Влад Богов: Мифы "древней" Латвии
Почему все сегодняшние попытки интеграции нацменьшинств в Латвии терпят крах? Кто же в том виноват, и что делать? Исторический экскурс в проблему может многое прояснить...
Самое лучшее для политиков - иметь в подчинении невежественное и темное общество, ибо "серыми" массами легче управлять. Главным инструментом оболванивания народа всегда служила политическая пропаганда. Для этого достаточно собрать определенную группу людей, наделить их некоторыми полномочиями и дать неограниченный доступ к средствам массовой информации.
Активную позицию в собственной исключительности Латвийское государство заняло в 1934 году после майского переворота. Если до этого о латышской национальной составляющей писалось по собственной инициативе издателей, то с 1934 года формула "латыш превыше всего" получила господдержку. Принцип "унижая других, мысленно возвеличиваем себя" заработал в полную силу.
Абырвалг!
После обретения Латвией независимости "де факто" в ноябре 1918 года постепенно начинает проступать национальная составляющая. Отныне титульной нацией стала латышская, которая едва начала формировать свою интеллигентную составляющую в конце XIX века. Однако при этом момент ее "возвышения" пришелся на очень удачный исторический момент - развал сразу двух империй - Российской и Германской. В этом безвременье, где два соседних общества оказались враждующими и оба же побежденными, наметился определенный вектор отношения к ним внутри новой страны.
Начало 1920-х годов - расцвет самолюбования латышей через собственную призму многозначительности. В газетах начинают публиковать статьи с откровенной ненавистью к остальным народностям, населяющим Латвию: евреям, русским, немцам. Чтобы не быть голословным, приведу слова очевидца из газеты "Сегодня" 1921 года: "Можно указать на вопиющее отношение к беженцам национальных меньшинств в режицком карантине, на оскорбления национального чувства, с которыми каждый день приходится встречаться на улицах, в вагоне, в трамвае, на постепенно утверждающуюся и регулярно вырывающуюся наружу психологию массовой нетерпимости к меньшинствам, создающуюся невиданной ни в одной культурной стране газетной кампаний против меньшинств". На эти выпады неоднократно на своих страницах отвечали авторы газеты "Сегодня". Надо сказать, газета "Сегодня" никогда не позволяла себе резких выпадов ни на одну местную общину и со стоическим терпением сносила все обиды от латышской. При этом любая попытка примириться с латышской общиной воспринималась последней в штыки. Существовало такое же, как и сегодня, титульное кредо: "Все, что бы ни делали нацменьшинства, - это уже изначально плохо".
Показателен один пример. В 1928 году в Ригу на гастроли приехал хор донских казаков. Выступление проходило в Национальной опере. В Риге хор дал два концерта. Оба раза зал был переполнен. После завершения гастролей вся латышская пресса выступила единым фронтом с очернением этого известного всей тогдашней Европе хора казаков. Плохо было все. Газета "Latvis", например, признавала, что и поют, вроде, хорошо, и танцуют, да вот изъян есть - это же казаки! А раз казаки, то на ум приходят события 1905 года, когда казачьи сотни наводили порядок в бунтовавших селениях. По заключительному признанию редакции, это - все же бездарное выступление и "пощечина латышскому обществу". Газета "Pēdējā brīdī" была в неописуемом восторге от того, что данное мероприятие не посетил ни один высокопоставленный чиновник и тем самым "не осрамили латышское общество". Тем не менее, на выступлениях присутствовали несколько министров и высшие военные чиновники.
Такое поведение - типичная психология толпы, которая чувствует свою безнаказанность. И "национально думающие" газеты вовремя подбрасывали нужные "дровишки" для разогрева костра межнациональной розни. Кстати, в 1929 году значительно возрос процент разводов на национальной почве. Отныне зазорным среди чиновников считалось иметь жену "не той" национальности.
Уж мы их душили, душили...
