Запад всегда относился к остальному миру как старший и право имеющий — в диапазоне от колонизатора до морализатора.

Иван Шилов ИА Регнум

Еще 100 лет назад не было особой нужды выдавать собственное стремление к гегемонии за что-то другое — всё опиралось сначала на религиозное превосходство. Наша вера истинная — все остальные просто еретики или вообще язычники, поклоняются духам, огню или странным псевдобогам, — поэтому должны спасти всех и всеми править, потом на расовое (только белые и люди, остальные — недочеловеки, призванные служить белым).

Дальше просто на «цивилизационное» превосходство: европейская цивилизация есть высшая форма развития человечества, призванная вытащить весь мир из тьмы и отсталости. Потом теория расово-цивилизационного превосходства почему-то вышла из моды — не по причине ли двух мировых войн, развязанных подчинившими себе большую часть земного шара европейцами?

А тогда уже в ход пошли другие аргументы: мы самые моральные, самые тонко устроенные, у нас самый передовой общественный уклад, демократический и равноправный для всех. Поэтому весь мир должен перенимать наши законы, правила и институты. Не забывая, пока он учится всему этому, использовать наши торгово-финансовые системы.

Всё примерно так и работало — с поправкой на то, что был СССР, заявлявший о своей альтернативности всему этому складно устроенному предприятию.

Но СССР давно уже нет, однако глобализация, которая должна была завершить строительство всемирного дома-Вавилона под западным руководством, почему-то застопорилась. Выяснилось, что многочисленные незападные цивилизации не только не хотят перенимать западные стандарты, но и даже не собираются жить по чужим правилам.

«Нехорошие, отсталые цивилизации, ну ничего, никуда вы всё равно не денетесь», — сказал Запад, продолжая учить всех демократии, законности, международным отношениям, морали и прочим высшим достижениям.

Однако в начале 2026-го в течение одного месяца завеса внезапно рухнула — и все увидели, что скрывается за кулисами.

Нет, я даже не про то, как Трамп похитил Мадуро, не прикрываясь вообще никакими оправданиями, кроме права сильного. Это, конечно, было замечательной демонстрацией не просто двойной морали в международных отношениях, а полного пренебрежения самим принципом государственного суверенитета — формально ключевым для существующего миропорядка.

Раньше Запад оправдывал его нарушение заботой о правах человека, но Трампу не нужны даже такие фиговые листочки. Только дальше стало еще веселей — появились файлы Эпштейна.

Миллиардеры и лорды, президенты и принцы, режиссеры и финансисты — все отмечены в опубликованных материалах уголовного дела Джеффри Эпштейна. Не просто как его знакомые. Многие из них посещали его вечеринки на вилле на Карибах. А там был весь набор удовольствий — от наркотиков до секс-оргий, включая малолеток, да еще и про какие-то непонятные ритуалы судачат.

То есть западная элита оказалась с гнильцой — какой ужас!

Это «открытие» так потрясло западное общество, что уже несколько дней все только и обсуждают похождения богатых и знаменитых. Ах, принц и принцесса, ах, президент и премьер-министр, ах, миллиардер-филантроп и режиссер. Удивительная псевдонаивность и ханжество.

Псевдо — потому что всё это и так было известно без всякого Эпштейна. Или кто-то сомневался в нравах, например, британской элиты? Еще в XIX веке и мужеложество, и педофилия, и сатанинские ритуалы были в порядке вещей для части британской аристократии, и можно копнуть еще глубже в историю.

Или, наоборот, в недавнее время — про премьер-министра первой половины 70-х Эдварда Хита с его педофильскими наклонностями. А уж про американских и прочих селебрити и говорить нечего, тут чего только нет.

Тем более что в последние десятилетия Запад легализовал то, что раньше было запрещено — наркотики, гомосексуализм. Сатанизм еще не легализован? Ну так зато Церковь уже почти ликвидирована. По крайней мере ее паства и влияние заметно сократились.

Кстати, о Римской церкви. До того, что вытворяли некоторые папы в Средневековье, Эпштейну было далеко. Так почему же Запад так возмущается, потому что тайное стало явным?

Нет, потому что то, чем занимаются элиты, стало всеобщим достоянием. Все могут тыкать пальцем в принца и президента, говорить им, какие они сволочи — хотя точно так же вели себя и многие их предшественники. Просто об их похождениях и слабостях судачили только в элитных же кругах, а на публику это выносилось в лучшем случае уже после их смерти.

Нынешним элитариям не повезло, о них все узнали при жизни и всё сразу. Но разве им по большому счету не наплевать на это?

Нет, не наплевать, поскольку подставляют всю элиту как таковую.

Теперь ей будет гораздо сложнее пасти народы — даже свои, не говоря уже о чужих. А ведь для них нет «чужих», все потенциальные пользователи-потребители единого глобализованного человечества.

И как теперь загонять их в счастливое будущее?

Есть, конечно, запасной вариант. Точнее, для элиты даже основной. Нужно не просто легализовать все пороки, но и сделать их общественно одобряемыми. К этому в принципе всё и так шло, только теперь нужно ускорить процесс.

При чем же здесь Россия?

При том, что мы не являемся и не хотим быть частью Запада и выступаем за альтернативный нынешнему мировой уклад. Не за коммунистический, но и не просто другую версию «служения Мамоне» (а вся содомия и прочие извращения именно от культа золотого тельца и идут).

Россия выступает как катехон, то есть удерживающий мир от гибели, от окончательного грехопадения и прихода Антихриста. Понятно, что в нынешнем нашем состоянии, с множеством проблем — в первую очередь в вере, сознании, головах — мы не похожи на спасителей человечества. Причем в первую очередь для самих себя.

Но это не значит, что мы перестаем ими быть. Нынешние испытания посланы нам в том числе и для вразумления и нашего спасения. И спасения человечества — как бы пафосно это ни звучало.

Человечество не прогнило и не приговорено к уничтожению, но его самопровозглашенный авангард, то есть ядро западных элит, впало не просто в прелесть, в богоборчество, а уже приближается к откровенному сатанизму.

Оккультные кружки и масонские ложи прошлого были просто игрушками на фоне тех возможностей, которые получат хозяева новой техноэры, уверенные в наступлении трансгуманизма и необходимости конструирования трансчеловека: не человеческой, а пост− и, по сути, античеловеческой сущности.

Это не страшилки для обывателей, а абсолютно хладнокровная и расчетливая программа строительства нового, управляемого из единого центра мира. Пока еще мы лишь при дверях его. И остановить наступление рукотворного апокалипсиса можно.

Один из самых первых и верных способов сделать это — развенчать и ослабить влияния на остальной мир коллективной западной элиты, которую обслуживал Эпштейн. Благо она сама — в том числе из-за внутривидовой борьбы — дает для этого повод и инструменты.