На Украине стартует летняя вступительная кампания, и количество желающих пройти национальные мультимедийные тесты потрясает. В нынешнем году заявки на участие подали около 355 тысяч абитуриентов.

ИА Регнум

Потрясение же происходит из сравнения: в середине нулевых украинские школы заканчивали порядка 630–670 тысяч человек и в отдельные вузы конкурс зашкаливал до 35 человек на место. А в целом сеть высших учебных заведений была рассчитана на 800 тысяч студентов.

Понятное дело, что и сейчас наиболее престижные университеты, такие как Киевский национальный университет им. Шевченко, Киевский медуниверситет им. А. Богомольца, Львовский университет им. И. Франко и Харьковский университет им. Каразина не останутся без учащихся. Тем не менее общая тенденция такова, что высшее образование в стране стремительно схлопывается как институт.

ИА Регнум прогнозировало это еще два года назад — тогда мы писали о сокращении государственных университетов, колледжей и институтов примерно вдвое и превращении учащейся молодежи в крепостных. Точнее, ее остатков.

Два года спустя тенденции налицо.

С 2023 года на Украине стартовал процесс объединения высших учебных заведений схожего или смежного профиля. По замыслу авторов реформы, это должно привести к увеличению числа студентов в каждом вузе, и тогда будет оправдано выделение на развитие и оборудование каждого объединенного заведения суммы порядка 1,5 млн долларов США.

В теории. Поскольку фактически таких средств в бюджете всё равно нет.

образование и наукаКонец эпохи просвещения. Украина отказывается от высшего образования

По словам заместителя министра образования Украины Михаила Винницкого, в 2024–2025 годах было объединено 20 вузов. В нынешнем году процесс продолжается — укрупняют вузы, где обучается менее 5 тысяч студентов. Только за весну 2026 года слили воедино Ужгородский и Мукачевский национальные университеты, запущен ряд других региональных реорганизаций, выливающийся прежде всего в ликвидацию филиалов.

Если в 2021 году сеть государственных и коммунальных университетов, академий и институтов составляла около 190 заведений, то уже сейчас на балансе осталось 116 (из которых 50 имеют статус национальных), и к 2030 году планируется сократить их количество до 100. Хотя планы эти формальные и оптимизацию диктует объективная реальность: абитуры нет, денег на платное обучение нет.

«Цифры показывают, что количество детей в младших школах обещает сложные времена для университетов на ближайшие 5–10 лет. Шанс выжить есть у тех, кто имеет прочный ценностный каркас, мощные научные школы, сильный кадровый состав и команду, которая работает как единый организм», — говорит ректор ХНУ им. Каразина Татьяна Кагановская.

И демографический спад не единственная причина надвигающегося кризиса. Народный депутат Ирина Борзова предупреждает, что переход на 12-летнюю систему образования с 1 сентября 2027 года может привести к тому, что в 2028–2029 годах университеты останутся практически без первокурсников.

Ну а сверху мечет молнии озабоченный вопросами экономии МОН.

Так, к примеру, в небольшом городке Умань механически слили воедино педагогический университет с аграрным, переименованным в национальный. «Наш центр педагогического образования не просто получает репутационные потери, но и двигается в направлении уничтожения большинства педагогических образовательных программ», — жаловался в министерство трудовой коллектив, но услышан не был.

Дня надежности ректора обвинили в растрате и уволили — чтобы не отсвечивал.

политикаПустые аудитории, кризис в бизнесе. Украина подводит итоги выезда молодёжи

В других случаях руководство университетов прибегает к судебным искам, а студенты выходят на массовые пикеты, блокируя процессы объединения.

Так случилось в Одесской юридической академии, которую планировали присоединить к Одесскому нацуниверситету им. Мечникова, и в Каменец-Подольском нацуниверситете (педагогическом), который хотели объединить с Подольским госуниверситетом (аграрно-техническим), но в итоге сделали это наоборот.

Сопротивляются даже виртуальные вузы, такие как «Таврический университет им. В. И. Вернадского», состоящий из группы сбежавших из Крыма преподавателей. Не желая растворяться в Киево-Могилянской академии, они задействовали свои связи во властных кабинетах.

В частности, в 2024 году в защиту вуза выступила тогда еще вице-премьер Ирина Верещук, что позволило всё притормозить.

Поскольку пока контора есть — имеется финансирование, есть должности, стаж, «научная работа». А в объединенных университетах предполагается новое руководство. Студенты же протестуют, опасаясь потери статуса «национальных», повышения платы за обучение и необходимости преодолевать большие расстояния между корпусами (как это происходит во Львове, где тоже слепили ветеринаров и природопользователей).

Но они — лишь инструмент в руках руководства, которое может направить «народный гнев».

Ведь ректоры, помимо официальных зарплат, имеют возможность работать по совместительству за рубежом и проводить под видом зарубежных поступлений доходы от различных «подработок»: взятки при поступлении, аренда или продажа университетского имущества, нецелевое использование государственных средств и грантов.

Сюда же в копилочку плата за обучение: в государственных учреждениях она достигла 50–60 тысяч гривен в год (100 тысяч рублей), хотя еще в 2023 году это было 23 тысячи. А в частных вузах цена превышает 80 тысяч гривен (135 тысяч рублей).

