В Колумбии огласили первичные результаты второго тура президентских выборов. Судя по всему, латиноамериканская страна опять свернула на привычные ей правые рельсы.

ИА Регнум
Абелардо же ла Эсприэлья и Иван Сепеда

Критики действующего президента Густаво Петро немедленно принялись подводить итоги, объясняя это провалом социальной и правоохранительной стратегии левой коалиции, а также конфликтом Петро с США и Израилем.

Однако история оказалась гораздо сложнее — и в контексте используемых сторонами политтехнологий в период избирательной кампании, и на фоне ситуации с безопасностью в стране, и с учетом непростых отношений внутри колумбийской общественности, наметившихся в последние пару лет.

Атмосфера страха

Еще первый тур и подготовка ко второму этапу голосования ясно продемонстрировали, что ни о какой единой Колумбии говорить не приходится.

Тогда крайне правый кандидат Абелардо де ла Эсприэлья набрал 44% голосов, а левый Иван Сепеда — 41%.

Политологи наперебой отмечали, что общественность охвачена страхом и демонстрирует беспрецедентный накал эмоций, а главной стратегией каждого из кандидатов были негатив и нападки в отношении оппонента. Центральные регионы враждуют с побережьем, богатые сцепились с бедными, разоренные гражданской войной деревни не согласны с мегаполисами.

В таком разрезе самым органичным выглядел тот факт, что Эсприэлью поддерживает президент США Дональд Трамп, а Сепеда позиционировался как наследник действующего колумбийского лидера Петро.

Учитывая, что Трамп и Петро цапаются, хоть и с перерывами, со времен возвращения первого к власти в Штатах, их любимым кандидатам сам бог велел конфликтовать.

Поэтому сомнительно, что после завершения избирательного процесса в стране наступит покой — и не только в плане безопасности.

Крайне прав

Абелардо де ла Эсприэлья — личность крайне противоречивая. Еще не так давно он органично бы смотрелся за ужином в семье американского демократа: представлялся атеистом, основал адвокатскую контору и даже защищал известного бизнесмена Алекса Сааба от обвинений в отмывании денег для венесуэльского экс-президента Николаса Мадуро. Впрочем, и клиентам, связанным с военизированными группировками, он тоже редко отказывал.

Сейчас всё изменилось. Сааб и Мадуро коротают дни в американской тюрьме, а Эсприэлья переродился в истово верующего католика — вроде как после смерти любимой тети.

Он отвергает право на аборт и нежно относится к свободным рыночным отношениям. Во многом потому, что сам Абелардо — бизнесмен с рестораном во Флориде, компанией по производству алкоголя и несколькими строительными и риелторскими конторами. Вдобавок он обладатель трех паспортов (колумбийского, американского и итальянского).

Отдельной чертой, характеризующей Эсприэлью как истинного колумбийского патриота, является его взгляд на борьбу с организованной преступностью. Он полагает, что в «общении» с нею требуется жесткая рука, а политика «тотального мира», проводившаяся кабинетом Петро последние несколько лет, не дает никакого результата. То ли дело сальвадорский лидер Найиб Букеле, чья борьба с бандами стала настолько легендарной, что Эсприэлья объявил себя его поклонником. И пообещал навести в собственной стране порядок.

Правда, сразу стоит уточнить, что сходства между внешностью Эсприэльи и Букеле гораздо больше, чем между их странами. Сальвадор — маленькое государство в Центральной Америке, где можно перекрывать границы несколько раз в неделю, а штаб всех ключевых местных ОПГ находится в США. Кроме того, Букеле фактически является единоличным правителем-диктатором.

Колумбия — совершенно другая. Даже в случае победы правого кандидата здесь останется внушительный массив оппонентов из числа политиков и бизнесменов.

Страна является производителем кокаина и точкой в маршруте нелегальной миграции. Военизированные группировки здесь существуют уже многие годы, а их бойцы гораздо профессиональнее головорезов из тюрем Букеле. Да и лояльность местного населения у них есть.

Обещания повторить успех сальвадорца сыграли злую шутку с лидерами Эквадора и Гватемалы, но Эсприэлья не боялся давать громкие обещания — наоборот.

Ход оказался верным: тема безопасности сплотила вокруг него всех правых политиков и обеспечила поддержку США, а также соседей в регионе вроде Хавьера Милея из Аргентины и Даниэля Нобоа из Эквадора. Но, честно говоря, неизвестно, снискал бы он успех при ином оппоненте.

