Накануне трехсторонних переговоров России и Украины при американском посредничестве европейцы активизировались — норвежский и финский руководители позвонили Путину, а ЕС хочет присоединиться к трехстороннему формату. Даже Зеленский чуть ли не впервые признал, что гарантии безопасности нужны не только Украине, но и России.

ИА Регнум

Но ведь именно с этого всё и начиналось: пять лет назад Россия потребовала от Запада именно гарантий собственной безопасности. В историю это вошло под названием «ультиматум Путина» — хотя по сути это было адресованное предложение Москвы договориться о безопасности на наших западных рубежах.

Да, предложение было сделано в крайне жестких формулировках — но ведь оно было реакцией на продолжавшееся несколько десятилетий расширение НАТО на восток и угрозу постепенного включения в альянс уже и Украины.

Еще в конце октября 2021-го Путин заявил, что «формальное членство в НАТО может не состояться, а военное освоение территории уже идет» и это «представляет реальную угрозу для России».

В середине ноября президент сказал, что нам не нужны конфликты на наших западных границах, но признал существование там «известного напряжения». И добавил: «Нужно ставить вопрос о том, чтобы добиваться предоставления России серьезных долгосрочных гарантий обеспечения нашей безопасности». А еще через две недели назвал получение таких гарантий первоочередной задачей МИДа.

В итоге к середине декабря российские предложения были сформулированы в виде двух документов — проектов договора с США и соглашения с НАТО — и переданы Западу. Кроме отказа от расширения НАТО на восток, там говорилось и о выводе иностранной военной инфраструктуры с территории стран, вступивших в альянс после 1997 года, и об отказе от военной деятельности в государствах бывшего СССР.

Американцам предлагалось договориться о совместном отказе от развертывания ракет средней и меньшей дальности в местах, из которых они могут поражать цели на территории другой страны, и даже об отказе от размещения ядерного оружия за пределами своих границ.

Как тогда отреагировал Запад? Россия требует невозможного, ее условия неприемлемы — таким был практически единодушный ответ США и европейцев. Москва, между тем, настаивала на скорейших переговорах, упирая на то, что Украина постепенно всё больше втягивается в НАТО.

В январе прошли переговоры как в формате Россия — США, так и Россия — НАТО. Но Запад выражал согласие обсуждать только второстепенные пункты российских требований. По ключевому пункту — отказу от расширения на восток — они ничего не хотели обсуждать. Это-де суверенное право государств, которые хотят к нам присоединиться — и вообще у нас политика «открытых дверей».

В начале февраля Путин констатировал: «Мы не увидели адекватного учета наших трех ключевых требований, касающихся нерасширения НАТО, отказа от размещения ударных систем вооружений близ российских границ, а также возврата военной инфраструктуры блока в Европе к состоянию 1997 года».

Через три недели началась СВО, постепенно переросшая в формат непрямой войны России и Запада.

И вот теперь Запад предлагает переговоры, в том числе о гарантиях безопасности. Может быть, там поняли суть наших требований и готовы их обсуждать? Нет, всё ровно наоборот — альянс не только расширился на Швецию и Финляндию, но и не готов отказываться от приема Украины.

Да, сейчас этот вопрос снят с повестки дня и, возможно, даже будет предложено зафиксировать, что в ближайшие 10-20 лет Украину в альянс не примут. Но такие «уступки» категорически не устраивают Россию.

Нам нужен постоянный, вневременной отказ от расширения на восток, не говоря уже о том, что требование отвода военной инфраструктуры альянса от наших границ никуда не делось. А НАТО при этом все последние годы укрепляет свой восточный фланг, объясняя это тем, что необходимо противостоять растущей русской угрозе.

Идет милитаризация той же Прибалтики, хотя все понимают, что присутствие натовских контингентов там всегда будет восприниматься Россией как угроза нашей безопасности.

Так готово ли НАТО к серьезному разговору? Чтобы понять это, нужно ответить на несколько вопросов. Готовы ли атлантисты признать правомочность российской обеспокоенности? Готовы ли отказаться от раскручивания жупела «русской угрозы»? Готовы ли отказаться от возможности расширения на восток и желания контролировать Украину?

На все эти вопросы ответ один — нет. Конечно, при условии однозначного дистанцирования США от Европы в украинском вопросе, в случае перехода Вашингтона к жесткому давлению на европейцев, позиция атлантистов может измениться. Но такие условия существуют только теоретически.

Атлантисты, англосаксонские и европейские, не готовы признавать за Россией право на безопасность — до тех пор, пока не освоят и не переварят всё постсоветское пространство. Поэтому отрезвление к ним придет только в результате поражения на Украине и внутреннего кризиса в Европе. Это, кстати, связано между собой гораздо больше, чем принято считать.