образование и наукаДети тьмы. Почему украинские школьники бегут из страны, но цепляются за неё

Кроме того, за годы войны сформировался появился еще один весьма важный источник дохода — плата за уклонение от мобилизации. Если в 2021 году на Украине насчитывалось 26 389 аспирантов, то уже к 2023 году их число выросло до 46 523.

Примечательно, что более 60% из них — мужчины в возрасте от 24 до 39 лет, то есть потенциальные «клиенты» ТЦК. Так что власти оперативно отреагировали — началась тотальная проверка учебных заведений, в результате которой число аспирантов сократилось к 2025 году до 14 тысяч.

То же самое касается обычных студентов. В прошлом году Госслужба качества образования Украины затеяла проверку очередных 50 колледжей и вузов. В этих учебных заведениях зафиксирован аномальный рост количества студентов старше 25 лет.

«Для понимания масштаба: на протяжении многих лет в украинских учебных заведениях стабильно обучалось около 30 тысяч студентов старше 25 лет. Это касалось всех форм — профессионального предвысшего образования, высшего, второго высшего, а также аспирантуры. Сейчас же таких студентов уже 250 тысяч. То есть мы говорим о том, что на 220 тысяч студентов увеличился контингент в условиях войны», — пояснял прессе глава ГСКО Руслан Гурак.

Руководство Классического частного университета в Запорожье обвинили в приеме на учебу около 3 тысяч мужчин призывного возраста без вступительных экзаменов. Стоимость такой «услуги» составляла 5 тысяч долларов, плюс оплата двух семестров (более 20 тысяч гривен — еще почти полтысячи «зелёных»). По предварительным оценкам, заработок организаторов этой схемы превысил 60 млн гривен (1,3 млн долларов).

Так что сокращение количества вузов для государства — это еще и отлов недостающего пушечного мяса для мобилизации.

Про какое-то качество учебы тут речь уже не идет. Как и про условия работы преподавателей. Зачастую педагогические коллективы трудятся за мизерную зарплату, выживая благодаря репетиторству и подработкам.

обществоСадок вишнёвый для индуса. На Украине началась обещанная замена населения

Собеседник ИА Регнум, сотрудник ЛНУ им. И. Франко, делится своей историей:

«Моя зарплата менее 11 тысяч гривен. Для понимания: курьеры имеют 20–25 тысяч. Громадная нагрузка, масса бумажной работы, очень часто сижу в университете до 20:00. По возможности пишу статьи в научные издания и плачу за них из своего кармана, по 1–2 тысячи гривен за единицу.

Держусь за место ради брони, но и то нам не дали контракт, работаем по специальному приказу ректора. Это значит, что есть бронь с сентября по июнь, а июль и август надо прятаться — или мобилизуют. Руководству финансово не выгодно подписывать контракты, ибо придется много платить военного сбора».

При этом ректор Львовского университета Роман Гладышевский задекларировал доходы в 16,2 млн гривен (29,2 млн рублей) и у него всё хорошо.

Чего не скажешь о детях, которые действительно хотели учиться.

Система грантов, призванная поддержать студентов, в 2025 году потерпела крах из-за общего дефицита бюджета. Вместо запланированных 3,5 млрд гривен было выделено лишь 363,2 млн.

Иногородним приходится решать жилищный вопрос, что сейчас стало крайне сложной задачей. Общежития переполнены, так как в них размещают беженцев, и, как правило, находятся в плачевном состоянии. Альтернатива — аренда квартиры, но даже «убитая» однушка на окраине Львова может стоить 8–10 тысяч гривен в месяц.

Боевые действия добавляют ущерба вузовской инфраструктуре: 153 здания получили повреждения, три уничтожены полностью. Государство планирует выделить до 500 млн гривен на восстановление, однако общая сумма необходимых средств превышает 1,2 млрд гривен, которых нет и не предвидится.

обществоЧемодан, вокзал, зараза: с мигрантами Украина открыла ворота для эпидемий

Но даже успешное завершение обучения не гарантирует светлого будущего. После получения диплома выпускники сталкиваются с ограниченными перспективами: призыв в ВСУ или работа за копейки в бюджетной сфере при полной неуверенности в завтрашнем дне.

Современная Украина испытывает потребность в рабочих специальностях — строителях, грузчиках, курьерах, дворниках, — но не в специалистах с высшим образованием. Тем более в области физики, биологии или инженерии.

Молодежь ищет возможности учиться за рубежом. Среди популярных направлений — Польша, Чехия, Словакия, Германия, США и Канада. По состоянию на прошлый год более 115 тысяч украинских студентов обучались за границей, причем свыше 46 тысяч выбрали Польшу.

Несмотря на высокую стоимость обучения, варьирующуюся в среднем от 20 до 50 тысяч долларов в год, для талантливых студентов существуют гранты. А успешное окончание зарубежных вузов зачастую открывает двери к высокооплачиваемой работе.

Единственный вариант для украинской системы высшего образования на ближайшее будущее — иностранные студенты из стран Азии и Африки.

«Сегодня украинцы, которые не могут работать из-за войны, из-за того, что прячутся от ТЦК, даже на стройке и на каких-то подрядных работах, их заменяют пакистанцы, индусы. Если эта тенденция будет нарастать (а это происходит), то мы через 30 лет утратим аутентичность из-за того, что тут на одного украинского школьника будет приходиться шесть индусских детей», — заявил в одном из интервью офицер командования штурмовых войск ВСУ Денис Ярославский.

Но, судя по всему, такой расклад всех устраивает: лишь бы они говорили не по-русски.