Русская сторона Луны: как мир признал появление моря Москвы
22 августа отмечается годовщина уникального события, вошедшего в историю освоения космоса. 65 лет назад Международный астрономический союз официально утвердил названия деталей обратной стороны Луны, которые сфотографировала советская исследовательская станция «Луна-3».
В течение тысяч лет обратная сторона Луны оставалась для человечества абсолютной загадкой. Из-за того, что период вращения Луны вокруг своей оси совпадает с периодом ее обращения вокруг Земли, с нашей планеты видна лишь одна ее половина.
Разгадать эту тайну стало возможным только с началом космической эры. Советский Союз всего через два года после запуска первого спутника сделал гигантский шаг в этом направлении.
Исследование единственного естественного спутника Земли приобретало еще и политическое значение. В условиях набирающей обороты космической гонки между СССР и США было важно первым успеть «застолбить» за собой право присвоить названия новым объектам. И ключевое событие случилось на временном отрезке между запуском первого искусственного спутника и полетом Юрия Гагарина.
Кошка принимает сигнал
4 октября 1959 года с космодрома Байконур стартовала ракета с автоматической станцией «Луна-3». Центр управления полетом отвечал за исполнение задания: аппарат должен был облететь Луну и сфотографировать ее невидимую с Земли сторону.
Съемка велась с использованием двух объективов с фокусными расстояниями 200 и 500 мм. Аппарат находился на расстоянии около 67 тысяч км от Луны. В кадр попала примерно половина ее поверхности, причем две трети полученных снимков приходились на обратную сторону.
Пленка проявлялась автоматически на борту станции. Полученные изображения «летели» в ЦУП с помощью фототелевизионной системы «Енисей», оснащенной камерой с бегущим лучом. Прием сигнала велся на временном пункте в Крыму (гора Кошка); дополнительный резервный пункт был развернут на Камчатке.
На Землю было передано 17 сканированных изображений, после чего связь с аппаратом прервалась. Спустя примерно полгода станция была штатно сведена с орбиты и разрушилась при входе в атмосферу вместе с бортовой аппаратурой и материалами съемки.
К удивлению ученых, обратная сторона оказалась более гладкой и имела меньше «лунных морей» (темных областей), чем видимая сторона. Качество переданных снимков ограничивалось высоким уровнем шумов при передаче данных, поэтому они не отличались высокой четкостью — но для 1959 года это было уникальное событие.
У полученных данных было не только научно-прикладное, но и международно-политическое значение. Первые снимки опубликовал печатный орган ЦК КПСС — газета «Правда» 27 октября 1959 года. Запад убедился в том, что «русские первыми увидели обратную сторону Луны».
Полученные фотографии дали Советскому Союзу непререкаемый приоритет в наименовании вновь открытых объектов на Луне по праву первооткрывателей.
«Наши звонкие дать имена»
Работу по изучению снимков и составлению карт поручили ведущим астрономическим центрам страны. В работу включились Институт имени Штернберга при МГУ, московский НИИ геодезии, аэросъемки и картографии, Пулковская обсерватория под Ленинградом и Харьковская обсерватория.
В итоге группой ученых под руководством Юрия Липского был составлен первый список названий — позже, в 1967-м, на основе этих и новых данных Липский подготовил подробнейший «Атлас обратной стороны Луны», первый в истории подобный труд.
Список названий утвердила специальная комиссия Академии наук СССР под председательством Мстислава Келдыша, в которую входили ключевые участники советского космического проекта, в том числе — главный конструктор Сергей Королёв и разработчик ракетных двигателей Валентин Глушко.
Исследователи отмечали: советские ученые не стали использовать появившуюся у них уникальную возможность в политических целях и не давали новооткрытым объектам имена классиков марксизма-ленинизма или действующих лидеров страны.
Но и в этом был политический смысл — идеологически нейтральные названия и закрепляли наш приоритет, и одновременно не могли вызвать возражения в астрономическом сообществе Соединенных Штатов или Западной Европы.
Кульминацией всей этой работы стало заседание XI Генеральной ассамблеи Международного астрономического союза (МАС), которое состоялась в 1961 году в Беркли, штат Калифорния.
Именно МАС является единственной достаточно авторитетной организацией, которая утверждает названия объектов на небесных телах. К 22 августа 1961 года МАС официально утвердил первые 18 названий для деталей рельефа обратной стороны Луны, предложенных советской стороной.
Так на карте единственного естественного спутника Земли появились Море Москвы и Море Мечты.
Были увековечены имена пионеров космической науки. Так, огромный кратер диаметром около 462 км на обратной стороне Луны был назван в честь Королёва, другой кратер диаметром 262 км получил имя Гагарина. А один из самых известных и красивых кратеров обратной стороны Луны с четким центральным пиком был назван в честь теоретика космонавтики Константина Циолковского.
Позднее вокруг крупных кратеров были открыты малые, которые получили буквенные имена по типу, например, Королёв L, Королёв M и т.д.).
Кроме того, кратеры получили имена выдающихся отечественных физиков, математиков и химиков — как дореволюционных, так и советских: Келдыш, Ландау, Курчатов, Вавилов, Менделеев, Попов. Пять лунных объектов увековечили космонавтов: кратеры Комаров, Беляев, Волков, Добровольский, Пацаев. Один из кратеров назвали в честь инженера-конструктора Георгия Бабакина, одного из разработчиков космической программы.
Единственным условно политическим названием, который утвердил МАС, стал хребет Советский.
Москва как состояние души
Некоторые названия вызвали вопросы в научной среде. В частности Море Москвы (Mare Moscoviense) нарушило давнюю традицию называть лунные моря в честь различных душевных состояний (Море Спокойствия, Море Ясности) или понятий, связанных с водой (Море Влажности, Море Паров).
Однако, по легенде, французский астроном Одуэн Дольфюс в итоге нашел компромисс для астрономического сообщества, заметив: «Москва — это, по сути, тоже состояние души».
Позже обширная темная область, названная Морем Мечты, была признана оптической иллюзией на некачественных снимках. Выяснилось, что это часть гигантского бассейна Южный полюс — Эйткен, а название «Море Мечты» перешло к одному из небольших объектов внутри него.
Также позднее было признано, что «Хребет Советский» был идентифицирован как хребет ошибочно поэтому в 1970 году название было отменено.
Наши ученые призывали добиться такой же плотности именованных объектов, как и на видимой стороне. При этом было введено правило, по которому индивидуальные имена присваивались объектам диаметром не менее 18 км.
Западные ученые выступили против идеи СССР давать объектам имена советских ракетных инженеров и конструкторов, поскольку существовало правило не называть объекты в честь живых людей. Но в итоге выбор имен для прославления живых первопроходцев космоса был признан допустимым.
А США — против
В условиях продолжавшейся холодной войны США, разумеется, не могли позволить, чтобы названия космическим объектам присваивались исключительно советской стороной. В 1965 году к Луне был запущен аппарат «Зонд-3». Полученные данные легли в основу атласа под редакцией Липского.
В 1967 году на ассамблее МАС в Праге Советский Союз представил готовую карту обратной стороны Луны с 228 новыми названиями, многие из которых были даны в честь советских инженеров и испытателей.
Американские астрономы во главе с доктором Джерардом Койпером (в честь которого, к слову, назвали целый пояс космических объектов на окраине Солнечной системы) выступили резко против, расценив это как попытку «игры в одни ворота» и политического захвата лунной номенклатуры.
Советская делегация, впрочем, не стала раздувать скандал и предложила компромисс. После переговоров было принято решение использовать временные цифровые обозначения для новых спорных объектов, а окончательное утверждение названий отложить до появления более качественных карт.
За десятилетия исследований обратной стороны Луны отечественные ученые дали название более чем 500 объектам. В этих названиях был увековечен вклад советской науки в покорении космоса, вопреки попыткам США всячески «отменить» успехи СССР задним числом. Это стало возможным в первую очередь благодаря успешной миссии «Луны-3», которая стала настоящим техническим прорывом для своего времени.
