Венесуэлу. После начала экономической блокады множество эмигрантов покинули Боливарианскую Республику и разбрелись по континенту.

Кто-то ассимилировался и нашел работу, однако многие подались в криминал, наводя ужас на улицы Перу, Эквадора и Чили. Местных банд, выросших на остатках «эскадронов смерти», созданных Фухимори-старшим, тоже хватает.

В таких условиях воспоминания о железной руке все того же Фухимори у многих вызывают теплые чувства.

Другой вопрос — поможет ли силовой подход в смягчении протестных настроений, которые здесь традиционно сильны, а также в налаживании связей с экономической элитой, которая чувствует себя гораздо увереннее постоянно меняющихся политиков?