«США заинтересованы разорвать экономические контакты России и Германии»
Особое значение для будущего Европы всегда имели российско-немецкие отношения, и, несмотря на период охлаждения, контакты между Россией и Германией на уровне публичной дипломатии, молодежных обменов и бизнеса продолжаются. Немецкий политик Андреас Маурер, член парламентов города Квакенбрюка, области Артленд и региона земли Оснабрюк, председатель фракции «Левых» во всех трех парламентах, неоднократно посещавший российский Крым в составе различных делегаций, поделился своим мнением о том, что происходит между нашими народами и правительствами в контексте мировой политики.
— Андреас, после триумфа Трампа мы были полны оптимизма, что в Европе тоже произойдут позитивные изменения и партии, выступающие против истеблишмента, придут к власти. Но то, как Трамп повел себя на деле, и поражение Марин Ле Пен на французских президентских выборах омрачило эти надежды. Как вы думаете, что будет происходить на европейской политической сцене в ближайшее время?
— Я всегда говорил, что нужно не спешить с прогнозами. Дональд Трамп демонстрирует непредсказуемое поведение. Несмотря на то, что Трамп находится на посту президента уже более 100 дней — этот срок называют определяющим, сами американцы и даже так называемые эксперты не знают, чего от него ждать. Могу сказать точно лишь одно: в случае победы Хиллари Клинтон все было бы гораздо хуже, ни Россия, ни Европа, ни США не оказались бы в выигрыше, а сейчас все же есть шанс на разрядку.
Если говорить о Европе, то я как представитель Левой партии Германии несколько ограничен в высказываниях, некоторые члены моей партии даже радовались проигрышу Ле Пен. Все же выражу уверенность, что у Ле Пен есть шанс взять реванш на парламентских выборах, «Национальный фронт» будет лидировать, поэтому говорить о провале правых сил преждевременно. При этом в Европе набирают силы и левые партии. Думаю, что Европу ждут большие потрясения, в том числе связанные с новым президентом Франции Франсуа Макроном, который хочет радикально изменить политику ЕС, и многое здесь зависит от того, насколько Германия и другие менее крупные страны, такие как Польша и страны Прибалтики, будут поддерживать его политику. Думаю, игра еще не окончена, и исход выборов, которые пройдут в европейских странах в предстоящие месяцы, будет очень интересным.
— Давайте сосредоточимся на Германии. Как вы думаете, какие перспективы у партии «Альтернатива для Германии» и «Левых» на парламентских выборах? Каким может быть расклад сил в обновленном бундестаге? Останется ли Ангела Меркель канцлером Германии?
— Я всегда говорил о том, какую большую роль играют левые и правые партии: если они набирают силу, то правящая коалиция вынуждена менять свою политику. Почему сейчас теряет рейтинг «Альтернатива для Германии» — это связано и с тем, что в партии происходят внутренние разборки, но, главным образом, дело в колоссальных изменениях политики правящих партий в отношении единой Европы, миграционного вопроса. Несколько лет назад никто и предположить не мог, что от Меркель прозвучат критические замечания в отношении ЕС. Сейчас программы АДГ и христианских демократов практически ничего не разделяет, может быть, лишь разница в формулировках. Ангела Меркель уже демонстрировала возможность разворота на 180 градусов, полагаю, она останется на посту канцлера, а Мартину Шульцу, которого прочат на место ее преемника, будет очень тяжело убедить избирателей, что теперь он не тот политик, что раньше.
Мой прогноз: количество голосов избирателей, отданных за «Альтернативу для Германии», будет в пределах 10 процентов, моя Левая партия наберет тоже в пределах 10 процентов, и согласно опросам наши рейтинги, в отличие от рейтингов АДГ, демонстрируют стабильность. В парламент вернется и Свободная демократическая партия (СвДП). Считаю, это будет хороший результат для Германии. Парламент будет намного интереснее, и у оппозиции будет возможность менять политику больших партий, так как они должны будут принимать мнение и справа, и слева.
— Актуально ли, по-вашему мнению, разделение на левых и правых? Сейчас принадлежность к идеологии уже не имеет такого значения, как раньше, условно мир разделился на глобалистов и сторонников национального суверенитета. Соприкасаются ли взгляды вас и ваших правых коллег?
— Да, это постоянно происходит в ходе частных бесед, дискуссий и обсуждений, нам постоянно приходится поддерживать друг друга по вопросам НАТО, глобализации, отношения к России, крупным партиям. Есть вопросы, по которым с точки зрения здравомыслящего человека нет разногласий. Не могу сказать, что мы можем вместе работать, но общее направление у нас верное.
В конце апреля я был на Ялтинском форуме, где общался с одним политиком из Японии. Мы очень долго увлеченно разговаривали о глобальной политике, и уже в конце нашей беседы были крайне удивлены узнать друг о друге, что я представитель Левой партии, а он — правой консервативной. Мы говорили не как представители разных лагерей, а как люди, которые одинаково озабочены напряженностью в мире. И этот человек — он был уже в годах — сказал очень мудрую вещь: «Когда есть цель достигнуть вершины, очень хорошо, если к ней идут люди слева и справа».
— У России и Германии исторически особые отношения, однако в наших отношениях произошло охлаждение на фоне украинского кризиса, как мы можем восстановить наши отношения — при помощи СМИ, культурного и молодежного обмена, публичной дипломатии, а, может быть, будущее за энергетикой и бизнес-связями?
Это очень важный вопрос, который очень часто задают сегодня. В ситуации, когда проблему тяжело решить на уровне большой политики, — конечно, на первый план выходит публичная, или как ее еще называют народная дипломатия. В истории России она всегда играла и играет большую роль, и МИД РФ очень ценит это направление. Народная дипломатия — это может быть как работа больших общественных организацией, так и инициатива двух немецких студентов, которые решили провести каникулы в Крыму. Огромное количество контактов между молодежными структурами в России и Германии доказывает, что нас объединяет гораздо больше, чем разъединяет. И уже четыре раза я был в Крыму в составе различных делегаций. В первый раз это была группа из 60 человек, среди которых были общественники, бизнесмены и просто любопытные люди. Прошел уже год с первой поездки, и мы до сих пор в контакте с жителями Крыма, которых повстречали. И после каждого такого визита приходят сотни писем с благодарностью, с интересом к происходящему сейчас с нами. В Крыму коренные немцы были удивлены проявленным по отношению к ним гостеприимством и уважением, хотя мы знаем, что с Крымом связан непростой период в истории русско-немецких отношений, столько солдат погибло здесь и с той, и с другой стороны. И все это говорит об очень большом потенциале совместного российско-германского будущего. И, конечно, особая роль у бизнеса. Он всегда ищет возможность заработать и не хочет отказываться от выгодных контактов. Несмотря на напряженную ситуацию, в самолетах «Аэрофлота», следующих из Германии в Москву, всегда заполнен бизнес-класс. Владимир Путин, выступая в Сочи после встречи с Ангелой Меркель, отметил, что товарооборот с Германией за январь — февраль этого года вырос на 40%. И я уверен, что эта тенденция будет только нарастать.
— А что думают о санкциях простые жители немецких регионов, ваши избиратели и вы лично? Как санкции и контрсанкции повлияли на ваш регион?
Это очень важный вопрос. Как известно, местная политика делает интернациональную политику. Буквально накануне у нас было заседание, поводом для которого стало решение большого концерна Müller Milch, производящего продукты питания, о закрытии своих заводов на территории нашего региона и переносе их в Польшу. Причина — до ввода антироссийских санкций 25−30% продукции шло в Россию, теперь этот рынок свернулся. Таким образом, через два года 1500 высококвалифицированных рабочих мест будут сокращены. В нашем регионе очень много людей занято в сельском хозяйстве, и это серьезный удар по нашей экономике. И это касается не только нашего региона, в соседнем городе крупный производитель сельскохозяйственной техники компания Claas, также работающая на российский рынок, закрыла завод и, чтобы обойти санкции, строит филиал в Тульской области. В результате выиграла Россия, у вас теперь появятся хорошо оплачиваемые рабочие места. Если я ранее высказывал предположение, что в первую очередь от санкций страдают не россияне, а мы, немцы, оно вызывало сомнения, то сейчас уже не требуются доказательств. На место европейских производителей и предпринимателей приходят другие, как местные, так и из США и Китая.
Поэтому санкции — это ключевой вопрос для предвыборной кампании в Германии, правящим партиям все сложнее это скрывать, что в закрытиях заводов в регионах виноват Берлин, и тяжело объяснить своим избирателям, что из-за Минских соглашений нужно принести такую жертву. И надо добавить, что для большинства европейцев вопрос Крыма и вопрос санкций уже не стоят рядом, как было раньше.
— Сегодня активно обсуждают идею единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока. Как эту идею воспринимают в Германии?
Немецкие бизнес-круги воспринимают эту идею исключительно позитивно. Это залог будущего развития, гарантия появления большого количества рабочих мест в России и Европе, возможность противостоять конкуренции Индии и Китая. Это и удар по экономике Соединенных Штатов Америки. Не просто так США заинтересованы в том, чтобы разорвать экономические контакты России и Германии, которые до последнего времени находились на очень высоком уровне.
В России мы видим потенциал природных ископаемых, мой отец, который был геологом и работал в Казахстане, всегда говорил, что в СССР это самая лучшая профессия, потому что можешь копнуть где угодно и обязательно что-нибудь найдешь. При этом он всегда подчеркивал, что Россия должна перейти на высокотехнологичное производство, потому что, скажем, обработанный высокотехнологичным способом лес стоит в разы дороже, чем не обработанный. Я также считаю, что России нужно инвестировать в высокие технологии и охрану окружающей среды, особенно в Крыму, чтобы сохранить это уникальный регион. Во время своих поездок в Россию я рассказывал, как у себя в Квакенбрюке мы решаем вопросы, например, связанные с питьевой водой, и другие подобные. Их можно решать глобально, а можно начинать и на местном уровне — мы так и делаем, не дожидаясь решений из центра. Сейчас у меня три приглашения в регионы Российской Федерации.
Главное, что нужно понять, что русские и немцы могли бы обмениваться опытом. Нам есть чему поучиться друг у друга, и это принесет нам точно больше пользы, чем вреда.
- Андрей Белоусов поздравил военнослужащих и ветеранов с Днём танкиста
- Супертайфун «Яги» разрушил крышу стадиона перед концертом Канье Уэста
- Режиссёр Педро Альмодовар получил главный приз Венецианского кинофестиваля
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков