«Ранил чувства народа». Мбаппе стал не первым, кого «отменил» Китай
Французский футболист бесспорно исключительного таланта Килиан Мбаппе к своим 27 годам еще не держал в руках «Золотого мяча» и кубка Лиги чемпионов, зато умудрился настроить против себя целую сверхдержаву. Причем он даже не прикладывал для этого специально каких-то усилий. Всего лишь сказал глупость, не подумав.
В эфире интернет-шоу The Bridge ему задали безобидный вроде бы вопрос: «Какой мем с твоим лицом рассмешил тебя больше всего?» Мбаппе ответил: «Тот, где я в образе китайского диктатора», имея в виду коллаж, составленный из фотопортретов Мао Цзэдуна и его самого.
То есть фактически Килиан имел неосторожность назвать Мао Цзэдуна диктатором. Мало того: соответствующий отрывок из шоу широко распространился по интернету вместе с произнесенной форвардом мадридского «Реала» и сборной Франции крамолой. За что немедленно последовали санкции.
«Слова и действия, которые ранят чувства китайского народа, естественно, встретят единодушное сопротивление со стороны всех слоев китайского общества», — тут же зловеще анонсировал массированный удар возмездия представитель министерства иностранных дел Китая Го Цзякунь.
Началось с того, что сразу три китайские компании разорвали с Мбаппе спонсорские соглашения, приносившие ему, по некоторым оценкам, до $10 млн из порядка $30 млн общего дохода вне поля. Кроме того, акции спортивного бренда On, к которому Килиан недавно переметнулся от Nike, получив долю в бизнесе, упали на 3,5%.
Далее китайская государственная медиакорпорация CCTV приостановила трансляции чемпионата Испании, заодно убрав из эфира рекламу и видеоматериалы с участием Мбаппе. Впрочем, CCTV — не основной вещатель Ла Лиги в Китае. Основной — стриминговый сервис Migu, с которым у Ла Лиги действующий контракт на 400 млн евро.
О разрыве этого контракта речи пока не идет, но сигнал, недвусмысленно намекающий на то, что всё возможно, был послан: из расписания Migu исчез ближайший матч «Реала». Президент Ла Лиги сигнал считал и незамедлительно провел встречу с послом Китая в Испании — «чтобы предметно обсудить ситуацию» и «найти решения».
Хотя насчет решений всё как раз просто: Китай ждет извинений. Но извинений искренних, от всего сердца. А те извинения, которыми поспешил отделаться Мбаппе, опубликовав многословный пост на трех языках, никого в Китае не удовлетворили. Так что пока санкции остаются в силе.
При этом, вероятно, Килиан Мбаппе сам не понимает, за что его так. И президент Ла Лиги Хавьер Тебас не понимает, и руководство «Реала», и вся западная общественность, в некотором шоке от происходящего пребывающая и полагающая, будто разразившийся скандал — свидетельство того, что в Китае всё очень плохо со свободой слова.
На самом же деле свобода слова тут вовсе ни при чем. Если уж на то пошло, у свободы слова везде есть свои границы — и в демократической Европе тоже, просто пролегают они там по совсем иным местностям. Тогда как сами китайцы насчет своего великого кормчего и его деятельности вовсе не питают иллюзий.
Согласно официальной оценке исторической роли Мао Цзэдуна, сформулированной Коммунистической партией Китая под руководством Дэна Сяопина в начале 1980-х годов, 30% всего, что делал Мао Цзэдун в качестве лидера Китая, квалифицируется как ошибки. Большой скачок, Великий голод, Культурная революция — это всё туда записывается.
На эти темы не принято громко разглагольствовать, но вместе с тем они и нисколько не замалчиваются. В том же романе Лю Цысиня «Задача трех тел», по всему миру широко растиражированном, и его экранизациях ужасы упомянутой Культурной революции, например, подробно описываются — и ничего.
Однако нужно также понимать, что марксистская идеология в Китае глубоко переплетена с традиционными конфуцианскими ценностями, согласно которым государство строится по образу семьи, где правитель — за главу, а подданные обязаны проявлять к нему лояльность и уважение как к старшему.
Соответственно, публичное оскорбление правителя со стороны кого бы то ни было расценивается как прямая угроза коллективному лицу нации и государства. Поэтому для китайского менталитета защита национальной чести от внешних и внутренних нападок имеет первостепенное значение.
И когда кто-то на Китай нападает, за этим всегда следует отпор — без всяких, вопреки старинной идиоме, предупреждений. Причем для этого в основном используются средства сугубо экономические: стоит пригрозить западным империалистам отлучением от жирного китайского рынка, как те тут же становятся шелковыми и послушными.
Вот и Хавьер Тебас не даст соврать. Или взять другой характерный пример: был такой турецкий баскетболист Энес Кантер Фридом, который бросание мячика в кольцо за клубы НБА любил совмещать с политическим активизмом. Против Эрдогана выступал — и лишился в итоге турецкого гражданства, потом Израиль горячо поддерживал.
Но и на этом Фридом не остановился, а стал еще и Си Цзиньпина во всеуслышание осуждать, называя опять же диктатором, к бойкоту Олимпиады-2022 в Пекине призывать, а заодно примкнул к движению «Свободный Тибет» и ввязался в борьбу за права уйгуров. Вот какой неравнодушный спортсмен по фамилии Фридом.
Тут надо сказать, что баскетбол в Китае очень популярен. Популярнее даже футбола. И игры НБА там вовсю транслируют и смотрят. Так что реакция последовала в свете всего вышесказанного ожидаемая: в Китае просто отключили трансляции матчей команды «Бостон Селтикс», за которую он тогда играл.
Из «Бостон Селтикс» Фридома поспешили сплавить в «Хьюстон Рокетс», а там его и вовсе отчислили из состава — формально по спортивным причинам. После чего он карьеру завершил. Почти — в этом году попытался снова вернуться на паркет, уже в женской лиге (да). Но особо не преуспел.
Тут еще стоит отметить, что у «Хьюстон Рокетс» вообще особая история взаимоотношений с Китаем. Во-первых, в их составе долго блистал человек-мем и легенда китайского баскетбола Яо Мин. А во-вторых, за пару лет до истории с Фридомом им уже довелось ощутить на себе гнев Китая из-за действий одного гражданина.
Этим гражданином был Дэвид Мори, занимавший тогда пост генерального менеджера клуба. Осенью 2019 года он опубликовал твит, в котором выразил сочувствие протестующим в Гонконге, где как раз были в разгаре беспорядки из-за законопроекта об экстрадиции. За что Китай показательно отлупил и «Хьюстон», и всю НБА.
Дело не ограничилось прекращением сотрудничества с китайскими партнерами (что и без того больно ударило по финансам американского баскетбола). Телевидение Китая отключило НБА от своей аудитории насовсем. Что стоило американцам не менее $400 млн, а по некоторым данным — вообще миллиарды.
Руководитель НБА Адам Сильвер что-то было стал возражать, апеллируя к той же самой свободе слова. Но получил такой ответ: «Любые высказывания, бросающие вызов государственному суверенитету и общественной стабильности, не подпадают под категорию права на свободу слова».
В Америке, конечно, возгласы возмущения по этому поводу улеглись еще нескоро. И никто, кажется, не заметил в этом сколь беспощадной и жестокой, столь и забавной иронии: культура отмены, которую сами же США взрастили и превратили в грозное оружие против неугодных, обернулась против них.
В результате неожиданно выяснилось, что свобода слова на Западе заканчивается там, где начинаются интересы рынка. Причем конкретного — китайского — рынка. И если какие-то слова эти интересы задевают, то приходится дорого за них платить. О чем в очередной раз напомнил Западу случай Мбаппе.
Нечто подобное происходит с завидной регулярностью и в других сферах. В разное время расплачиваться за неосторожное обращение с важными для Китая темами доводилось и корпорации Disney — из-за фильма Мартина Скорсезе про Далай-ламу, и Литве — за открытие «Тайваньского представительства».
Каждый из таких случаев неизменно заканчивается глубоким раскаянием и финансовыми потерями. Никакого насилия и угроз. Только спокойное следование принципу: проявил неуважение — платишь доступом к рынку, ресурсам или цепочкам поставок. Простая и, главное, эффективная стратегия ведения международной политики.
