Вашингтон ищет новый формат отношений с Москвой
Когда президент США Дональд Трамп в своем выступлении перед рабочими промышленных предприятий в Огайо заявил, что американские войска «очень скоро» покинут Сирию, это вызвало заметное недоумение не только в государственном департаменте, Пентагоне и ЦРУ, но и среди некоторых американских союзников на Ближнем Востоке.
«Мы потратили на Ближнем Востоке семь триллионов долларов. И знаете, что мы за это получили? Ничего, — говорил Трамп. — Очень скоро мы уйдем. Мы возьмем под контроль 100% территории так называемого халифата и сделаем это быстро. Мы покинем Сирию очень скоро. Пусть теперь о ней заботятся другие». Как стало известно Reuters, свое заявление Трамп предварительно обсуждал с очень узким кругом неназванных советников, доводы которых оказались для него более убедительными, нежели слова тех, кто убеждал президента в необходимости оставить силы США в Сирии в небольшом количестве, по крайней мере, на пару лет, «чтобы убедиться в успехе борьбы с боевиками и не дать Сирии фактически превратиться в постоянную иранскую базу». На наш взгляд, таким образом Трамп начал избирательную кампанию в связи с предстоящими осенью промежуточными выборами в конгресс с расчетом изменить там соотношение сил в свою пользу. Не исключено, что к этому моменту Вашингтон объявит о своей громкой победе над ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и скоро начнет подготовку общественного мнения к восприятию возможной новой политики на Ближнем Востоке.
Действительно, как недавно заявляли американские генералы, «сейчас ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) контролирует примерно 5% территории от площади, захваченной им два года назад в Сирии и Ираке». Они также считают, что джихадисты больше не в состоянии удерживать занимаемые ими территории и города и обречены на поражение. Они готовятся к переходу к партизанской войне. В такой ситуации вывести из Сирии две тысячи американских спецназовцев не представляет для Пентагона никакой технической проблемы. Сложность для Трампа в другом. Его политические оппоненты в конгрессе сразу почувствовали, что политика Вашингтона на ближневосточном направлении может приобрести новые очертания, связанные с постепенным сокращением военного присутствия в этом регионе тогда, когда в качестве «главного врага» обозначен Иран. Не случайно в начале следующей недели в Белом доме должно состояться специальное заседание совета национальной безопасности, на котором будет рассматриваться президентская инициатива.
Как сообщает в этой связи американское издание The Wall Street Journal, Пентагон будет придерживаться точки зрения, согласно которой ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) сохраняет еще потенциал для борьбы и поэтому американские войска должны остаться в регионе «как минимум в течение нескольких лет». К тому же наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Сальман Аль Сауд во время недавнего визита в США выступил с призывом к Трампу «не выводить войска из Сирии». Член сенатского комитета по вооруженным силам республиканец Линдси Грэм предостерег президента от вывода американских войск из Сирии, заявив, что это приведет к восстановлению позиций ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «усилит влияние Ирана на сирийское правительство в Дамаске». По его словам, «это будет наихудшим решением, которое может принять президент» потому, что «война между Турцией и курдами выйдет из-под контроля, и вы отдадите Дамаск иранцам без американского присутствия».
Как видим, политических оппонентов Трампа беспокоят не столько проблемы урегулирования в Сирии, сколько усиление там влияния Тегерана. В начале 2018 года в западных СМИ был опубликован план «Шаги по разделу Сирии», подготовленный политиками, занимавшими высокие посты в правительствах пяти стран, и некоторыми специалистами по Ближнему Востоку. Среди них называют американца Дэвида Саттерфилда, в прошлом старшего советника Кондолизы Райс, британца Хьюджа Клири, француза Жерома Боннафонта и других. Они предложили разделить Сирию по оси восток-запад с рекой Евфрат в качестве одной из границ между зонами влияния Москвы и Вашингтона. В их намерения входит задача убедить спецпредставителя ООН Стеффана де Мистуру принять новую политическую структуру Сирии, предполагающую раздел страны на курдо-суннитскую, арабо-суннитскую и арабо-алавитскую зоны. А новому госсекретарю США Майку Помпео «заняться практической реализацией операции по изгнанию Ирана из Сирии, подтолкнуть Турцию к войне с Сирией».
В некоторой степени этот сценарий коррелируется с альтернативным планом действий Вашингтона на тот случай, если США выйдут из ядерной сделки с Ираном. В этой связи директор госдепартамента по планированию стратегии Брайан Хук сообщил, что Вашингтон ведет переговоры на эту тему с Лондоном, Парижем и Берлином и готовит сценарий действий, который оценивает не только то, выполняет ли Тегеран условия договора, но и международную политику исламской республики в целом. И что же теперь, все коту под хвост? Интересно, что в конце прошлого года глава МИД России Сергей Лавров заявлял, что «американские силы должны покинуть территорию Сирии после полной ликвидации террористов в стране», и удивлялся словам главы Пентагона Джеймса Мэттиса о намерении США остаться в Сирии до «достижения прогресса в политическом урегулировании». Теперь, после заявления Трампа о намерении вывести войска из Сирии российский министр говорит, что «это показывают его приверженность обещаниям уйти из республики после победы над ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)».
Говоря объективно, в такое пока трудно верится. Хотя израильское издание Haaretz считает, что, «возможно, мы наблюдаем интереснейший пошаговый политический переворот со времен холодной войны. Посол США в России Джон Хантсман в интервью «Голосу Америки» определил новую ситуацию так: «Прекращение сотрудничества с Москвой по таким вопросам, как стратегическая стабильность и контроль над вооружениями, также было бы крайне безответственным решением. Среди проблем, которые необходимо решить, установление мира и стабильности на Ближнем Востоке, например, в Сирии, где в непрекращающуюся войну вовлекается все больше участников; там стоит вопрос о прекращении конфликта и о последующем создании правительства. Давайте создадим формат, который позволит нам говорить о сферах, где наши интересы совпадают и где мы способны объединить усилия и наладить диалог, невзирая на проблемы». Действительно, если Трамп отказывается от идеи распада Сирии, это должно привести и к изменению его политики в отношении Ирана.
Что это будет означать — падение влияния США в регионе или формирование новой политики в регионе, иначе сочетающей ресурсы и стратегию? Судить пока рано. Ясно пока только то, что Трамп решил изменить тактику действий в отношении всех участников ближневосточной игры. Но Россия в США воспринимается уже не просто как ситуационный противовес американцам, а как вернувшийся в регион большой игрок. Возможно, сейчас в повестку дня будет вводиться вопрос о создании на Ближнем Востоке новой архитектуры безопасности с учетом стремления США сократить свои «расходы» в этом регионе, но так, чтобы не утратить свои интересы, а потом уже думать о союзниках или партнерах. Как бы то ни было, регион вновь втягивается в турбулентность с неопределенными перспективами. Будем ждать, что дальше.
- Супертайфун «Яги» разрушил крышу стадиона перед концертом Канье Уэста
- В бундестаге спросили, знали ли власти ФРГ о планах подрыва «Севпотоков»
- Хуситы заявили об уничтожении американского беспилотника MQ-9 Reaper
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков