Этим летом в казахстанских СМИ небывалой популярностью пользовались две темы: эмиграция в Россию и нововведения при поступлении в высшие учебные заведения страны. В итоге они рассматривались и по отдельности, и вместе, формируя новую тему: образовательной миграции в Россию.

Казахстан

Насколько велика эта проблема? Приведем лишь два примера.

В 2010—2011 годах в России училось 30 699 казахстанских студентов (это каждый шестой из иностранных студентов в РФ), а в начале 2015−2016 учебного года их было уже 67 727 человек (или каждый четвертый среди иностранных студентов).

Читайте также: Миграция из Казахстана в Россию: сколько, кто и почему

В конце 2015−2016 учебного года казахстанцев было уже 73 455 человек. Сколько их будет в 2016—2017 учебном году, не знает никто — вполне возможно, их количество перевалит за 80 000 человек и составит треть от всех иностранных студентов в России.

Особенно образовательная миграция развита в северных областях Казахстана. По данным, которые озвучила руководитель управления образования акимата (администрации) Кустанайской области Батима Даумова, в 44 школах региона не было ни одного желающего сдавать Единое нацтестирование. В Лисаковске, Рудном каждый второй выпускник выбрал обучение в российских вузах, в Кустанае, Карабалыкском районе и в областной школе для одаренных детей «Озат» — каждый третий, каждый четвертый — в Федоровском районе. Всего не принимали участия в ЕНТ по причине поступления в вузы России 9,3% выпускников. Из них 60,6% — это отличники и хорошисты, то есть лучший интеллектуальный потенциал молодежи области.

На том же совещании аким (губернатор) Кустанайской области Архимед Мухамбетов призвал учитывать опыт Восточно-Казахстанской области (ВКО) в этом вопросе:

«В прошлом году из ВКО уехали поступать в российские вузы более 1000 выпускников. В этом году они снизили этот показатель на 30 процентов. За счет чего? За счет грантов, работы, индивидуальной беседы. Поэтому надо этот опыт перенимать. Заставлять никого не надо, но нужно показывать возможности казахстанской высшей школы», — отметил Архимед Мухамбетов.

По социологическим опросам 2016 года, которые провел Восточно-Казахстанский государственный технический университет имени Серикбаева, среди 1500 учащихся 10−11-х классов и 1200 родителей школьников половина планировала учиться за пределами Казахстана, четверть хотела остаться, а еще 25 процентов затруднились с ответом. 30% из тех, кто собирается уехать учиться, возвращаться не планировали. Еще 36% с ответом затруднились.

Основные причины решения обучаться за границей: больше возможностей для поступления на грант и трудоустройства по специальности, а также высокий уровень профессиональной подготовки.

Как сказал ректор ВКГТУ Жасулан Шаймарданов, в 2016 году в РФ на 800 тысяч выпускников выделялось более 580 тысяч бюджетных мест, для сравнения: в Казахстане обладателями образовательных грантов стали более 27 тысяч абитуриентов, это меньше половины тех, кто претендовал на бесплатное обучение. Из-за малого количества грантов их не получают даже круглые отличники. Проблема еще в том, что в России бюджетные места выделяются по регионам, а в Казахстане — по специальностям — в результате в Казахстане региональным вузам достается гораздо меньше грантов. Как подтверждение можно отметить, что в 2017 году КазНУ имени аль-Фараби получил 4100 грантов из 35 000, которые были распределены, причем большинство поступивших на эти гранты — это абитуриенты со знаком «Алтын белгi» (аналог золотой медали для школьников в России), а также победители международных и республиканских олимпиад.

Читайте также: Главный вуз Казахстана лидирует по числу выданных грантов на обучение

Казалось бы, есть логичный способ соревноваться с Россией — увеличить количество грантов, что министерство образования и науки и сделало: число бюджетных мест в бакалавриате выросло с 31 до 37 тысяч. Но и этот шаг подвергся критике. Как написал Женис Байхожа в своей статье «Почему министр Сагадиев продвигает интересы вузовского лобби?»:

«Неужели Сагадиев всерьез собирается конкурировать с Китаем и Россией посредством массового обучения молодежи в вузах и увеличения количества казахстанцев с дипломами? Ведь требуемый уровень конкурентоспособности может обеспечить лишь высокое качество подготовки специалистов. А с этой точки зрения мы безнадежно проигрываем большому южному соседу и намного — северному.

Причем ситуация с каждым годом только ухудшается. И прежде всего потому, что система высшего образования у нас перестала выполнять общественно полезную функцию поддержания и развития интеллектуального потенциала нации, превратившись в голимый бизнес. Хозяевам и руководителям вузов уже давно нет дела до качества обучения студентов и их последующего трудоустройства, главное для них — как можно больше заработать сейчас, сегодня.

Поэтому они активно проталкивают такие решения, как увеличение количества государственных образовательных грантов (ведь им тоже кое-что перепадет от бюджетного пирога), снижение проходного балла для зачисления в университеты (можно будет набрать больше студентов на платные отделения). И для них нынешний министр — по-настоящему свой человек».

И то верно. В своей статье «Ждет ли рынок труда казахстанских выпускников вузов?» приводились данные по трудоустройству: лишь один из шести выпускников казахстанских вузов находит работу сразу после окончания, и только один из 24 — по специальности.

Но в этом году главной проблемой стало изменение системы поступления. Вместо единого тестирования, которое было и выпускным из школы, и вступительным экзаменом в высшее учебное заведение, снова вернулись к двум экзаменам. Причем вернулись прямо в 2017 году. Хотя ректоры вузов предлагали, что объявленную в 2017 году реформу надо опробовать на выпускниках уже 2018 года — об этом сказал президент Ассоциации вузов, ректор университета «Туран» Рахман Алшанов в интервью. А ведь школьники с 9-го класса занимались уже в расчете на единое национальное тестирование: используют не учебники, а сразу пробники тестов и наборы фактов для тестов.

Эту систему казахстанский политолог Султанбек Султангалиев, который когда-то работал учителем в школе, характеризует так:

«Эта система приучает школьников к элементарному зазубриванию. Между тем такие жизненно необходимые навыки и умения, как понимание причинно-следственных связей, способность доходчиво и связно доносить свою мысль до собеседника (азы риторики), даже элементарная грамматика — все это в старших классах остается за бортом учебного процесса. Ведь все усилия направлены на подготовку к пяти предметам, вопросы по которым будут на ЕНТ.

Во втором полугодии каждого учебного года в практике многих школ становится нормой негласный пересмотр учебной нагрузки по дисциплинам. Например, в 11-х классах вместо НВП и физкультуры вводят уроки по необходимым на ЕНТ предметам. Об этом нарушении учебного плана прекрасно осведомлены все руководители на уровне районных, городских и областных управлений образования. Но они делают вид, что ничего не происходит. Объяснение этому простое: средний балл по итогам ЕНТ является важнейшим показателем при оценке качества работы как самой школы, так и вышестоящих органов образования, не говоря уже о рядовом учителе-предметнике».

Самый большой казус в замене тестирования на экзамен был связан именно с зазубриванием. Дело в том, что на вступительных экзаменах в 2017 году вместо простых тестов вставили математическую грамотность и грамотность чтения (что предполагает проверку умений сопоставлять, обобщать, сравнивать), а задания по профильным предметам сделали больше аналитическими, не ориентированными на знания фактов. Но школьники-то три года учились зубрить, а не понимать тексты. В итоге средний балл в 2017 году составил 80 из 140, а в 2016 году он был 80 из 120, то есть если раньше это было 66,7%, то сейчас — 57,1%. Фактически был грандиозный провал в показателях знаний школьников.

Более того, учтя результаты тестирования, министерство образования и науки снизило проходные баллы — если раньше по профильной дисциплине на грант надо было получить 15 баллов из 40, то теперь стало 5 баллов из 40. Если брать по пятибалльной шкале, если раньше проходной оценкой была двойка, то теперь стала единица.

После экзаменов началось распределение грантов. Сначала родители пошли протестовать к Дому министерств, где располагается министерство образования и науки, потому что их дети не получили гранты, несмотря на высокие баллы.

Читайте также: Родители недовольны распределением грантов в вузы Казахстана

Они не могли поступить даже на платные отделения вузов в Астане, потому что там все занято.

Читайте также: В Казахстане выпускники-отличники не могут поступить в столичные вузы

Министерство науки и образования выделило дополнительные гранты в размере 1500 единиц. Но часть абитуриентов не получила грантов все равно, несмотря на высокие баллы, потому что их отодвинули выпускники, получившие «Алтын белги» (аналог золотой медали), которые получили низкие баллы на экзамене.

Дополнительно скандал разразился с грантами на медицинские специальности — дело в том, что 220 обладателям знака «Алтын белги» приостановили выдачу сертификатов на гранты — по словам ректора Казахского национального медицинского университета имени Асфендиярова Талгата Нургожина, по приказу министерства. Дело в том, что в медицинских вузах Алма-Аты и Астаны нет такого количества мест, поэтому выпускникам предлагают места в других вузах — в областных центрах.

В результате этих скандалов и разбирательств дошло до следующей стадии — уполномоченный по правам человека Аскар Шакиров направил министру образования и науки Ерлану Сагадиеву обращение в связи непрозрачным распределением грантов. Он указывает в нем на неоднозначные комментарии уполномоченного органа по вопросу распределения образовательных грантов и на проблемы с распределением самих грантов. В связи с вышеизложенным, уполномоченный по правам человека считает, что отсутствие в таком социально-чувствительном вопросе скоординированных действий между центральными государственными органами вызывает негативное отношение в обществе ко всей системе образования в целом вне зависимости от того, в компетенцию какого государственного органа входит вопрос распределения образовательных грантов.

В данном контексте отмечена необходимость проведения анализа нормативно-правовой базы и соответствующей информационно-разъяснительной работы среди населения. При этом Аскар Шакиров призвал министерство образования и науки к корректному урегулированию поднимаемых вопросов, обеспечению прозрачности системы присуждения образовательных грантов с учетом всесторонних обстоятельств.

Неудивительно, если, учитывая все перипетии поступления в вузы 2017 года, на следующий год еще больше казахстанских школьников выберут для поступления российские вузы. И, положа руку на сердце, винить их за это нельзя.