Ужасный конец истории «измов»
Знаменитый американский философ, политолог и политический экономист японского происхождения Ёсихиро Фукуяма прославился в 1992 году изданием книги «Конец истории и последний человек». В которой он утверждал, что в перспективе либеральная демократия приведет людей к абсолютному равенству в правах и возможностях в самореализации, национальные государства исчезнут вместе с войнами и человечество, образно говоря, станет похожим на большую стаю птиц в свободном полете. Наступит конец истории. Ученые мира, изучавшие до этого разнообразие всяких «измов» — капитализма, социализма, коммунизма, анархизма, конструктивизма и прочих — ахнули в изумлении от неожиданной и смелой мысли.
Книгу перевели на 20 языков. Об ученом и его доктрине заговорил весь научный мир. Но профессор Фукуяма в течение последующих 25 лет постоянно вносил коррективы в свою теорию и не раз менял свои взгляды на будущее человечества от правых неоконсервативных, до либерально-демократических. Но это уже никого не удивляло. Ученый, как и все общественные науки, колебался вместе с политическими тенденциями и заказами. А зря. Человек разумный без надежд на будущее просто животное. Вера в будущее определяет наше настоящее.
Коммунизм и либерализм на свалке истории
Если империализм — высшая стадия капитализма, то коммунизм, являясь продуктом раннего либерализма, — высшая стадия либеральной демократии. Что же у них общего? Во-первых, в основе учений заложена высокоразвитая материально-техническая база. Или базис общественной формации. Во-вторых, конечная цель — полное удовлетворение потребностей. Вот только пути достижения цели на практике, а не в теории, разные.
Коммунисты в переходный период, названный социализмом, не допускали эксплуатацию человека человеком и общенациональный доход распределяли по труду. Современные либеральные демократы такими вопросами себя не обременяют и считают, что двигателем общественного развития являются свободный рынок и потребительская идеология. Издержки властного субъективизма одинаково ущербные там и там.
Мы еще помним главную цель коммунистического строительства, провозглашенную его теоретиками. Индустриальное развитие производства и общества настолько повысит производительность труда, что материальные блага польются, как из рога изобилия. И тогда будет осуществлен коммунистический принцип распределения «От каждого — по способности, каждому — по потребности». У человека появится много свободного времени для реализации своих талантов и удовлетворения духовных потребностей. Войн не будет.
Со своей стороны профессор Фукуяма утверждал, что либеральная демократия достигнет такого совершенства и все люди станут настолько свободными, что они не будут стремиться к превосходству над другими людьми. Агрессия исчезнет, как способ выживания за счет других. Государства с их политикой исчезнут, как орудие достижения превосходства одной нации над другой — в этом не будет необходимости. Кстати, коммунисты тоже говорили об отмирании государства, позаимствовав этот тезис у анархистов.
Русский по происхождению философ Питирим Сорокин еще в 30-е годы выдвигал свою доктрину о конвергенции (слиянии) в мировой экономике двух политических систем, иначе человечество может погибнуть. То есть, он тоже видел некую общую цель демократий в развитии человеческого общества и у него были единомышленники среди западных ученых. Но идея конвергенции оказалась утопией, приманкой в капкане, судя по результатам «нового мышления» Горбачева и «перезагрузки» отношений между Россией и Западом.
Всё дело в том, что идиллические теории несовместимы с рыночной природой экономических отношений, основа которых уже давно не определяется товарным производством и балансом спроса и предложения, то есть реальной экономикой, а диктуют эти отношения банки-ростовщики, финансовая и фондовая спекуляция. Деньги сегодня это не звонкая монета и шелестящие купюры. Деньги — это цифры на счетах в банковских электронных базах данных. Наступила эра монетаризма и деньги управляют обществом,. Хотя они по-прежнему сохраняют функцию платежного средства, но очень с неустойчивой покупательной способностью. Контролировать их оборот в банковских и биржевых сетях любому государству практически невозможно. Но деньги уже контролируют государство.
Нынешний мировой кризис — это кризис финансовый, кризис перепроизводства невостребованных денег. Деньги сами давно стали товаром и продаются под ссудный процент кредиторами-ростовщиками, что вызывает рост цен и инфляцию, а это в свою очередь подстегивает рост процентных ставок и парализует производство, реальную экономику, потребление, приводит к росту необеспеченной денежной массы на банковских счетах или «финансовых пузырей».
Ростовщики и спекулянты наживаются за счет денежного круговорота и заинтересованы напрямую в росте потребления, насаждении потребительской идеологии. Они стремятся к монополии и диктату цен, к завышению ссудного процента, потому что монополия и спекуляция — две стороны одной медали. Деньги делают из воздуха. И вот как бы вдруг оборот финансового капитала затормозился. За кредиты стало нечем платить, потому что упали доходы потребителей. Кризис денег наступил из-за кризиса потребления.
Международное разделение труда привело к тому, что национальный финансовый капитал стал расти не только за счет внутреннего оборота, а вышел на международные рынки, конкурируя за свое мировое господство. Возникли транснациональные финансовые картели и финансовые империи, для которых не существует понятия национальных (государственных) интересов. С этим столкнулся националист Дональд Трамп, формально возглавивший администрацию финансовой империи, но не ставший ее императором. В такой роли он не первый и не последний.
Ростовщики и спекулянты — непримиримые враги не только коммунизма, но и либеральной демократии в её классическом проявлении. Они за глобализм — вселенскую власть денег. Они не могут позволить финансовые расходы на социальные нужды или другие общественные траты, если эти финансы могут быть ими присвоены и пущены в коммерческий оборот. Именно под их интересы проводится всякого рода «оптимизация» пенсионной системы, здравоохранения, образования, коммунального хозяйства, помощи бедным. В этом вся суть мира денег — они воспроизводят сами себя, отправляя коммунизм и либерализм на свалку.
Методы «оптимизации» постоянно совершенствуются по мере научно-технического прогресса. Поэтому Ёсихиро Фукуяма написал еще несколько книг, согласуя свою теорию с практикой последних десятилетий. Не благие намерения меняют мир, а технологии и деньги.
Оцифрованное общество
В последние двадцать лет в нашем языке появились новые популярные термины, связанные с цифровыми технологиями. Всё началось с изобретения цифровых процессоров и технологий, с помощью которых стала возможной цифровая форма передачи информации в каналах связи, её обработка и хранение в электронных базах данных. Развитие вычислительной техники привело к созданию множества информационных сетей с общим и закрытым доступом. Сегодня вряд ли найдется человек, который не пользовался бы мобильным телефоном, айфоном или смартфоном, компьютером, цифровым фотоаппаратом или видеокамерой, банковской кредитной карточкой. Многие освоили сетевые услуги Интернета. Но это было только начало.
Сегодня уже говорят о цифровом правительстве, цифровой экономике, неких «ресурсах» (сленговое) учета населения в виде баз данных, цифровой индустрии, цифровом обществе и даже о цифровой медицине. Разобраться в этом неподготовленному человеку достаточно сложно. Все эти термины появились тогда, когда цифровые технологии стали применять в административно-управленческой и производственной практике.
Например, в экономике и производстве давно используются статистические данные в цифрах, алгоритмы выработки управленческих решений и постановки задач с результатами в цифрах. Всю эту работу могут выполнять компьютеры по заданному алгоритму в замкнутом цикле от получения и обработки статистических данных до управления роботизированными предприятиями.
Производительность современных вычислительных центров позволяет вести учет всего населения Земли с точностью до отдельного человека по многим показателям от рождения до смерти. Причем, это можно делать без участия самого человека. Для этого достаточно вживить в его тело специальный чип — микропроцессор с исходными данными и датчиками. Чип заменяет и биометрический паспорт, и кредитную карточку, и медицинский полис с медицинской картой, и трудовую книжку, и водительское удостоверение. То есть, по сути, это полная цифровая модель человека. Все данные могут по необходимости считываться с чипа автоматически и храниться в любой базе данных, например, банка или полицейского участка.
Но и это еще не всё. Каждый человек имеет свой уникальный генетический код — природную цифровую биологическуюя модель. Современная генная инженерия позволяет вмешиваться в этот код и корректировать его таким образом, чтобы у человека формировалась определенная направленность характера, интересов, мотивация действий. Другими словами, человека можно превратить в биоробота, в некий элемент биоресурса, называемого человеческим стадом. В гитлеровской Германии и Японии в лабораториях уже пытались создать генетических рабов для обслуживания высшей расы. Теперь это стало возможным.
