Эльдар Исмаилов: "Но причем здесь вопрос о передаче Эривани армянам?"
ИА REGNUM публикует статью доктора исторических наук, профессора Бакинского Государственного Университета Эльдара Исмаилова, в которой автор отвечает на статью Станислава Тарасова "Мог ли "дарить" в 1918 году Азербайджан Эривань армянам?", опубликованную 4 сентября 2011 года.
"СМОГ ЛИ ТАРАСОВ ОПРОВЕРГНУТЬ ГАСАНОВА?
Действительно, существовало ли международное соглашение, согласно которому Эривань или то, что издревле называлось азербайджанцами Иреваном, было передано Армении? В своей статье, размещенной на сайте ИА "REGNUM" от 4 сентяря 2011г. (http://regnum.ru/news/1440901.html) С.Тарасов со всем пылом оспаривает мысль заведующего общественно-политическим отделом администрации президента Азербайджанской Республики Али Гасанова, что именно это имело место в 1918 году. При этом Тарасов упрекает Гасанова в профессиональной некомпетентности, раз за разом, напоминая, что тот является выпускником Московского Университета, и не к лицу ему не знать такие факты истории. Упрек, скажем откровенно, безосновательный. Я вовсе не намерен выступать в качестве адвоката Гасанова, но скажу однозначно, что такое согласие на уступку Эривани со стороны азербайджанской фракции в Закавказском сейме имело место. Оно не носило форму конвенций, соглашения или другой формы международной договоренности. Оно было заключено по настоянию турецкой стороны. И существовало устное согласие азербайджанской стороны. А без этого батумские соглашения от 4 июня 1918 года не состоялись бы. Но причем здесь московский диплом А.Гасанова? У меня, к примеру, тоже диплом Московского Государственного Университета им. М.В.Ломоносова, причем диплом с отличием. И мне доподлинно известно, что в отличие от Гасанова у Тарасова диплом Бакинского Государственного Университета. Хочу сказать господину Тарасову, коллега, существуют неоспоримые факты, с которыми следовало бы считаться. Во всяком случае, не домысливать по поводу того, что опровергается ими.
Во-первых, следовало бы признать, что Армянская государственность на территории Южного Кавказа стала возможной лишь в результате заключения Брестского мира. Но отнюдь не по инициативе российской стороны. Да, российское Советское правительство в Петрограде признало право наций на самоопределение, вообще. Но имело ли это признание отношение к территориям, вошедшим впоследствии в состав государства Армения? В Закавказье политические деятели, не признавшие легитимность, утвердившейся в России большевистской власти, вначале отказались ее признавать. Это вовсе не свидетельствовало об их желании выйти из состава России. Они учредили региональный сейм, региональное правительство, в надежде на лучшие времена, когда удастся создать единое легитимное общероссийское правительство. Но ход событий, возможно и влияние внешних сил, а самое главное упорное стремление большевиков силой подавить любые проявления политической оппозиционности, в том числе в Закавказье, вынудили деятелей Закавказья действовать самостоятельно и, даже, провозгласить государственную независимость Закавказья. Однако нереальность сосуществования в рамках единого государства проявилась очень быстро. Было провозглашено образование трех независимых государств. Сам этот факт открыл в наши дни простор для самых неуемных фантазий по различным поводам для комментаторов, к которым отношу и своего визави. Господин Тарасов допускает, я бы сказал, панибратскую некорректность по отношению к авторитету власти (хотя и прежней) и ее носителям. Чего, например, стоит его выражения "большевистское правительство Владимира Ленина", или "большевистский нарком по делам национальностей Иосиф Сталин". Никакого особого пиетета по отношению к Ленину и Сталину я не испытываю. И Владимир Ильич Ленин и Иосиф Виссарионович Сталин, как общеизвестно, были членами партии большевиков, но в случаях, о которых упоминает Тарасов, представляли общероссийское правительство. Тарасов, как это делали и члены Закавказского сейма, вправе ставить под сомнение легитимность правительства, возглавляемого большевиками. Но их большевизм вовсе не может служить основанием для такого пренебрежительного, весьма неакадемического отношения к столь авторитетным историческим персонажам, с которыми связаны весьма важные страницы отечественной истории. Он может и не упоминать отчество Али Гасанова. И тот на него не будет в обиде. Но не в русской традиции упоминать фамилии исторических личностей лишь в паре с их именами, без упоминания отчества. Лучше уж писать просто: "Ленин", "Сталин". Некорректность по отношению к ним вовсе не свидетельствует о стремлении автора к объективности в подходах к историческому прошлому.
Но я вовсе не намерен читать мораль по поводу того, как следовало бы именовать давно усопших руководителей Советского государства. Речь идет о неправдоподобных доводах, которые привел Станислав Тарасов в обоснование того, что опровергает тезис о передаче Эривани Армении:
1. Шаумян желал встречи с лидером грузинского правительства Жордания, но тот от встречи уклонился. И тогда Шаумян предпринял поход на Тифлис. С Севера его должен был поддержать Орджоникидзе во главе отрядов Красной Армии, а грузино-азербайджанскую границу должен был блокировать турецкий эмиссар Нури-паша. Тарасов заключает: "Этот сценарий предполагал развал Закавказской республики и, даже, большевистский переворот в Тифлисе". Итак, представлена "оригинальная" версия о союзе большевиков и турок в борьбе против национального грузинского правительства. При этом Тарасов явно запамятовал, что союз Жордания и Шаумяна был явно неуместен. Шаумян был наделен Лениным полномочиями Чрезвычайного Комиссара по делам Кавказа, и его резиденция должна была располагаться в Тифлисе. Шаумян, естественно, рвался к Тифлису. И поэтому его альянс с Жордания был невозможен. Еще менее был возможен союз Шаумяна с Нури-пашой. Но причем здесь вопрос о передаче Эривани армянам?
2. Далее Тарасов выдвигает новый довод и пишет: "Гянджинские турки", как выяснилось позже", ориентировались не на официальный Стамбул, а на Мустафу Кемаля. Они и потребовали роспуска сформированного в Тифлисе "социалистического кабинета министров". Неужели в 1918 году кто-то из политиков ориентировался на Мустафу Кемаля? Станислав, одумайтесь! Речь ведь идет не о 1920 годе. Никто в Гяндже в 1918 году не мог полагаться на Мустафу Кемаля. Он даже не выделялся тогда среди младотурков. И почему роспуск Национального Совета в Гяндже и создание второго правительства Вы, коллега, расцениваете как победу сторонников блока с большевиками? И откуда Вы взяли, что деятели второго правительства находились в тесной связи с большевиками? И, тем не менее, какое отношение это имеет к опровержению тезиса о "дарении" Эривани армянам?
3. Третий довод сводится к объяснению того, почему не сложился планировавшийся в сознании Тарасова блок меньшевиков, большевиков, мусаватистов и турок. Оказывается, такой блок мог сложиться в результате реализации рекомендаций Москвы Шаумяну "распустить Бакинский Совет, организовать переезд азербайджанского правительства из Гянджи в Баку и провести выборы в Учредительное Собрание Азербайджана". Помешало этому, якобы, некая возня Нури-паши с попыткой установить связи с англичанами. Тогда Шаумян и начал наступление на Гянджу. "Расчет, пишет Тарасов, был на то, что в самой Гяндже Хан Хойский и Джеваншир устроят восстание против Нури-паши. А в тыл Гянджи должны были ударить армянские национальные части". Да, действительно, фантазия Тарасова не имеет предела. Словно он сам спланировал операцию, но Нури-паша явно его подвел. Абсурдность и недостоверность нарисованной схемы настолько очевидна, что опровергать ее нет никакой необходимости. Шаумян, по нашему убеждению, яростный противник независимости Азербайджана, противник объявления Тифлиса столицей Грузии, большевик-фанатик не мог быть проводником национально-государственного плана обустройства по схеме, которую представил ученый-историк Тарасов спустя 90 лет после уже свершившихся событий. История не терпит сослагательного наклонения. События были такими, какими они уже были. И нечего додумывать. Но какое отношение это имеет к опровержению тезиса о передаче Эривани Армении?
И уж совсем нелогичной выглядит заключительная часть рассматриваемой статьи Тарасова. В ней можно встретить немало строк об образовании Азербайджанского государства, о его границах, об азербайджанской нефти и т. д. Он пишет и о возможности переезда азербайджанского правительства в Баку. И в то же время, он упорно "проталкивает" мысль о том, что азербайджанского правительства не существовало, и дарить кому-то, что-то оно не могло. Ну, где же здесь последовательность суждений? Их просто-напросто нет. Так какие же у Вас основания предъявлять претензии кому-либо?
Эльдар Исмаилов, доктор исторических наук, профессор Бакинского Государственного Университета".