Призрак коммунизма

Биография сенатора Ивана Сепеды, представившего на этих колумбийских выборах коалицию левых сил «Исторический пакт», не менее занимательна. Начнем с того, что в самой гуще политической жизни он находится — и страдает от нее — с самого детства.

Сепеда родился в семье лидера Колумбийской коммунистической партии Мануэля Сепеды Варгаса и уже в три года был вынужден бежать из страны вместе с семьей, опасаясь политических репрессий.

Они успели пожить на Кубе, а получать высшее образование Сепеда поехал в Болгарию. Вернуться в Колумбию удалось в 1987 году, где он присоединился к партии, сформированной из разоружившегося партизанского движения.

В 1994 году отец Сепеды был убит представителями ультраправых группировок, сотрудничающих с наркокартелями. Иван продолжил свою деятельность, делая акцент на необходимости мирных переговоров с парамилитаристскими формированиями, и сам неоднократно принимал в них участие.

Кроме того, он также пытался бороться с политиками правого толка, пытавшимися использовать группировки в своих интересах. Например, Сепеда является сторонником полноценного осуждения экс-президента Альваро Урибе. Тот уже является фигурантом нескольких расследований из-за обвинений в создании вооруженной группировки и серии убийств в 1990-х, но реальной ответственности и тюремного заключения всё еще ухитряется избегать.

Казалось бы, с таким бэкграундом победить на выборах не так уж и сложно. Однако результаты первого тура — да и вся пиар-кампания Сепеды — продемонстрировали обратное.

По мнению политологов — как из Латинской Америки, так и из России, — это связано с тем, что штаб кандидата проявил излишнюю самоуверенность и не развернул полномасштабной кампании с использованием новых медиа, не работал с молодежью, не задействовал доступный ему административный ресурс и не обеспечил себе этим нужной явки в регионах.

Он даже в дебатах участвовать отказался, хотя, по словам тех же политологов, выглядел бы на них гораздо презентабельнее Эсприэльи. Во многом из-за того, что его коалиция «Исторический пакт» лидировала в опросах.

Перед вторым туром Сепеда эти моменты подкорректировал, поработал над публичным образом, стал чаще давать интервью и участвовать в шоу. И заметно исправил ситуацию, перетянув к себе политиков из Боготы и некоторых бизнесменов.

Но кое-что избирателю забыть оказалось сложно. Например, излишне агрессивную риторику в адрес обеспеченных людей перед первым туром, что отвратило многих представителей городского среднего класса. Также Сепеда недостаточно активно напирал на то, что его собственный отец пал от рук наркомафии и уж он-то заинтересован в обеспечении безопасности больше многих.

Довлеет над кандидатом и действующий президент Петро, которого обвиняют в провале политики «тотального мира», а также в неисполнении всех социальных обещаний, которые он ранее давал.

Петро представлял первое в своем роде прогрессивное правительство Колумбии, а Сепеда позиционируется как продолжатель этой стратегии. И неуспехи первого автоматом бьют по второму. Сепеда попытался дистанцироваться, но сделал это слишком поздно.

Как на фронте

Конец прошлого года для Вооруженных сил Колумбии выдался напряженным. Произошло сразу несколько атак на военные базы, сопровождавшихся гибелью солдат. Дальше ситуация не слишком улучшалась из-за разных взглядов многих групп на очередное перемирие.

За месяц до первого тура, в конце апреля, в департаменте Каука случился крупный теракт — на Панамериканском шоссе с помощью взрывного устройства подорвали пассажирский автобус. В результате погибли 20 человек, пострадали еще 36. Власти обвинили в происходящем одну из группировок Революционных вооруженных сил Колумбии (FARC) — леворадикалов из «Хайме Мартинес».

Правые могли бы ликовать. Но буквально накануне голосования произошли другие знаменательные события — открыто новое расследование против экс-президента Урибе, которого обвиняют в создании формирования, отправлявшего на тот свет и правозащитников, и крестьян, связанных с левыми партизанскими движениями.

Это настоящий подарок для Сепеды, ведь правые колумбийские политики очень не любят вспоминать, что радикалы есть и на их стороне — и особенно они прославились в период нарковойн 1990-х.

Дополнительно правительство Петро сумело показать и требуемую жесткость — провело операцию по ликвидации одного из главных боевиков FARC Марлона, причастного к убийствам коренного населения и крестьян всё в том же департаменте Каука. О расправе над ним сообщили чуть ли не за несколько часов до голосования. Кроме того, в эти же даты прошел очередной этап мирного процесса в Путумайо, в ходе которого одна из группировок, ранее относившаяся к FARC, без эксцессов сдала оружие.

О прекращении огня на время голосования и подсчета результатов объявили и боевики Армии национального освобождения (ELN). Естественно, эти события называют плевком в сторону агрессивно настроенных правых, которые отрицают договороспособность упомянутых формирований.

В ELN также предупредили, что готовы не только к мирным переговорам, но и к настоящей войне, так что расслабляться в ближайшие месяцы Боготе явно не придется. Да и ликвидация Марлона и посеянное ею недовольство отдельных ячеек может сослужить новому президенту не самую лучшую службу.

Еще раз о «тотальной войне»

Эсприэлья — сторонник активного силового противодействия вооруженным группировкам, то есть «тотальной войны». Планируется, что осуществлять ее будут совместно с американцами по лекалам классической войны с наркотиками.

Эффективности в этой стратегии пока не удалось добиться ни в Мексике, ни в Эквадоре, ни в Гаити, но правых кандидатов это не останавливает.

Кстати, Петро и левые в свое время пришли к власти благодаря тому, что правые так и не смогли добиться общественной безопасности, ведь главные усилия направлялись на конфликт за контроль над департаментами, где произрастает кока.

То есть наркотрафик хотели прибрать к рукам, а не уничтожить.

После угроз ELN и демонстративных жестов FARC у левых наметился потенциальный козырь — в случае чего следующие несколько лет они могут с умным видом вещать, что правые сами развязали войну и свели на нет всю работу на мирных переговорах.

Сюда можно будет подключить весь электорат «Исторического пакта» — коренное население, расовые меньшинства, феминисток, экологов. Последние регулярно объединялись с католиками для успешного противодействия распылению глифосата в целях уничтожения полей с кокой.

Последние надежды

Накануне голосования большинство экспертов ставили на победу Эсприэльи и крайне правых, принимая в расчет и более грамотную стратегию продвижения, и популистские лозунги по поводу больной для всей Колумбии темы — безопасности. Она, как оказалось, волнует граждан гораздо больше, чем потенциальные угрозы или обещания Дональда Трампа.

Тем не менее списывать со счетов Сепеду, который, кстати, обладает и второй фамилией — Кастро, добавляющей еще одно очко в смысловую копилку, оказалось рановато.

Борьба велась за голоса более 3 миллионов человек, ранее предпочитавших выбывших кандидатов, а также тех, кто игнорировал участие в первом туре.

Правда, кое-кто полагал, что у Эсприэльи и здесь всё схвачено, ведь он перетянул к себе практически всю правую коалицию. А значительное количество колумбийцев (пусть и не миллионы) уехали на чемпионат мира по футболу и не смогли прийти на избирательные участки.

Однако явка во втором туре выборов оказалась рекордной за всю историю Колумбии (второй результат был зафиксирован в 1998 году). Проголосовали более 63% избирателей, и левые во главе с Сепедой смогли улучшить результат, но всё равно, согласно предварительным подсчетам, уступили Эсприэлье.

Жизнь победителя схватки будет непростой. Так или иначе придется формировать альянсы и убиваться на переговорах в законодательных органах, а проводить сверхрадикальные изменения, как тот же Милей, которому они даются совсем не легко, не получится.

Да и Эсприэлья пока не стремится яростно ломать все устоявшиеся институты, он планировал больше стараться притянуть уже имеющееся к более традиционному и принятому в прежние годы сотрудничеству с США, а также сохранить положительное достижение левых — значительное увеличение средней зарплаты в стране.

Вопрос с безопасностью при этом стоит особняком. Эсприэлье так или иначе придется сделать какой-то шаг к группировкам, ожидающим реакции на свои жесты, и искать нового переговорщика, который появится даже в случае «тотальной войны». Да и проблемным департаментом Каука нужно заняться в самое ближайшее время.

Действующий президент Колумбии Петро уже дал понять, что результаты голосования его не устраивают, однако он отрицал их и после первого тура — пересчет голосов на ситуацию не повлиял. И крайне сомнительно, что это произойдет.

Ключевым становится разрыв между первым и вторым местом. Он колеблется в районе 1%. Эсприэлья забрал 49,66%, а Сепеда — 48,70%. Разделение наглядно демонстрирует смысловую поляризацию в современной Колумбии. Так что и после победы правого фланга позиции левых политиков будут достаточно сильны и для противодействия, и для защиты собственных инициатив.

Неизвестно, думают ли об этом Трамп и команда лояльных ему правых латиноамериканских президентов, которые сейчас наперебой озвучивают поздравления своему соратнику. Однако учитывая, что их в большей степени волнует внешняя политика Колумбии (например, потенциально направленная против Кубы), выглядит это вполне логично.