Таким образом, компьютерам можно поручить не только управление экономикой и производством, но и репродукцию населения нужного качества и в необходимом количестве. Само общество будет поделено на биологические классы по предназначению — высшая каста и биороботы потребители. Каждый класс будет удовлетворен своим состоянием, потому что это закладывается генетически. Компьютеры будут отбраковывать людей по критериям целесообразности и «оптимизировать» общество, удаляя выбракованных в мир иной.
Вся эта система дополнится манипуляцией сознанием. Компьютеры будут отслеживать всю переписку в сетях, анализировать её содержание и формировать соответствующие меры информационного и психологического воздействия на общество. Общество будет стабильным, ориентированным на потребление, а не на осмысление бытия.
Особо следует сказать о новых тенденциях в расселении людей, в организации их комфортного проживания. Согласно этой теории население будет селиться преимущественно в городских агломерациях с многоэтажной высотной застройкой, а число деревень, сёл и малых городов будет сокращаться. Так выгодней экономически, если сравнивать затраты на ЖКХ и рекреацию трудовых ресурсов. На удаленных предприятиях работа будет организована по вахтовому методу. Но главное в том, что в городах-казармах оцифровать общество гораздо проще и дешевле, чем в сельской местности. Потребление в городах значительно выше. К тому же селяне склонны объединяться в самоуправляемые общины.
Цифровые биохимические технологии уже сегодня позволяют производить с минимальными трудозатратами искусственные заменители продовольствия и выращивать генномодифицированные сельскохозяйственные культуры, животных. Такие фермы уже существуют. Продуктивных животных давно оцифровали.
В будущих ресторанах поваров на кухне заменят компьютеры, оснащенные специальными многомерными принтерами для распечатки блюд на любой вкус по заказу. Ингредиенты такой пищи будут производить в любом количестве роботизированные предприятия. В знаменитых ресторанах «Макдональдс» похожие технологии хорошо освоены.
Как вы уже догадались, высшую касту такого общества будут представлять те, кто владеет деньгами — главным инструментом и ресурсом власти — и кто жестко контролирует денежные потоки. Собственно, это будут не деньги в нашем понимании, а цифры, записанные в индивидуальный чип и в базы данных. Эти цифры станут критерием оценки ресурсов и потенциала потребления, без которого деньги даже в такой форме теряют всякий смысл. Не важно, как они будут называться — долларами, евро, биткоинами.
Скажете, фантазия больного воображения? Такие проекты уже разработаны, некоторые технологии применяются на практике или находятся в готовности к внедрению.
Выдающийся русский мыслитель Александр Александрович Зиновьев образно сравнил общество потребления с трубой, в один конец которой всасываются природные и общественные ресурсы, а из другого конца извергается мусор. Население мира быстро растет и растет потребление ресурсов, перерабатываемых в мусор, а вместе с этим растет масса денег, поощряя рост потребления.
Идеология и вера в цифровом обществе
Замечательный исследователь русского общества Геннадий Федорович Хохряков считал, что религия и/или идеология представляют собой своеобразную карту, по которой гражданин ориентируется в сложных общественных отношениях, выбирая свой сугубо индивидуальный путь личной самореализации. Без этой карты человек может не состояться как личность. Без ориентиров его человеческое Я не способно ощущать причастность к общественному МЫ, а общество заимообразно теряет способность влиять на личность.
В перестройку нас лишили идеологии конституционным законом. Религиозное сознание подавлено воинствующим атеизмом советского прошлого и в большой степени представляется не верой, а суевериями, искаженным толкованием догматов веры и религиозной морали. Национальной консолидирующей идеи тоже пока нет. Так что же осталось из ориентиров в бурном море общественной жизни? Шпаргалки «передовой западной цивилизации»? Почему же другие цивилизации не в счёт? По причине бедности и колониального прошлого?
Все мировые религии, как и многие фундаментальные и прикладные науки, получили своё начало из глубин истории восточных цивилизаций. Ни буддизм, ни христианство, ни ислам изначально не проповедовали насилие, как волю высших сил. В их основе было заложено человеколюбие и веротерпимость. Религиозную вражду породила борьба за власть и господство одних правителей над другими.
Став достоянием европейской цивилизации, христианство — религия любви и заповедной морали — было поставлено на службу светской власти и распалось на несколько враждующих между собой ветвей, отражая интересы правящих классов. Ислам — религия мира и благоденствия — также распался на непримиримые течения, в чем немалую роль сыграл мнимо христианский Запад в период колонизации Востока. Под западным влиянием ислам стал перерождаться в исламизм — политический экстремизм, используемый в наше время Западом в своих политических целях, в завоевании мирового господства западным финансовым капиталом.
Как ни покажется это странным, но идеи экуменизма впервые появились тоже на Востоке в раннем средневековье и сопровождали расцвет арабского Халифата. Коранический принцип равенства Ахль аль-Киттаб (народов Библии) признавал единого бога Аллаха (у арабов христиан тоже Аллах) и допускал браки мусульман с иудеями и христианами, любые торговые сделки между ними, предписывал мирное сосуществование в городах и общей деятельности. Колонизация Востока европейцами нарушила этот принцип культом силы и расового превосходства.
Современное экуменическое движение контролируется Западом, где действуют десятки международных экуменических христианских организаций различного толка. Есть и суперэкуменизм (религиозный плюрализм) — американское движение за унификацию не только христианских конфессий (экуменизм), но и всех существующих в мире религий. Суперэкуменисты провозглашают мировые религии носителями общечеловеческих ценностей. Как говорится, с этим не поспоришь. Но за верными словами кроется всё та же идея мирового человеческого стада с единым пастырем (американским?). Против такого стада выступают представители большинства традиционных конфессий мира, в том числе и православных церквей.
Идеология потребительства признает ценными только свои ценности. Разрушение нравственных ценностей в общественном сознании ведется под флагом построения правового государства, в котором права граждан определяются самим государством и не могут быть оспорены даже в суде. Потому что суд не может судить не по праву, а только в соответствии с процессуальными законами. Поэтому нравственные нормы в суде ничтожны, если они не закреплены правовыми нормами.
Потребительская идеология привела к такому явлению, как конструирование и формирование новых религий и сект. Они тоже направлены на разрушение традиционных нравственных ценностей, на подмену их новой моралью.
Разрушаются и основы самоидентификации личности. Прежде всего, удар наносится по историческому сознанию, национальной культуре и мировоззренческим ориентирам гражданина и общества. Делается это целенаправленно посредством государственных институтов, системы образования, учреждений культуры, СМИ и НКО. Хотя часто и неосознанно в силу дурной моды,
Чтобы сформировалось индифферентное и легко управляемое общество-ресурс, занятое исключительно потреблением и накоплением денег, исторические знания должны быть минимальными и нейтральными, не побуждающими к патриотическим чувствам и протестным настроениям, осознанному отношению к общественным проблемам. Исторические герои вытесняются образами для зависти и подражания им в потреблении. Сама история препарируется и выхолащивается, фальсифицируется. В этом контексте действительно наступает конец истории.
В культуре и искусстве, как её части, обществу навязываются западные шаблоны. В театрах, на выставках, в кино навязчиво пропагандируют «современное искусство», где мрак души продюсеров, галеристов или художников выдается за высокий уровень их творчества. В России это творчество оплачивается начальством от культуры в виде траншей из бюджета. И не сметь их критиковать! Художники легко ранимые люди, берегите сокровище и достояние нации!
Россия со своими ресурсами и военным потенциалом тормозит процессы глобализации, традиционно следуя православным и исламским ценностям в их изначальном, древнем понимании. Этого ей не могут простить американские неоконсерваторы и европейские либеральные демократы — поборники потребительства и рыночной монетаристской экономики. Россия встала на пути глобалистов и поэтому они назвали её «раковой опухолью мирового сообщества, которую надо удалить хирургически». Нашим либералам очень нравится это выражение. Им нравятся западные либерально-демократические ценности. Они готовы к оцифровке людского стада, попирающего мораль ради порочного права.
Оптимисты не так давно стали говорить, что Россия встаёт с колен после перестройки с ускорением. Пессимисты в это не верят под впечатлением нескончаемых истеричных ток-шоу на телеэкранах. А реалисты считают, что не может Россия встать с колен, потому что её снова поставили на голову в эпоху радикальных перемен.
- В Узбекистан вернули 14 детей, оставшихся в России без попечения родителей
- Андрей Белоусов поздравил военнослужащих и ветеранов с Днём танкиста
- Режиссёр Педро Альмодовар получил главный приз Венецианского кинофестиваля
- Брат-близнец фигуранта дела «Крокуса» служил в армии РФ и работает в РЖД
- В России растёт число индустриальных парков