Трижды не патриарх. Жизнь и предательства Филарета Денисенко

Последняя активность «патриарха Киевского и всея Руси-Украины» Филарета обозначена на его странице в соцсетях аж в июне 2019 года.

Тогда легендарная личность посетила Свято-Духовскую парафию Киева в честь храмового праздника, а накануне отслужила праздничную утреню во Владимирском кафедральном соборе, некогда силой отжатом в пользу УПЦ Киевского патриархата. С того времени и вплоть до момента кончины 20 марта 2026 года про него ничего не было слышно.

История с томосом и организацией одиозной государственной «Православной церкви Украины» (ПЦУ) сильно подкосила старика, ушедшего в солидном возрасте 97 лет.

Ведь всю свою жизнь сын донецкого шахтера Михаил Денисенко мечтал быть настоящим патриархом — то есть главой всей Русской православной церкви. А когда это не удалось — хотя бы главным по Украине, а не руководителем одной из шести зарегистрированных православных церквей.

И далеко не самой большой из них. По состоянию на 2018 год УПЦ КП владела 5167 приходами, тогда как каноническая УПЦ — более чем 12 тысячами.

Поставив всё на «независимость» в 1992 году, когда с частью клира и мирян он образовал свою личную церковь, не признанную ни одной из Поместных православных церквей, «епископ без кафедры» до конца своих дней добивался хоть какого-то признания.

А когда Пётр Порошенко* сделал тему поместной церкви одной из трех центральных тем своей избирательной кампании, «патриарх подумал», что пробил его звездный час: ему сулили должность «почетного патриарха», фактически руководящего всей жизнью ПЦУ.

И был самым наглым образом обманут: только бизнес, ничего личного.

«Борец за независимость»

«Многолетний руководитель УПЦ КП Филарет во времена СССР занимал самые высокие должности в русской иерархии, а в годы независимости стал символом борьбы украинского православия за самостоятельность от Москвы. За это на него в 1997 году наложили анафему», — в этой цитате помещается основное содержание многочисленных некрологов, которые сегодня публикует украинская и зарубежная пресса.

Однако в основе всего, что случилось с Филаретом, лежала глубокая обида.

Его рост в РПЦ действительно был выдающимся. Еще во время учебы в Московской духовной академии молодой человек был назначен исполняющим обязанности смотрителя Патриарших покоев в Троице-Сергиевой лавре.

В иеродиаконы рукоположен лично патриархом Алексием I, и далее карьера пошла в гору.

Молодой священник служил в Ленинграде и Риге, возглавлял Киевскую духовную семинарию, временно управлял Среднеевропейским экзархатом и побыл епископом Венским и Австрийским. Как рассказывал православный публицист, клирик Псковской епархии Павел Адельгейм, тогда Денисенко был гиперлоялен советской власти и за возражения против празднования 1 Мая выгнал своего семинариста.

«Конечно, я был на торжественном собрании 1 Мая, слушал речь Филарета о солидарности трудящихся, пел с хором «Коммунистической партии хвала», кстати, красивое музыкальное произведение и другие песни. Протест был последней каплей, и Филарет перед экзаменами заставил меня написать заявление об отчислении из Киевской семинарии «по собственному желанию», — вспоминал тот впоследствии.

Более того, в интервью «Агентству печати «Новости» Филарет с жаром рассказывал, что в Советском Союзе не существует гонимых за религиозные убеждения.

«Верующие и неверующие нашей страны составляют единое общество, занимающееся активным созидательным трудом на благо своего Отечества. Советское государство с пониманием относится к нуждам Церкви. К сожалению, западная пресса, используя клеветническую и необъективную информацию, старается ввести в заблуждение мировое общественное мнение», — говорил он.

Возглавив Киевскую кафедру, митрополит Киевский и Галицкий Денисенко входил в число наиболее влиятельных иерархов РПЦ и в 1990 году стал одним из трех претендентов на пост патриарха Московского. Являясь местоблюстителем (временным главой) патриаршего престола, он в итоге набрал меньше всех голосов — Церковь возглавил Алексий (Ридигер).

Теперь совершенно очевидно, что это событие нанесло проигравшему глубокую душевную рану: он обиделся.

И когда на Украине завертелись процессы, связанные с независимостью, сначала активно участвовал в трансформации Украинского экзархата РПЦ в автокефальную Украинскую православную церковь (существующую с тех пор), а затем пошел на раскол, заручившись поддержкой власти.

Согласованная позиция Филарета и первого президента Украины Леонида Кравчука состояла в получении полной независимости УПЦ, что «будет способствовать укреплению единства православия на Украине, содействовать ликвидации возникшего автокефального раскола, противостоять униатской и католической экспансии, служить примирению и установлению согласия между враждующими ныне вероисповеданиями, сплочению всех национальностей, проживающих на Украине…»

Однако тогда духовенство идти на такой шаг побоялось — полная независимость наступила только в 2022 году.

Митрополита попросили уйти и нести слово Божие на одной из провинциальных кафедр. И он взбрыкнул: старая обида наложилась на новую угрозу потерять еще и власть в пределах теперь уже независимой Украины.

Так появилась УПЦ КП — политическая церковь первой сборки. Филарет провозгласил себя патриархом, но этого никто не признал — как и новоявленную церковь, с помощью бойцов УНА-УНСО** отобравшую себе Владимирский собор, ставший «патриаршим».

Тогда и была создана проблема, ударившая по амбициозному руководителю много лет спустя.

Кидок по-братски

Сегодня в числе основных заслуг, приписываемых покойному, на первом месте, конечно же, стоит мовный вопрос.

«Его многолетний титанический труд над переводами Священного Писания и богослужебных книг на украинский язык стал непреклонным фундаментом, на котором утверждалась наша духовная независимость», — грустит офис уполномоченного по защите государственного языка, в просторечии — шпрехенфюрера.

И особо отмечает, что даже в самые сложные времена Филарет оставался «непоколебимым в своем стремлении видеть Украину свободной, а украинскую церковь — поместной и равной среди равных». И его вклад в признание украинской духовной самобытности неоценим.

Весьма забавно в данной связи вспоминать, как в 1986 году тот же самый человек выступал во Львове по случаю 40-летия собора, ликвидировавшего Украинскую греко-католическую церковь и воссоединившую её с РПЦ. «За тысячелетнюю историю Русской православной церкви наши единокровные братья и сестры 350 лет находились под властью Рима. Только в условиях политической свободы и национального единства возможно было порвать с Брестской унией, насильственно навязанной нашим предкам — украинцам и белорусам, единокровным и единоверным братьям русского народа», — вещал тогда убежденный сторонник единства по поводу «уничтожения украинской духовной самобытности».

Ведь УГКЦ всегда занимала важнейшее место в самоидентификации галичан, и её ликвидация всегда считалась преступлением.

А в 1989 году Филарет информировал Президиум Верховного Совета СССР о противоправных и хулиганских действиях «групп экстремистов, именующих себя автокефалистами и греко-католиками, специально привезенных из западных областей Украины, в отношении верующих УПЦ».

Их били, обзывали москалями и оккупантами, со священников рвали облачение, а богослужение в Софиевском соборе пытались сорвать с участием депутатов Верховной рады. В перечне фамилий — «отцы независимости» Иван Драч, Дмытро Павлычко, Левко Лукьяненко и другие.

В интервью «Московским новостям» он твердо пояснял, что иерархи УГКЦ скомпрометировали себя сотрудничеством «с оккупационным фашистским режимом и бандеровскими националистическими бандами». А нынче вот, подогреваемые униатскими и националистическими центрами из-за рубежа, они пытаются отторгнуть от РПЦ миллионы верующих и разорвать кровное родство русских с украинцами.

Но не прошло и пяти лет, как Денисенко и сам исполнил то же самое, внезапно возлюбив и автокефалов, и греко-католиков, националистов, и украинскую мову. Что счастья ему не принесло.

В середине нулевых в Киеве мне довелось выпивать с попом-расстригой, который под влиянием романтических веяний ушел из УПЦ в «Киевский патриархат» и сам служил во Владимирском соборе. Но довольно быстро понял, что делать там нечего.

«Вы вот шутите про благодать, а это совсем не шуточки, — говорил бывший отец Андрей, сжимая пластиковый стаканчик с водкой. — Её там нет».

Что бы ни говорил и не делал Филарет — он был всего лишь одним из многих, без шансов на рост. Слишком много в стране стало «патриотов», но в церковь они не ходили. А для Галичины своей по-прежнему оставалась УГКЦ.

Шанс, казалось бы, открыла предвыборная стратегия Порошенко по созданию политической церкви 2.0 — «единой, поместной и независимой». А базой для её создания как раз и стали УПЦ КП и полумертвая УАПЦ.

Процесс предоставления «канонической автокефалии» со стороны Константинопольского (Вселенского) патриархата в 2018 году был стремительным. В апреле Порошенко слетал (как говорят, с чемоданом денег) в Стамбул, к патриарху Варфоломею, а 15 декабря уже состоялся объединительный собор в Софии Киевской под председательством личного представителя Варфоломея, митрополита Эммануила.

Однако на главенство Филарета стамбульцы не согласились: лишение его сана, наложенная анафема и предыдущие активности делали его неприемлемой фигурой для сделки.

Томос об автокефалии ПЦУ был вручен её новоизбранному предстоятелю Епифанию, и за следующие четыре месяца в новую церковь загнали более 500 приходов УПЦ. Процесс этот не прекращается до сих пор.

Однако уже в июне 2019 года случился скандал: «патриарх» отменил самороспуск УПЦ КП и заявил, что остается в должности как «избранный пожизненно на Поместном соборе УПЦ Киевского патриархата 20–22 октября 1995 года».

В соответствии с постановлением «Поместного Собора» уже как бы несуществующая церковь подтвердила свое владение всеми средствами и имуществом, всеми храмами, монастырями и учебными заведениями. Включая киевские Михайловский Златоверхий, Феодосиевский и Выдубицкий монастыри.

А все потому, что Епифаний, назначенный, согласно неформальным договоренностям, «только для вида», сразу же взял управление ПЦУ в свои руки, отодвинув упрямого и вредного старика.

«Молодая команда» попыталась отправить его на покой уже на первом же заседании синода ПЦУ 5 февраля 2019 года. Тогда в дело вмешался Порошенко, который присвоил «почетному патриарху ПЦУ» звание Героя Украины и попросил не обижать ветерана.

Когда же стало понятно, что «Петя — всё» и страной будет править «Квартал 95», Филарет попытался отыграть ситуацию назад, воззвав к чувствам Владимира Зеленского. Но безуспешно.

Анафема, даже снятая Константинополем, сработала: все метания, все труды, все предательства пошли прахом. Уничтоженный, никому не нужный, старый человек напоследок в духовном завещании запретил, чтобы его отпевали архиереи ПЦУ, и призвал всех к единству.

И как будто в насмешку Епифаний нынче скорбит по «Святейшему Патриарху» — которым тот так и не стал.

*Внесен Росфинмониторингом в список террористов и экстремистов.

**Признана в России экстремистской организацией, её деятельность запрещена.