Несмотря на системные и уже продолжительные сложности в экономике, Турция на удивление не сдает влияния в геополитическом и военном аспекте. Показательный пример — Сирия. В разгар кризиса лиры и инфляции Анкара чуть ли не в одиночку смогла сменить власть в Дамаске и из группы влияния «меньшинства» превратилась в доминирующую силу в арабской стране. Недавно правительство Реджепа Тайипа Эрдогана развило успех, заставив разоружиться и расформироваться главную для себя причину интервенций — курдские «Отряды народной самообороны» (YPG).

Иван Шилов ИА Регнум

Турция активно продвигает свое влияние на всех направлениях. Это и Ливия, и Сомали, и Средняя Азия, и Южный Кавказ. На европейском направлении главной опорой Турции выступают Балканы, где Анкара умудряется дружить как с албанцами и косоварами, мусульманами Боснии, так и с их противниками в Белграде. Для Балкан Турция выступает как центром распространения ислама, так и экономическим партнером. «Турецкий поток», который работает через интерконнекторы в Сербии, Румынии, Венгрии, стал ключевым источником энергобезопасности региона, особенно в свете антироссийских санкций.

Если говорить про остальную Европу, то, не считая вышедшую из ЕС Великобританию, являющуюся традиционным союзником Турции, она с малыми исключениями в лице, например, Виктора Орбана, вошедшего в Организацию тюркских государств, была враждебна администрации Эрдогана. Из Брюсселя, Парижа и Берлина постоянно сыпались обвинения в нарушении прав человека и критика военной активности Турции в Ливии, Сирии, на Кипре и других направлениях. Греция и Кипр, как члены ЕС, создавали препятствия для нормализации отношений, расширения таможенного соглашения, не говоря уже про вступление в ЕС.

Однако с возвращением к власти Дональда Трампа Турция превратилась в привилегированного партнера ЕС. В свете сомнений в американских гарантиях и непредсказуемости Трампа Брюссель вместе с Лондоном всеми силами пытается интегрировать Турцию в будущую европейскую систему безопасности. После того как США и Россия встретились в первый раз в Эр-Рияде и европейцы усмотрели в этом предательство ЕС, Эрдогана пригласили на саммит лидеров ЕС в Лондоне в начале марта 2025 года. Туда поехал министр иностранных дел Хакан Фидан и поддержал тезис о том, что европейская безопасность без Турции немыслима.

В дальнейшем контакты турок и европейцев активизировались. Так, в октябре в Анкару на поклон к Эрдогану приехали премьер Британии Кир Стармер и канцлер ФРГ Фридрих Мерц. Второй, наконец, одобрил поставки Турции истребителей Eurofighter, а первый привез их с собой. Одним из самых надежных партнеров Турции в ЕС выступают Италия и Польша. Варшава устами Дональда Туска открыто поддержала вступление Турции в ЕС, а итальянский премьер Джорджа Мелони поспособствовала подписанию оборонного контракта между Baykar и Leonardo в разработке БПЛА. Министр обороны Турции Яшар Гюлер начал участвовать в заседаниях с коллегами по ЕС.

Европа хочет втянуть Турцию в свою оборону и при помощи нее закрывать тылы, которые образуются в случае возможного вывода войск США из Старого Света. Трамп и госсекретарь США Марко Рубио на последних встречах в Давосе и Мюнхене четко дали понять нахлебникам из Европы, что им пора самим взять в свои руки собственную оборону. ЕС не устает трубить о том, что Россия планирует атаковать его в ближайшие 3–5 лет. Поэтому Турции отводится роль щита.

Турция потакает пожеланиям и надеждам европейцев. Так на днях ее ВС отправили беспилотники для участия в военных учениях НАТО Steadfast Dart 2026 на Балтике. Общее число развернутых военных составило 10 тысяч. Анкара задействовала БПЛА Bayraktar-TB3 (дальность полета 2000 км), вылетавшие с палубы десантного корабля TCG Anadolu. Поразившие цели на море беспилотники отработали миссии в «суровых зимних условиях» Балтики.

Пресс-секретарь Объединенного командования сил НАТО в Брюнссуме Маттиас Бёнке похвастался тем, что Турция внесла «наибольший вклад» в эти учения. Состав турецкой делегации действительно внушительный: оперативная группа составила 1500 человек. Вдобавок к десантному судну на Балтике появились судно Derya, фрегаты TCG İstanbul и TCG Oruçreis. Последнее гремело в новостях в начале 2020-х, когда сопровождало разведку месторождений газа на шельфе Кипра, вызывая неприязнь у Парижа, Афин и Никосии.

Судя по тому, что все страны Прибалтики — члены НАТО, нетрудно догадаться, против кого отрабатывались маневры. Турция, в отличие от партнеров по НАТО, о российской угрозе не говорит. Главком ВМС Эрджюмент Татлыоглу не исключение. Цель участия своих ВС он объяснил «демонстрацией возможности проецирования силы на большие расстояния в рамках союзнического сотрудничества» и «интеграцией беспилотных систем в десантные операции».

Анализируя специфику турецкой внешней политики, нетрудно догадаться, что в ней нет какой-то преданности и солидарности евроатлантической безопасности. Тем более что НАТО уже много раз доказывало свою дружбу Турции, когда критиковало ее действия против РПК в Сирии, укрывало путчистов и отошло в сторону во время конфликта России и Турции из-за Су-24. Так что Анкара будет играть на страхах и стимулах ЕС и других стран НАТО, чтобы монетизировать собственную прибыль. Чем вылеты «байрактаров» на Балтике не очередная их реклама с целью расширить рынки сбыта в Европе?

Но вот будет ли Турция ради Европы участвовать в реальном бою ЕС и России или участвовать в аресте российского флота на Балтике, рискуя многомиллиардной торговлей, атомными электростанциями и драгоценными поставками нефти и газа — вопрос риторический.

Так что ключевое слово в заявлении Татлыоглу — это «проецирование силы на большие расстояния». Амбиции Турции в условиях глобального противостояния и глобальной конкуренции растут. Чем сильнее будет турецкое оружие, тем легче будет продвигать геополитические интересы. Понимающее эту простую истину руководство в Анкаре тем и занимается, что наращивает и модернизирует свои вооружения.

Так, сразу после учений НАТО Эрдоган дал понять, что его страна, которая уже самостоятельно производит БПЛА, танки, ракеты, корабли и вертолеты, нацелена на строительство авианосцев. Надо сказать, не у каждой страны в мире есть в наличии эти «плавучие аэродромы». Имея авианосцы, конечно, ты не становишься автоматически великой державой. Пример — Таиланд и частично Италия. Но Турция хочет обладать всеми ее атрибутами. Иначе заявление Эрдогана «без нас не решается ни одна проблема в мире» выглядит популизмом.

Из не достающих атрибутов можно отметить также мощную экономику, сильную валюту, место в Совбезе ООН и наличие ядерного оружия. С валютой и экономикой у Анкары дела идут неважно. Но вот про пересмотр состава Совбеза ООН Эрдоган говорит уже очень давно. С ядерным оружием турецкое правительство не так смело. Но в феврале Фидан впервые допустил возможность ядерной гонки на Ближнем Востоке, если США подтолкнут Иран к получению ОМУ. Пока Турция, как и Европа, полагается скорее на натовский ядерный шит. Однако если Анкара собирается вывести американские боеголовки с авиабазы Инджирлик, то заменить их можно будет только собственными.

Ядерное оружие — вопрос далекой перспективы, авианосцы — среднесрочный проект. На ближайшую перспективу более реализуемый и ожидаемый проект в сфере ВПК — это истребители. Турецкая компания TAI построила уже второй прототип суперсовременного истребителя KAAN пятого поколения. Эти самолеты рассматриваются в качестве альтернативы F-35, которые США не стали производить вместе с Турцией из-за ее покупки российских систем ПВО С-400.

Модифицированные KAAN короче первой версии на 20 м и расширены посредине, чтобы в них поместилось больше ракет. На заводе уже стоят три готовых образца, первые полеты запланированы на май–июнь 2026 года. Серийный же выпуск состоится через три года. Как и F-35, в KAAN заложены стелс-технологии (невидимость).

Несмотря на дружелюбие администрации Трампа, США не нравится, что ВПК Турции становится самостоятельным. Конгресс всё еще не разрешает выдавать лицензии на поставку двигателей General Electric. Фидан уже жаловался на это. Мало того что США тормозят производства KAAN, так они еще и мешают его будущему экспорту. Белый дом уже потребовал объяснений от Саудовской Аравии за намерение приобрести турецкие аналоги F-35.

Одним словом, пока в информационной повестке преобладают новости про милитаризацию Европы, Турция занимается тем же самым. Анкара однозначно нацелена выйти за рамки региональной державы и будет пытаться нарастить свое влияние в Центральной Африке, Средиземноморье, на Каспии и в районе Персидского залива. А осилить все эти задачи без авианосцев, истребителей, бомбардировщиков будет крайне сложно.