С 1935 года по заданию Ульманиса начинает создаваться "исторический багаж" латышского народа. Для этого весной 1936 года был создан Латвийский институт истории. Отныне считается "правильной" латышская история Латвии. Остальные народы тут оказались "случайно" и некстати. Латышскую историю, по откровениям газеты "Rīts" за 1936 год, необходимо написать вопреки "чужеродцам, ничтожному меньшинству, которые не желают допустить существования латышского мнения и трактовки национальной истории". Изучение истории свелось к "выгодному и нужному ракурсу национального самосознания".
Вскоре во всех газетах начинают появляться публикации на исторические темы, где подробно и доходчиво объяснялась история латышей и их исключительный вклад в развитие местного края. В чем заключался общий посыл статей "для народа", догадаться нетрудно. Сегодня после прочтения этих "исторических трудов" возникает ощущение, будто еще древние греки и римляне не брезговали брать консультации у маленького, но гордого народа, живущего на берегу далекой Даугавы.
С 1936 года начинают избавляться от немецкого облика города. Сносят целые рижские кварталы в погоне за строительством "латышской Риги". Апогей безумной радости наступает 15 декабря 1939 года - в этот день отплыл последний пароход с немецкими репатриантами. Радости латышей не было предела. Все газеты с облегчением вздохнули и провозгласили Латвию "свободной от немцев". Наконец-то, "760-летняя война латышей с Черным рыцарем завершилась".
Еще через два года те же патриоты объявят Латвию "юден фрай"... Однако между этими двумя событиями произойдет много чего существенного. За это время Латвия успеет сменить двух хозяев. Остановимся тут подробнее. Летом 1941 года началась Великая Отечественная война. В июле того же года Ригу оккупируют немецкие войска. Сразу же повсеместно начинается эпоха "освобождения" от большевизма, т.е. предыдущего хозяина Латвии с 1940 года. В ход пошел проверенный и беспроигрышный метод - активная пропаганда.
Уже в первый день немецкой оккупации, 1 июля, вышла газета "Tēvija", где подробно расписывались новые враги латышского народа - евреи и коммунисты. Зерна ненависти упали на благодатную почву, благо опыт у населения борьбы с неугодными меньшинствами был накоплен достаточный. Чем это обернулось для евреев, рассказывать не нужно - их просто не стало. Теперь нам о них напоминают лишь мемориалы в Бикерниеки и Румбуле.
Но с последствием всех описанных выше событий мы сталкиваемся и сегодня. Основу нынешним взаимоотношениям двух оставшихся крупных общин - латышской и русской заложили в своей пропаганде гитлеровцы еще в 1941 году. Для этой цели немцами был выбран публицист Артурс Кродерс, активный агитатор за латышскую Латвию при Ульманисе. Теперь из-под его пера вылетают пасквили в адрес "жидов и коммунистов". А после ему в помощь добавили и Паула Ковалевскиса.
Под его началом в 1942 году немецкая пропаганда выпустит книгу под названием "Baigais gads", в которой демонстративно покажет "зверства советских оккупантов" за год их присутствия в Латвии. Ко всему прочему, книга вызывающе пропагандировала антисемитизм. В том же 1942 году нацистами был выпущен псевдодокументальный фильм "о зверствах большевиков" в Латвии - "Красный туман". Фильм "о зверствах" был сфабрикован на Рижской киностудии. Затем одни и те же "доказательства" с соответствующими субтитрами и закадровой речью демонстрировался в Латвии, Литве и Эстонии, выдавая события на экране за местную хронику.
По своей сути эти тексты и факты не были русофобскими, главным образом они настраивали публику против большевизма и всего советского. Под теми же идеями борьбы с большевиками создался латышский легион СС в 1943 году. Во многом его идейная составляющая послужила решающим фактором, в пользу которого делал свой выбор доброволец. Когда осенью 1944 года пришел момент немцам освободить оккупированные территории Латвии, здесь повсеместно пропаганда призывала латышей бороться с большевизмом за независимость Латвии. Естественно, о действительном факте получения независимости Латвией "после победы Германии" не было и речи. Однако пропаганда сделала свое черное дело. Все эти "героические" защитники "независимости" в конце 1944 года "эвакуировались" спешно на Запад, унеся с собой "заветы Фюрера" и мечты о свободной Латвии. Все это потом активно использовалось и терпеливо взращивалось ими на Западе в течение долгих 50-и лет. И вот момент настал в 1991 году. Латвия волею судеб снова обрела независимость. Тут же сюда со своими "бесценными" советами полезли бывшие защитники независимости Латвии под флагом Фюрера. Что из этого вышло, можете сами видеть. Их метод "Ничто не сплачивает нацию, как наличие врага" значительно поспособствовал "единению". Благо "врагов" у Латвии хватало - внешний - Россия, и внутренний - русскоязычные. Идеи национальной исключительности вновь расцвели пышным цветом.
То, что "заветы Фюрера" еще живы и востребованы на государственном уровне в Латвии и сегодня, доказывает факт существования таких исторических поделок как переизданная книга "Baigais gads" в 1997 году, снятые в 2000 году художественный фильм "Baiga vasara" и в 2008 году псевдоисторический фильм "Soviet story", где читателю и зрителю предлагают лежалый товар гитлеровской пропаганды. Единственно, поскольку СССР уже нет и в помине, современные поделки несколько подкорректированы и имеют ярко выраженный русофобский характер. Вся эта псевдоисторическая мишура активно поддерживается руководящей верхушкой Латвии.
Опыты дружбы народов
Быть может, кто-то полагает, что за многолетний перерыв в национальном самосознании латышей что-то изменилось? И они таки "возлюбили ближнего"? За примерами далеко ходить не надо. Практически любое действие местных национальных общин латышскими изданиями попросту игнорируется или подается в заведомо искаженном виде. Возьмите любую латышскую газету за 10 мая. Узнаете о себе много нового. Абсолютно негативное и удивительное национальное единодушие неизменно прослеживается в оценке празднований 9 Мая у памятника Освободителям.
В своем большинстве латышские масс-медиа игнорируют приглашения на общественно-культурные мероприятия русскоязычного сообщества. Но это им нисколько не мешает давать негативную оценку тем самым событиям.
Латышские историки на приглашения от русскоязычных организаторов конференций шарахаются, как от ладана. Видимо, у них нет времени, обсуждать иные точки зрения на историю, ведь так необходимо писать исключительную историю Латвии с точки зрения национальной идентичности. Кстати, последнее творение "этой идентичности" вышло летом 2010 года - "История Латвии". Свой отзыв на "произведение" мы с коллегой опубликовали той же осенью (см. "История Латвии: от фантазии до анекдота").
Сегодня существует проект т.н. "интеграции" нацменьшинств в латышскую среду на базе государственного латышского языка. Для тех, кто не знаком с нынешней ситуацией, поясню: госязык - наше все. Это универсальное мерило всего - профессионализма, лояльности, таланта, чести, совести и пр. Но пусть, раз интеграция, так интеграция, черт с ней. Лично я владею латышским языком. Дальше-то что? А дальше, видимо, я должен всецело и безрассудно поддерживать шовинизм и возненавидеть своих соседей. Я должен презирать все русское и слепо поклоняться латышскому гению. Ведь это С ИХ точки зрения и есть лояльность и патриотизм. История, к сожалению, доказывает это.
Но у меня есть другое предложение. Может, сперва латышскому обществу, которое призывает меня интегрироваться, надо стать не "латышским", а всего-навсего человеческим? Глядишь, туда и другие потянутся...
Справедливости ради замечу, что на бытовом уровне все совершенно иначе. И это уже дает шанс на то, что в конечном итоге нам удастся искоренить шовинизм в этих пока несмыкаемых половинках общества...
- Супертайфун «Яги» разрушил крышу стадиона перед концертом Канье Уэста
- В бундестаге спросили, знали ли власти ФРГ о планах подрыва «Севпотоков»
- Хуситы заявили об уничтожении американского беспилотника MQ-9 Reaper
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков