Синан Оган: "Платформа сотрудничества и стабильности на Кавказе" и усилия Турции по обеспечению региональной безопасности
Пятидневный конфликт в августе 2008 года радикально изменил понимание безопасности в Закавказье. После августовского конфликта региональный баланс, сложившийся в Закавказье после распада СССР, изменился, на повестку дня вышли проблемы признания независимости Абхазии и Южной Осетии и различные варианты маршрутов энерготранспортных потоков.
Турция, являющаяся одним из ведущих игроков в регионе, не могла оставаться в стороне от событий происходящих в Закавказье и премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган вскоре после окончания активных боевых действий в августе 2008 года, совершил визит в регион, в ходе которого предложил проект "Платформы сотрудничества и стабильности на Кавказе". Идея подобного проекта была не нова.
Впервые эта идея была выдвинута в период президентства в Турецкой Республики Сулеймана Демиреля. Данная идея возникла по аналогии с Балканами, где в Сараево 30 июля 1999 официально был запущен в действие Пакт стабильности для Юго-Восточной Европы (на Балканах) (ПСЮВЕ). Примерно через шесть месяцев после начала действия ПСЮВЕ 15 января 2000 Демирель предложил заключить Пакт стабильности на Кавказе (ПСК) для обеспечения безопасности в Юго-Восточной Европе, который должен включать страны западного и восточного побережья Черного моря (на Балканах и на Кавказе). Но в этот период внимание всего мира было приковано к Балканам и данная платформа стабильности на Кавказе не нашла достаточной поддержки и, соответственно не была реализована.
Развитие событий в последнее время показало, что подобная Платформа стабильности необходима не только на Балканах, но и на Южном Кавказе и даже на Ближнем Востоке. Сразу после окончания пятидневного вооруженного конфликта данная идея могла привлечь внимание, но с течением времени, когда жизнь в регионе стала входить в нормальное русло - продвижение идеи Платформы стабильности стало более затруднительным. Кроме того, очевидно, что трехсторонняя личная встреча премьер-министра Реджеп Тайип Эрдогана с президентами Российской Федерации Дмитрием Медведевым и Грузии Михаилом Саакашвили практически невозможна на данный момент, что не способствует налаживанию подобной Платформы стабильности.
После вооруженного конфликта в регионе возник новый баланс и каждая страна по вопросу данной Платформы стабильности имеет собственное мнение и различный подход к проблеме безопасности в Закавказье.
Российская Федерация поддерживает эту идею Пакта стабильности, ожидания России от введения в действие данной Платформы стабильности не совпадают с ожиданиями Грузии. России настаивает на включение Абхазии и Южной Осетии в данную Платформу. В свою очередь, Турция, Грузия и Азербайджан в рамках этой Платформы на первый план выдвигают принцип территориальной целостности государств. С другой стороны, после пятидневного конфликта в Закавказье Россия, играющую ведущую роль и имеющая значительные преимущества по сравнению с другими конкурентами в регионе не желает ограничивать себя, заключая подобный Пакт стабильности.
Грузия рассматривает данную Платформу в рамках обеспечения своей территориальной целостности. Кроме того, Грузия считает, что Платформа стабильности, предложенная Турцией и не предполагающая участие Соединенных Штатов, не соответствует ее интересам, поскольку исключает ее важнейшего союзника, коими являются США. Грузия негативно отнеслась к нейтралитету Турции во время последнего конфликта, в то время как российский президент Дмитрий Медведев высказал признательность Эрдогану за нейтральную позицию Турции в ходе конфликта. Неслучайно после конфликта Грузия обратилась за посредничеством к ЕС. а не к Турции.
Азербайджан и Армения также имеют разные ожидания в рамках этой платформы и удовлетворить эти ожидания, по крайней мере, в краткосрочной перспективе не представляется возможным.
Со времени выдвижения проекта "Платформы сотрудничества и стабильности на Кавказе" прошло более года. Первыми усилиями по продвижению "Платформы сотрудничества и стабильности на Кавказе" (ПССК) является организация первой из пяти встреч представителей заинтересованных стран в Хельсинки. В первом заседании ПССК, проведенном в рамках 16-го заседания Совета министров ОБСЕ, приняли участие заместитель советника главы МИД Турции Ахмед Унал Чевикоз, а также заместители министров иностранных дел России, Грузии, Армении и Азербайджана. На совещании был разработан проект документа, в который включил принципы, цели и механизмы ПССК. Тем не менее после данной встречи в вопросе продвижения ПССК дальнейшего прогресса не было достигнуто. Естественно, в рамках такого проблемного региона, каким является Закавказье, создание многосторонней организации является сложной проблемой. Еще одной причиной довольно холодного отношения некоторых стран к проекту ПССК является то, что данное предложение поступило от Турции и не было в достаточной степени поддержано Западом.
Конечно, то, что предложение по ПССК выдвинула Турция, не является единственной причиной неспособности дальнейшего продвижения данного проекта, недостаточная проработка базы для ПССК и спешка в ее реализации сразу же после завершения вооруженного противостояния являются одними из основных причин. Наличие различных ожиданий стран, имеющих интересы в регионе, также является важной дилеммой. И, конечно, стоит отметить, что для создания Платформы стабильности в таком проблематичном регионе один год является довольно коротким сроком. Пример почти 20-летней истории создания Организации Черноморского экономического сотрудничества, которая до сих пор не действует в полной мере, свидетельствует о том, что скорая реализация проекта "Платформы стабильности и сотрудничества на Кавказе" и быстрое решение региональных проблем, имеющих глубокие исторические корни, невозможны.
Возникает вопрос - хватит ли терпения для решения региональных проблем? Какая система способна предотвратить перерастание замороженных конфликтов в открытое вооруженное противостояние и решить существующие проблемы в Закавказье? Таким образом, основной вопрос - необходимость дискуссии на данную тему и выдвижение новых проектов по решению проблем региона.
В настоящий момент мы наблюдаем в регионе начало нового процесса. После смены руководства в Соединенных Штатах и прихода Барака Обамы, который в отличии от администрацией Буша, не является сторонником идеи "Большого Ближнего Востока" и проводит более реалистичную политику, каких изменения могу произойти в регионе?
Во-первых, мы должны отметить, что Соединенные Штаты, после терактов 11 сентября вошедшие в Афганистан и не выполнив задачу по борьбе с терроризмом, взволили на себя миссию по свержению Саддама Хусейна и погрязли в иракских проблемах. США, вступившие в Ирак в рамках проекта Большого Ближнего Востока, превратили страну в рассадник терроризма в регионе. Очевидно было, что вторжение в Ирак не принесет США никакой пользы. В настоящее время США для возврата своего глобального господства вновь вернулись к проблеме Афганистана.
Центр тяжести внешней политики США переместился с Ближнего Востока в Южную Азию. С этим новым подходом регион Афганистана и Пакистана, так называемая Южная Азия обратил на себя внимание всего исламского мира. Говоря о "Проекте Южная Азия", мы считаем, что геополитический центр тяжести исламского мира сместился с классического Ближнего Востока в Южную Азию.
Глобальная держава, взявшая под контроль Южную Азию и Афганистан, в отличии от контроля Ирака получает следующие преимущества:
1. Возможность оказывать влияние на сверхдержаву будущего - Китай
2. Потенциал влияния на другую страну. в будущем державу - Индию
3. Соседство с единственной ядерной державой в исламском мире - Пакистаном, в будущем после ослабления центральной власти в Пакистане и его дробления - возможность установления контроля над его ядерными запасами
4. Полное окружение Ирана.
5. Установление контроля над Центральной Азией и другими регионами, входящими в интересы России.
Конечно, эти результаты могут быть преувеличены, но в настоящее время есть основания верить в правильность подобных расчетов. Не следует, правда, забывать, что протяжении своей истории Афганистан был "кладбищем империй".
В настоящее время, в отличие от Ирака, по причине давления общественного мнения поддержка западных стран коалиционных сил в Афганистане быстро падает, в отличие от Ирака, соседние с Афганистаном страны хотят от коалиционных сил ведения более успешной борьбы с терроризмом. Если не победить терроризм в Афганистане, он продолжит оказывать негативное влияние на ситуацию в Пакистане, Кашмире, Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая, Центральной Азии, Кавказа и Турции.
Наполеон, говоря, что "ключ политики государств - в их географии", подчеркнул очень важный факт. Для успеха в Южной Азии требуются регионы, от куда можно получать помощь и поддержку. Одним из главных таких регионов является Черное море, Кавказ и Центральная Азия. В первую очередь требуется обеспечить безопасность на данных территориях. Но каким образом?
На наш взгляд, в будущем для обеспечения безопасности в регионе Черного моря и Кавказа более эффективными по сравнению с региональными инициативами, подобными "Платформе сотрудничества и стабильности на Кавказе" являются двусторонние и многосторонние неальянсные инициативы. В рамках данного тезиса реализация Турцией политики "нулевых проблем" с соседними странами " может рассматриваться как удачный пример. Объединение стран региона и стран, имеющих интересы в регионе, на базе единой платформы представляется невыполнимым в силу специфики проблем на Кавказе, имеющих глубокие исторические и этнические корни. Поэтому представляется более действенным и эффективным решением проблем по развитию двусторонних отношений подход на основе развития региональных общественных связей.
Синан Оган - президент Турецкий центр международных отношений и стратегического анализа (ТЮРКСАМ)