Круглая дата в Эстонии: 20 лет лишения гражданства - диалог правозащитников
Беседа русского омбудсмена Эстонии Сергея Середенко и Максима Ревы, уроженца Таллина, председателя союза неграждан Эстонии о двадцатилетии с момента приобретения жителями Эстонии статуса неграждан и возможных правовых решениях.
ИА REGNUM: Расскажите, пожалуйста, о том, почему к лицам без гражданства Эстонии применимо слово пострадавшие, коль скоро вы говорите о краже гражданства?
Сергей Середенко: 6 ноября исполнилось ровно двадцать лет со дня "применения" Верховным Советом Эстонской Республики закона о гражданстве Эстонской Республики 1938 года. Первое, что стоит отметить в связи с этим - это то, что ни один парламент мира не уполномочен на применение законов когда-то существовавших. Парламент может отменить или принять закон, а также внести в него поправки, но никак не "применить" закон. А потому называть это действие парламентским актом нельзя.
А вот о краже гражданства я говорю последние пять лет. Я написал книгу "Русская правда об эстонской конституции", в которой мне самому стали понятны многие вещи. Ведь юридически это крайне запутанная история, а возвращаться к ней мало кто хочет, потому что людям стыдно за своё непонимание происходящего в начале 90-х, конце 80-х гг. Это сравнимо разве что со стыдом жертвы, которую обокрали на вокзале. Зачастую оппоненты выдвигают контраргумент: "Нельзя украсть то, чего нет". На это возражение у меня есть резонный ответ: все граждане Эстонской советской социалистической республики с 8 мая 1990 года стали гражданами Эстонской республики после принятия закона о символике, в котором название Эстонская советская социалистическая республика (далее ЭССР) была изменена на Эстонскую республику. В соответствии с этим законом все граждане ЭССР стали гражданами Эстонской республики.
Вся эта ситуация продолжалась вплоть до 6 ноября 1991 года. За это время произошло масштабное и, не побоюсь этого слова, талантливая подмена понятий. За полтора года речи о гражданах Эстонской республики (далее ЭР) или ЭССР в общем дискурсе не шло. Было два термина: жители ЭР, и второй - граждане СССР. В эстонском дискурсе началось движение комитетов граждан, которые ставили перед собой задачу "восстановления законной государственной власти", а по сути, воссоздания ЭР образца 1938 года. Речь шла о проведении плебисцита, с целью "восстановления" независимого эстонского государства. Независимость понималась эстонцами по принципу: "Все вместе, значит без тебя". Более того, эта деятельность никак не освещалась в русскоязычной прессе. На эту тему эстонцами написано большое число мемуаров, но в законах тех лет никакого упоминания о комитетах граждан вы не найдёте. Говорится о потрясающей акции народного волеизъявления, удивившей весь мир, с другой стороны в праве они не оставили следов. Чистая работа для вора.
В итоге в граждан принимали, тех, кто имел тот же статус в Эстонии до 1940 года и их потомков. Как мне удалось узнать, целая плеяда эстонских юристов, занимающих ныне высокие посты, утверждали, что это невозможно: граждане когда-то существовавшего государства не могут быть субъектом плебисцита. Это в корне противоречит международному праву, согласно которому субъектом права на самоопределение являются народы, населяющие территорию, а не граждане когда-то существовавшего государства. Но вся эта деятельность проводилась в атмосфере полного правового нигилизма.
Забегая вперёд, скажу, что сейчас это породило проблему формата признания государственности. На сегодня Эстония, Латвия и Литва являются государствами с двойной государственностью. Ведь мало, кто понимает, что такое правопреемное государство, но с этим согласились по умолчанию на Западе, в отличие, кстати, от России, которая не признаёт "правопреемное" государство. И моя деятельность, как русского омбудсмена, в том числе заключается и в борьбе с форматом этих государств. Ведь это тоже самое, как если бы потомки римских легионеров где-нибудь в Молдавии, решили восстановить Римскую империю.
Максим Рева: В конечном итоге правовой вакуум и кража гражданства привели к тому, что с 6 ноября 1991 года треть населения Эстонии лишилась гражданства. До этого таких правовых норм не было, а в итоге с подобным нововведением согласились все, в том числе и Россия. Договор об основах межгосударственных отношений был подписан между Эстонией и Россией 12 января 1991 года, а решение о "применении" 1938 года было от 6 ноября 1991 года. То есть Эстония обманула Россию, и Россия с этим согласилась. В итоге же есть проблема неграждан или лиц без гражданства.
Конечно, таких лиц без гражданства стало меньше путём получения эстонского или российского гражданства, но до сих пор проблема остаётся острой даже для детей неграждан. Дело в том, что о гражданстве для детей неграждан должны ходатайствовать их родители, у которых с кризисом только усилился инфантилизм по отношению к эстонскому государству, поэтому институт неграждан Эстонии сохраняется уже в третьем поколении.
ИА REGNUM: Исходя из сказанного, возможен ли судебный прецедент на международном уровне по делу о незаконном лишении гражданства против целого государства?
Сергей Середенко: Вернёмся к договору от 1991 года. Подписать подписали, но проигнорировали. Я ещё летом прошлого года начал попытки актуализировать этот договор, который когда-то был серьёзной гарантией для России, но выяснилось, что он не интересен ни российской, ни эстонской стороне. Я предлагал вынести этот вопрос на региональную конференцию соотечественников, но эстонский координационный совет отказался. Точно также он не интересен МИД Эстонии.
А ведь этот договор интересен хотя бы потому, что в нём были прописаны механизмы контроля над его исполнением. Согласно дополнительному протоколу к нему, должна была быть создана межгосударственная комиссия с участием юристов. В комиссию люди могли обращаться с жалобами по неисполнению договора. Так вот эстонский МИД в ответ на запрос об адресе комиссии, честно ответил, что она так и не была создана. А вот в передаче на радиостанции "Голос России" историк Владимир Симиндей назвал этот договор упущенной возможностью России, но я с ним не согласен, ведь ратифицированный, а, значит, действующий договор упущенной возможностью быть не может.
В итоге возможно два судебных процесса. Первый - это международный суд ООН. Россия, как известно не приняла на себя обязательств участвовать в международном суде ООН и не имеет какого-либо содержательного опыта участия в таком суде. Более того, международный суд ООН разбирает дела далеко не каждый день, да и судились в нём не самые ведущие государства мира. Хотя был процессуальный опыт, когда Грузия выдвинула иск России, но Россия отрицала свою подсудность этому суду. Но это не значит, что она не может принять на себя такую подсудность в каком-то конкретном деле.
И второй вариант - это создание собственного третейского суда между Эстонией и Россией, но для этого нужна политическая воля. Со стороны Эстонии было два сигнала, показывающих наличие политической воли. Это заявление президента Эстонии Тоомаса Хенрика Ильвеса о том, что эти спорные вопросы можно было бы решить в суде. А второй сигнал был от члена Союза Отечества и Res Publica Урмаса Рейнсалу, опубликованный во внутрипартийной газете. Оба сигнала были в 2008 году до осетинского кризиса.
При этом долгое время существовали достаточно смешные комиссии по подсчёту убытков от советской "оккупации", но кроме как в суде ответить на такие требования невозможно. С одной стороны, Эстония, Латвия и Литва заявили о своих требованиях, но в суд не идут. А значит, это сугубо внутригосударственный продукт, ведь пока в суд никто не обращался. Но возможность есть.
Максим Рева: В России на всех уровнях власти мы слышим заявления о проблемах в Прибалтике в целом. Совсем недавно было сделано заявление об институте безгражданства в Эстонии и Латвии, однако всё это начинается и заканчивается лишь заявлениями. Параллельно улучшаются экономические отношения с обеими странами. Я не вижу, чтобы в России кому-то было выгодно начать решать проблемы безгражданства в Эстонии и Латвии, для этого надо идти на серьёзный конфликт. Никто из российских политиков и дипломатов не хочет серьёзного конфликта со странами ЕС.
А ведь сейчас появилась уникальная возможность. В Европе усиливается экономический кризис и России намекают на некоторую помощь. Думаю, российское руководство, если примет решение о помощи ЕС, должно увязать эту помощь с политическими требованиями, как это происходит в случае с Китаем. Однако пока руководство России отмалчивается. И уже, начинает формироваться мнение о том, что европейские проблемы - глобальные, а потому и увязывать экономические проблемы с политическими - нельзя.
За последние пять лет по проблемам неграждан, если мне не изменяет память, было сделано 12 заявлений со стороны России, но воз и ныне там. Пока не будет создано инструмента к принуждению исполнения прав человека, рекомендаций ООН, Совета Европы, ничего не изменится.
ИА REGNUM: Какие настроения у самих неграждан, по вашим наблюдениям? Нет ли ощущения, что они уже и не требуют того, что им принадлежит по праву?
Максим Рева: Да, это интересный момент. Люди смирились. К тому же иногда очень выгодно иметь "серый паспорт" негражданина. Одна из привилегий - не надо служить в армии. Но в Эстонии пошли по методу запугивания. Например, начались проблемы с получением негражданами виз в Турцию, то есть в самое популярное место отдыха. И проблемы эти создаются искусственно эстонской стороной, несмотря на взятые на себя обязательства Эстонией за лиц без гражданства. Кроме того, неграждане вместо внутреннего идентификационного документа, как у граждан, получают электронный вид на жительство, за который государство взимает более высокую пошлину.
Сергей Середенко: Поскольку сегодня я выступаю с позиции правозащитника, а Максим Валентинович с позиции политика, то я говорю, как надо, а Максим Валентинович, как можно. Так вот - в эстонской конституции записано, что неграждане обладают теми же правами, что и граждане. А дальше стоит точка. Во всех конституциях обычно идёт запятая и фраза "если иное не оговорено законом". То есть гражданство хотели украсть символически, опасаясь последствий. А когда поняли, что воровать можно безнаказанно, маховик репрессий раскрутился, став, по сути, фашизмом, ведь ключевая особенность фашизма в том, что он не может остановиться.
ИА REGNUM: Прошло двадцать лет с момента тех событий. Заглянем вперёд, что ждёт страну и неграждан через пять лет?
Максим Рева: Если говорить согласно статистике, то население Эстонии сократится. Увеличится число граждан России и других стран за счёт вступления в гражданство этих стран неграждан ЭР. Сама же проблема и дальше будет гнить, а неграждане не исчезнут даже через поколение. К тому же есть ещё один вопрос для самой Эстонии: неграждане не являются патриотами эстонского государства, а об этом стоит подумать.
Сергей Середенко: Я гораздо более радикален. Я не думаю, что через пять лет мы будем говорить об Эстонской республике. Уже сейчас говорят о пересборке прибалтийских стран. Вопрос в том, что это будет за пересборка. К тому же я не вижу у эстонского государства воли к существованию. А такая страна никому не нужна. Как сказал упомянутый мною Симиндей, "прибалтийские страны привыкли решать свои проблемы за счёт наших "оккупаций", но в этот раз - не дождётесь!"
- Военные корабли ФРГ пройдут через Тайваньский пролив
- В США рассказали о планах Байдена на оставшийся срок до отставки
- Прощальная гастроль Кулебы. «Волынская резня» не забыта и за неё мстят
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков