«Будем помирать!»: алтайские онкобольные кричат не только от боли
В Алтайском крае, где смертность от онкологии выше среднероссийских показателей, занялись оптимизацией работы Алтайского краевого онкологического диспансера: с 1 января 2021 года сокращается одно из двух торакальных отделений. Четверо высококлассных хирургов лишились профессии. Им предложили вакансии, среди которых есть даже дворники, но нет ни одной хирургической. Двое уже согласились на перевод в химиотерапевты, один подался в радиологи. Насколько грамотно они будут ставить теперь диагнозы — вопрос отдельный.
Читайте также: Хирурги за бортом: в Алтайском крае некому оперировать лёгочных онкобольных
Читайте также: О пирожниках и сапожниках: на Алтае хирургов отправили в лекари
Страшно ещё и то, что сельчанам с лёгочными заболеваниями и ранее было затруднительно попасть в этот стационар. Теперь же они и вовсе потеряли всякую надежду на излечение. Раковые клетки — они не будут ждать, когда в отделении появится свободная койка. Выслушивать мнения пациентов оказалось невыносимо тяжело.
Редакция ИА REGNUM с соблюдением врачебной тайны публикует слова пациентов одного из докторов онкодиспансера. Речь идет об Александре Агееве — пока еще заведующем первым торакальным отделением — кандидате медицинских наук, заслуженном враче РФ с высшей квалификационной категорией и по торакальной хирургии, и по онкологии. В краевом онкологическом диспансере он работает 35 лет. Но уже с нового года он потеряет свою специальность и не сможет выполнять ту работу, которая получается у него лучше всего: применяя передовые методики лечения, помогать даже безнадёжным больным.
«Куда мне с братом податься?»
Татьяна:
«Я живу в Бурлиском районе, мы написали коллективное обращение с просьбой не закрывать торакальное отделение в адрес губернатора Виктора Томенко, но его спустили, как жалобу. Опасаемся, что если глава не вмешается, мы вообще не сможем попасть на лечение в онкологический диспансер.
Лично мне и брату будет очень плохо. Он потерял голос. И если бы мы не попали к Агееву, то я сомневаюсь, что он был бы ещё жив. Мы много куда ездили на консультации и только он поставил нам правильный диагноз и взялся за лечение. Если сейчас Агеев работать не будет — большой вопрос, куда мне с братом податься?».
«Люди дерутся за койки»
Иван:
«Проблемы с лечением будут, где лечиться-то больше? В отделении много хороших специалистов, но меня оперировал Агеев. И до сих пор я к нему только езжу. Новость о том, что собираются закрывать и сокращать отделение, совсем не порадовала. Когда я там бываю, то вижу, что в отделении нет свободных мест, туда очень сложно попасть. Люди дерутся за койки.
Отделение полностью забито — когда я там был — даже в коридоре люди лежали. Медсёстры по палатам боком ходят. Ведь помимо края в диспансере лечатся очень много пациентов из республики Алтай. Ни разу не видел свободных мест. Теперь простым работягам из села будет совсем не попасть. Вот где разгул для коррупции начнётся! Будут попадать на лечение те, кто заплатит.
А заболеваемость — я по своей деревне вижу — растет. И раньше онкологии на Алтае много было, а теперь — еще больше. А болезнь такая, что ждать не будет. Будем помирать! А кто-то может и восстанет. Не знаю, чем всё закончится».
В отделение к молодым хирургам точно не пойду
Наталья:
«На мне закрытие первого торакального отделения отразится самым негативным образом. Потому что меня оперировал сам Агеев, я к другому доктору и в то время бы не пошла. Сейчас у меня ремиссия — шесть лет. Но проблемы никуда не делись. Если что — может к концу года потребоваться решать вопрос об операции. Я проверяюсь постоянно, мне еще требуется помощь. Если первое торакальное отделение закроют, то в то отделение, которое оставляют — с молодыми хирургами — я совершенно точно не пойду делать операцию.
И потом, Агеев никогда не бросает пациента после операции, продолжает консультировать. Абсолютно бескорыстно ведёт людей до конца. Всегда можно позвонить, спросить про лекарства: всегда и снимки посмотрит, и посоветует. У нас нет такого врача в крае точно. Лично у меня нет денег, чтобы потом поехать и Москву и в Питер на операцию — и туда попасть очень сложно. Всё, с нового года вариантов у меня не будет, если понадобится хирургическое вмешательство».
И действительно, почему, убирая высококлассных хирургов, специалистов с большим опытом работы, в реорганизованном отделении краевого онкодиспансера оставляют менее квалифицированных врачей? Руководство стационара считает, что реорганизация двух торакальных отделений «даст дополнительные возможности для специализации и совершенствования профессиональных навыков хирургов».
Читайте также: Хирурги за бортом: в Алтайском крае некому оперировать лёгочных онкобольных
Но те онкобольные, с кем довелось разговаривать, не скрывали тревоги за свою жизнь. Чувствовалось, что они очень хотели быть услышанными. Как утопающий за соломинку, спрашивали у автора статьи: «Есть ли нам хоть какая-то надежда, что после вашей публикации что-то изменится?» Сказать, что слушать было тяжело — ничего не сказать, а отвечать — и тем более.
Если даже предложения докторов о том, как бы следовало провести оптимизацию, никто не стал слушать! Если даже губернатор Виктор Томенко, проводивший совещание по данной проблеме «проглотил» ложную информацию о том, что Агееву предложили «возглавить отделение телемедицины с сохранением уровня заработной платы и возможности делать операции в торакальном отделении на условиях совмещения», то что такого на земле алтайской должно произойти, чтобы властьимущие в крае перестали вытирать ноги о пациентов и врачей?!
Читайте также: Сокращение штата в Алтайском онкодиспансере объяснили заботой о пациентах
Читайте также: Алтайские власти передумали приостанавливать реорганизацию онкодиспансера
Напомним, уровень заболеваемости и смертности от рака лёгких в Алтайском крае очень высок. Если в 2020 году общая заболеваемость в регионе была 53,7 на 100 тысяч населения (мужчины — 96,8, женщины — 16,8), то за девять месяцев 2021 года она выросла до 59,8 на 100 тысяч населения (мужчины — 107 на 100 тысяч населения). Получается, что один на тысячу мужчин во всех возрастных группах — это больной раком лёгкого.
Читайте также: «Чиновники лишние, а не онкологи!» — на Алтае шокированы сокращением врачей
В конце октября 2021 года в Алтайском краевом онкологическом диспансере настал черный день для многих, кто еще не потерял надежду излечиться…
Читайте также: «Позорище»: как губернатор «приостановил» «оптимизацию» в онкодиспансере
- Военные корабли ФРГ пройдут через Тайваньский пролив
- В США рассказали о планах Байдена на оставшийся срок до отставки
- Прощальная гастроль Кулебы. «Волынская резня» не забыта и за неё мстят
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков