Посол Индии в Москве Винай Кумар заявил о готовности Нью-Дели закупать российский сжиженный природный газ, и это говорит о продолжающейся реконфигурации энергетических потоков в Евразии. К лету 2026 года развивающиеся экономики Азии оказались в наиболее уязвимом положении из-за продолжающейся войны на Ближнем Востоке и фактической блокады Ормузского пролива.

Иван Шилов ИА Регнум

Для Индии, импортирующей около половины потребляемого природного газа, падение поставок из стран Персидского залива (прежде всего из Катара) спровоцировало острый дефицит сырья. Дешевый российский СПГ рассматривается Дели как инструмент спасения национальной промышленности и коммунального сектора. Впрочем, надо понимать, что реализация этого сценария упирается в санкционные барьеры и дефицит специализированного танкерного флота.

Энергетический баланс Индии критически зависит от импорта углеводородов — как нефти, так и газа. Сама Индия добывает очень небольшую часть потребляемых ресурсов этой группы. Около 90% поставок сжиженного газа в страну исторически проходило через Ормузский пролив. Нарушение этой артерии привело к тому, что индийские регазификационные терминалы (включая крупнейший хаб Дахедж мощностью 17,5 млн тонн в год) столкнулись с падением загрузки.

Дефицит ударил по двум чувствительным секторам. Во-первых, сельскому хозяйству: газ является основным сырьем для производства азотных удобрений (карбамида). Нехватка газа ставит под угрозу весенне-летнюю посевную кампанию, угрожая урожайности риса и пшеницы.

Во-вторых, это коммунальный сектор. Около 60% бытового сжиженного газа, используемого индийскими домохозяйствами для приготовления пищи, импортируется. Резкое сокращение поставок привело к панической скупке газовых баллонов и росту цен, что подрывает социальную стабильность в густонаселенных штатах.

В этих условиях спотовый СПГ на мировом рынке, торгующийся из-за европейского спроса выше $500 за кубометр, для Индии финансово неподъемен. Покупка российского газа по долгосрочным контрактам или с дисконтом — единственный способ избежать промышленной рецессии.

С технической точки зрения поставки российского СПГ в Индию могут осуществляться по двум направлениям.

Первое из них — дальневосточный маршрут («Сахалин-2»). Это наиболее простая и географически близкая схема. Проект обладает мощностью около 10 млн тонн СПГ в год и находится вне зоны ледовых ограничений Севморпути. Путь до терминалов на западном побережье Индии занимает около 12–14 дней. Главная проблема — практически вся мощность Сахалина законтрактована долгосрочными соглашениями с Японией и Китаем, свободные спотовые объемы там минимальны.

Второе направление — арктический маршрут («Ямал СПГ» и «Арктик СПГ-2»). Потенциально здесь сосредоточены огромные ресурсы. Однако в первом полугодии 2026 года европейский рынок буквально поглотил ямальский газ: страны ЕС выкупили рекордные 97% всех мартовских партий проекта.

Свободный ресурс есть на проекте «Арктик СПГ-2» (мощность первой линии — 6,6 млн тонн в год), но он заблокирован санкциями США. Доставка газа из Арктики в Индию по Северному морскому пути в летне-осенний период занимает около 20–22 дней, но требует использования танкеров ледового класса Arc7, дефицит которых является главным ограничителем для российской стороны.

Впрочем, Индия доказала свою способность игнорировать западное давление, став крупнейшим покупателем российской дисконтной нефти марки Urals после 2022 года. Однако повторить этот маневр в сегменте СПГ гораздо сложнее по технологическим причинам.

Рынок нефти гибок: сырье можно перевозить на старых танкерах «теневого флота» без сложной страховки и заходить в любые порты. СПГ-индустрия устроена иначе. Танкеры-газовозы — это штучные, экстремально дорогие высокотехнологичные суда. Каждый шаг такого судна отслеживается по спутникам, а технологии мембранных систем удержания газа (контролируемые французской GTT) и криогенного оборудования находятся под патентами западных компаний.

США ввели прямые блокирующие санкции против проекта «Арктик СПГ-2» и судов, которые могут быть задействованы в его логистике. Для индийских импортеров (государственной GAIL или Petronet LNG) закупка этого газа означает прямой риск попадания под вторичные санкции. Это отрежет их от американской финансовой системы и заблокирует долгосрочные контракты с Катаром и США.

Несмотря на риски, готовность Дели к переговорам свидетельствует о том, что прагматизм берет верх. Индия и Россия ищут обходные пути.

Возможным решением может стать создание специализированного «теневого флота» СПГ-газовозов, застрахованных российскими или индийскими некоммерческими клубами взаимного страхования, не связанными с лондонскими андеррайтерами. Оплата поставок может производиться в национальных валютах (рупии или дирхамы ОАЭ), минуя долларовые корсчета.

Для России Индия — идеальный долгосрочный партнер, способный абсорбировать объемы газа, которые неизбежно высвободятся после (или в случае) вступления в силу европейского эмбарго в 2027 году. Для Индии российский газ — гарантия бесперебойной работы промышленности и сельского хозяйства в условиях, когда Ближний Восток перестал быть надежной энергетической гаванью. Скорость реализации этого партнерства будет зависеть от того, насколько быстро стороны смогут решить техническую проблему дефицита танкеров и найти юридические формулировки, выводящие индийских импортеров из-под удара американского Минфина.