Решение Зеленского «перенести войну вглубь России» вернулось сторицей: к концу лета 2026 года экономика стала главным фронтом.

ИА Регнум

После того как оказалось, что «в эту игру можно играть вдвоём», поражения портов, нефтебаз, складских мощностей, производств на территории Украины стали не разовыми акциями в рамках «ударов возмездия», а системной работой, ведущейся с прицелом на конечный результат.

И он не заставляет себя долго ждать.

Живущая преимущественно за чужой счет страна теряет последние возможности заработать на свое существование, теряет остатки инфраструктуры и становится непригодной для жизни. Власть уже пугает население «самой страшной зимой»

Киевский режим лишился последней валютной выручки, затруднен импорт топлива, большая часть которого идет на фронт, энергетика держится преимущественно за счет АЭС. Существенно «сокращенно» собственное украинское оружейное производство.

Тотальная война, которую буквально выпрашивает украинское руководство, станет страшным ударом для бизнеса и граждан, но никто пока не осмелился связать удары по российскими НПЗ и складам и ответные меры. Банковая распространяет «темник» о том, что нужно держаться до последнего — и в этом состоит победа, а границы 1991 года уже не цель.

Однако даже текущие итоги «украинского успеха» показывают, что прямой интерес большинства на Украине состоит как раз в том, чтобы остановить войну, сохранив хотя бы остатки государства.

Море на замке, ГОКи в ступоре

Со второй декады июля Россия перешла к систематическому пресечению судоходства в Чёрном море, через которое шло почти 90% украинского экспорта.

Уже свыше 70 ударов нанесено по объектам в портах, около 40 — по судам у причалов и до 20 в акватории. Украинское морское судоходство остановилось вместе с портами «Большой Одессы». Киев заметался в поисках обходных путей: Дунай, железная дорога, экспорт товаров через Румынию и Молдавию, с их перевалкой в Констанце, куда перешел даже датский Maersk.

Однако арифметика складывается не в пользу Украины: сухопутные и речные маршруты вместе способны пропустить максимум 3,7 млн тонн грузов в месяц и не могут полностью компенсировать шесть с лишним миллионов тонн утерянного экспорта морем.

Четыре из тринадцати зерновых терминалов Одесской области стоят. Страховка фрахта выросла в два-три раза.

Логистика Украины смещается в сторону Дуная, но заменить черноморские порты Измаил не способен, да и ВС РФ сконцентрировались на уничтожении стратегических мостов в Затоке и Маяках. Они являются узкими местами сухопутных транспортных артерий, ведущих дунайским портам. Плюс подпортило ситуацию временное обмеление Дуная, вызванное аномальной летней засухой.

Всё это мгновенно «просадило» сельское хозяйство — экспорт зерна упал на 75% в годовом исчислении. Зерно, которое некуда вывозить, рушит внутренние цены и переполняет хранилища. Впереди сев озимых, а денег на него нет и аграриев нет — по валютной выручке потери оцениваются в 2,5 млрд долларов к концу года, с ними не рассчитались.

Ещё сильнее российские атаки сказались на украинской металлургии.

Железную руду сухим путем не вывезешь, в первом полугодии 2026 года морем ушло 95% чугуна, половина стали и половина руды. После нанесения ударов, с начала августа, группа Ferrexpo остановила Полтавский ГОК.

Встала добыча на Южном ГОКе «Метинвеста». Сокращение на Объединённом ГОКе (Северном, Центральном и Ингулецком) в августе может достичь 30%. Одних железнодорожных перевозок продукции «Метинвеста» станет меньше на 1,3 млн тонн в месяц. Добыча руды может рухнуть на 40%.

Удар 11 августа по «Запорожстали», флагману империи украинского миллиардера Ахметова, обошелся ему в сумму около 3,7 млрд долларов выручки в год. Повреждены коксовые и доменные печи, производство остановлено.

Как заявляет президент «Укрметалургпрома» Александр Каленков, морская блокада, повышение тарифов «Укрзализныци» на 30%, высокая цена электричества и новые квоты ЕС создают эффект «идеального шторма», способного нанести сокрушительный удар по горно-металлургическому комплексу Украины и ее экономике в целом.

В совокупности все проблемы приводят к росту расходов на 80–90% только в пределах Украины, без учета дальнейшей логистики по Европе. А из-за морской блокады потери экспорта металлопродукции могут превысить 50% от текущих объемов.

Минагрополитики оценивает прямые потери агроэкспорта в 2026 году в 1,5-3 млрд долларов, недополученная прибыль по руде — 700–800 млн.

Нацбанк Украины насчитал минус 0,9% ВВП только от блокады портов — без учета простоя ГОКов, остановки «Запорожстали» и обвала внутренних цен на зерно. Восполнить такие деньги у страны-должника попросту нечем.

Охота на АЗС и угроза блэкаута

Пока сетевые патриоты радовались пылающим НПЗ в России, цены на топливо для украинских граждан пробили потолок.

«Ответ Москвы, как всегда, мелочен — она наносит удары по заправкам. В начале августа под удар попали заправочные комплексы компаний в Днепропетровской, Запорожской и Николаевской областях, а в ночь на 9 августа десятки дронов атаковали добывающие объекты «Укрнафты»,— сообщает грантовое издание «Экономическая правда» и тут же приводит масштаб «мелочевки».

По состоянию на начало августа зафиксировано 297 попаданий в 236 точках. В компании WOG, владеющей сетью собственных заправок, подсчитали, что полное восстановление одной станции обходится в 50–70 млн грн.

Но если украинская пропаганда делает акцент на том, что в масштабах страны уничтожено только 4% АЗС, то география показывает, что на первом этапе системно «выносится» логистика в прифронтовых регионах, связанная со снабжением ВСУ.

По словам депутата Харьковского облсовета Александра Скорика, «на сегодня все АЗС на трассе Харьков — Киев, а именно на участке от Харькова до Полтавы, полностью уничтожены».

В Полтавской области в Опошне и Котельве не осталось ни одной заправки, весь масштаб бедствия в регионе местные власти скрывают под предлогом секретности. В Сумской области уничтожено более 25% активной сети. В Тростянце из-за отсутствия стационарных АЗС розничную торговлю топливом вынужденно перевели на бензовозы.

В Никопольском районе Днепропетровской области атаками выведено из строя порядка 60% действующих станций, в Харькове сгорела половина. По всей видимости, приближается к показателю в 100% уничтожение АЗС в районе Краматорска, в нескольких районах Харьковской области и Херсонском районе Херсонской области.

После уничтожения крупных нефтебаз операторы отказываются накапливать горючее: любое хранилище становится мишенью, и топливо теперь отгружают «с колес», без накопления запаса прочности.

Эксперты в открытую заговорили об отметке в 100 гривен за литр бензина, а за год дизельное топливо на Украине подорожало почти на 34%.

Одновременно, как справедливо между делом упомянула ЭП, атакам подвергаются непосредственно объекты добычи, буровые площадки и газораспределительные станции группы «Нафтогаз» и компании «Укрнафта». Под систематическими ударами находятся газовые промыслы на востоке Харьковской области и цепочка распределения.

В конце июня — начале августа фиксировались уничтожения крупных газораспределительных станций (например, ГРС в районе н. п. Люцерна в Запорожской области, а также объекты в Сумской области). Целями комбинированных ракетных ударов неоднократно становились наземные технологические объекты Бильче-Волицко-Угерского ПХГ (Львовская область) — крупнейшего газохранилища в Европе.

Фиксировались прилеты по компрессорной станции «Сумская» и другим узлам, обеспечивающим давление в системе. А это, помимо дефицита газа как топлива, рождает следующую системную проблему — падение энергетики.

«Зимнее направление» российской армией отрабатывается по расписанию.

В ночь на 10 августа под удар попали Одесская ТЭЦ (по информации от местных жителей, попадание было по ее подстанции) и семь электроподстанций: пять на 330 киловольт и две на 110. И в результате комплексных мер зимой украинская энергосистема способна работать максимум на 60% от довоенной мощности, однако без подачи тепла в жилые дома.

При критическом, отрицательном сценарии (обстрелы энергосистемы и морозная зима), но сохранении работы АЭС максимальный дефицит электроэнергии на Украине будет составлять 5 ГВт. Что означает отключения света на 12-14 часов в сутки. В случае повреждений тепловой генерации и инфраструктуры — до суток.

Если же остановятся АЭС (для чего достаточно обрушить магистральные линии электропередачи), Украина окажется в полном блэкауте. Решать, останется у нее зимой свет или нет, будут в Москве.

Примерно то же самое можно сказать и о товарах первой необходимости.

На Украине повреждено 1,05 млн м² складских площадей, из которых около 750 000 м² в Киевской области. С полок магазинов массово исчезают молочные продукты, охлажденное мясо и рыба, детское питание и даже сигареты — в результате российских ударов пострадали мощности крупнейших производителей и распределительные центры Fozzy Group и Novus.

Заместить это прямой доставкой невозможно: около 75% поставщиков не располагают необходимым автопарком и персоналом, а сами магазины физически не в состоянии принимать сотни отдельных машин ежедневно.

Практическая демилитаризация

Поскольку производство оружия для нужд ВСУ и террористических атак СБУ и ГУР рассредоточено, тактика российской армии начала выстраиваться на ключевых узлах, без которых вся система не работает.

В ночь на 26 июля поражен киевский завод «Смарт интеллиджент систем», выпускавший корпуса, электронные компоненты, навигационные приборы, оптические системы и аккумуляторы для дронов средней и большой дальности.

Как позже написала The Guardian, предприятие принадлежало американской корпорации Terminal Autonomy, производившей помехоустойчивые высокоточные беспилотники именно для ударов по российской территории.

Той же ночью накрыли площадку сборки и хранения дронов на юго-западе Киева, где, по данным МО РФ, работали и иностранные специалисты.

Ночью 30 июля был нанесен массированный удар по основным местам производства: в Киеве это завод «Маяк» (комплектующие, боевые части, детонаторы и стартовые ускорители для ударных дронов типа FP‑1 и FP‑2); в Кривом Роге предприятие по производству безэкипажных катеров и БПЛА; во Львове и Ивано-Франковске цеха бортовой электроники и комплектующих; в Ровенской области химзавод, снабжавший ракетно-дроновую программу.

24 июля уничтожена площадка демонстрации дронов украинского и иностранного производства под Киевом, где собрались разработчики, производители и представители командования. По признанию украинской прокуратуры, там погибли десять человек и около ста получили ранения.

Логика понятна: выбивать не готовые аппараты, а компоненты и людей, без которых массовое производство работать не сможет.

Прилетело и по самому чувствительному для Киева: производству дальнобойных крылатых ракет «Фламинго» (FP‑5). Это не единый завод, а распределенная сеть подрядчиков, работающих на 83 площадках, которые и стали мишенью.

За лето связанные с «Фламинго» заводы становились целями восемь раз.

В частности, под удар попал завод «Запорожсталь», где производились металлические элементы для ракет, а заодно листовой прокат для бронетехники, фортификационные модули и пластины для бронежилетов.

Бьют и по тому, без чего ракета не полетит — по двигателям и топливу. Во Львове выведен из строя авиазавод, собиравший турбовентиляторные двигатели АИ‑25ТЛ, на которых «Фламинго» и должен был преодолевать свои три тысячи километров, а в Ровно поражены производства ракетного топлива.

Гендиректор Fire Point Ирина Терех признала, что выпуск этой компоненты приходится переносить аж в Данию.

Таким образом, складывается связная схема последовательного давления на все опоры разом: морская торговля, металл, топливо, энергетика, дроновые и ракетные цеха. Каждая опора уже дала трещину, и их нельзя залепить западными деньгами.

Крупные логистические и производственные комплексы восстанавливаются не за дни, а за месяцы и годы, которых у украинской экономики нет. Запас прочности исчерпывается. Счетчик тикает.

Если такие удары продолжатся, вопрос уже не в том, что можно придумать взамен, а в том, когда именно наступит коллапс. Ход событий определяется не удачными пиар-кейсами, а результатами на земле, и они складываются точно не в пользу Киева.