Новосибирск, 30 января, 2019, 09:43 — ИА Регнум. В конце января 2019 года новостные ленты принесли два взаимосвязанных сообщения, считает доцент кафедры региональной экономики и управления Новосибирского государственного университета экономики и управления (НГУЭУ), вице-президент Новосибирской торгово-промышленной палаты Вячеслав Маркелов. Сообщение номер один: Министерство юстиции России предлагает не считать правонарушением коррупционное преступление, совершённое «вследствие обстоятельств непреодолимой силы».

Коррупция

Читайте также: Минюст РФ разъяснил свой законопроект о «вынужденной коррупции»

Сообщение номер два: Россия опустилась на 138-е место по уровню воздействия коррупции. Страна набрала 28 из 100 возможных баллов, где 100 — полная свобода от коррупции.

Читайте также: Transparency International понизило «антикоррупционный» рейтинг России

Как отметил ИА REGNUM Маркелов, «государство, объявив борьбу с коррупцией, ведёт себя, как всегда, непоследовательно».

«Если анализировать госзакупки, а это наиболее «лакомый» кусок бюджета, то стоит вспомнить, какие изменения вносились в наше законодательство. Так в 2017 году правительство ввело ряд ограничений, снижающих прозрачность закупок для госкомпаний и госпредприятий. Результат — 96% поставок приходится на единственного поставщика, а доля закупок у субъектов малого и среднего предпринимательства не выходит на запланированный уровень. Есть лазейки и в законах, регулирующих модное нынче государственно-частное партнёрство. Так, ст.37 закона о концессиях позволяет обходить конкурсы по постановлениям правительства. Примером того может служить история с системой «Платон». В декабре 2018 года представитель Генеральной прокуратуры Александр Куренной констатировал: «Число преступлений коррупционного характера по сравнению с аналогичным периодом прошлого года увеличилось на 2,3%». То есть, несмотря на предпринимаемые меры, объём и количество коррупционных деяний в стране не только не снижаются, но и растут. Так, например, в области госзакупок (в 2018 году — 6,8 трлн рублей) потери бюджета из-за взяток оцениваются в 1 трлн рублей, то есть примерно в 15%», — пояснил своё мнение эксперт.

По словам Маркелова, встаёт вопрос, что делать?

«Может то, что вчера делать было нельзя, сегодня сделать законным? Тогда и статистика улучшится! Министерство юстиции подготовило поправки, которые смягчат Федеральный закон «О противодействии коррупции». Они предусматривают случаи, при которых чиновников не будут наказывать за вынужденную коррупцию. Для справки: понятие «обстоятельства неопределимой силы» дается в Гражданском кодексе (ст.401), чёткого перечня событий, что может считаться обстоятельствами непреодолимой силы, в российском законодательстве нет. Пока Минюст предлагает в качестве примеров возможные ситуации, связанные с нарушениями, прописанных в Федеральном законе антикоррупционных требований: подача деклараций о доходах и расходах чиновника, о наличии у него недвижимости, а также ряд других сведений. Первый пример, когда при разводе госслужащие не имеют возможность предоставить данные о доходах и расходах несовершеннолетних детей. Другой пример — это соблюдение конфликтов интересов в небольших населённых пунктах, где может быть проблематично соблюдать запрет занимать руководящие должности родственниками. Третий пример — это Крым. По замыслу разработчиков объективность всех «обстоятельств непреодолимой силы» должна удостоверять спецкомиссия, состоящая из тех же чиновников. Неясно, последует в последствии расширение перечня таких «обстоятельств»? Конечно же, есть стихийные природные явления (ураганы, землетрясения, наводнения) и общественные события (забастовки, войны), но не станет ли предлагаемая новация лазейкой для обхода закона о конкуренции?», — подчеркивает он.

Как сообщало ИА REGNUM, в Министерстве юстиции России разрабатывают законопроект, который бы внёс поправки в антикоррупционное законодательство. Предлагается не наказывать государственных служащих за коррупцию, если правонарушения невозможно было избежать по объективным причинам.

Позже Минюст разъяснил, какие именно коррупционные действия, совершённые под влиянием «обстоятельств непреодолимой силы», оно предлагает не считать нарушениями. Отмечается, что конфликта интересов не всегда удается избежать в моногородах, закрытых административно-территориальных образованиях, в районах Крайнего Севера и других местах, которые характеризуются отдаленностью и малочисленностью. Есть проблема, когда бывшие члены семьи государственного служащего не соглашаются предоставить сведения о доходах и расходах общих детей. Бывают случаи нарушения антикоррупционного законодательства чиновниками из-за долгой и тяжелой болезни.

В Госдуме же посчитали, что Минюст поступил неосторожно, подавая тему отказа от наказания за «вынужденную» коррупцию, при этом используя размытые формулировки.

Отметим, что согласно действующему в России антикоррупционному законодательству, государственные служащие обязаны предоставлять декларации о своих доходах и имуществе, о доходах членов своей семьи. Также чиновники обязаны сообщать о степени родства для предотвращения конфликта интересов и заявлять о случаях, когда их склоняли к коррупции.

Тем временем, международное антикоррупционное движение Transparency International понизило место России в рейтинге стран по индексу восприятия коррупции в госсекторе экономики — с начисленными 28 баллами из 100 возможных РФ опустилась сразу на три места — до уровня Папуа-Новой Гвинеи, Ливана, Ирана и Мексики ‑ и разместилась на 138-м месте в мире по ИВК.