«Ляжем на рельсы». ЕС довел сельское хозяйство Латвии до развала
Правительство Латвии объявило чрезвычайную ситуацию в сельскохозяйственном секторе, этот режим будет действовать до 10 января 2027 года. Официальная причина — продолжительные и интенсивные осадки, нанесшие серьезный ущерб.
Однако за формальным поводом скрывается более сложная картина. Предпринятый по инициативе Риги разрыв отношений с Россией и сам факт членства Латвии в ЕС наносят систематический урон хозяйству этой прибалтийской республики. В ситуации, когда заработков нет и не предвидится, остается только попрошайничать у Брюсселя и его же шантажировать.
«Почему так мало?»
Решение правительства не стало неожиданностью. Минувшее лето оказалось очень дождливым. Обильные осадки наблюдались по всей территории Латвии, но наиболее серьезные последствия зафиксированы в западной части страны, особенно в регионе Курземе.
Накопление же убытков от повторяющихся погодных катаклизмов снижает способность хозяйств компенсировать потери предыдущих лет за счет собственных ресурсов. В результате в отрасли и была объявлена ЧС — на период ее действия фермерам предоставили ряд поблажек в выполнении различных обязательств, в частности, отсрочки платежей по кредитным обязательствам.
Другой ключевой причиной объявления чрезвычайной ситуации стало стремление Риги ускорить получение средств от Евросоюза. Но здесь латвийские власти столкнулись с серьезными трудностями.
Еще в июле 2026 года Европейская комиссия приняла решение о выделении 540 млн евро экстренной поддержки европейским фермерам для смягчения последствий кризиса на Ближнем Востоке, вызвавшего резкий рост цен на топливо и удобрения. Из этой суммы Латвии было выделено всего 5,5 млн евро (чуть более 1%).
Латыши обиделись и раскритиковали такое распределение, назвав его «несправедливым» и «не отражающим повышенную экономическую уязвимость приграничных государств — членов ЕС». В Риге грызут локти, поскольку у них есть поводы для сравнения: в рамках того же распределения Болгария, например, получила 7,4 млн евро.
Жалобы возымели действие: Еврокомиссия расщедрилась и выделила Латвии еще дополнительных 4,2 млн евро — специально на помощь крестьянам для устранения ущерба от неблагоприятной погоды. Однако, как отмечают аналитики, такая субсидия неспособна покрыть даже двухмесячную стоимость обслуживания процентов по текущим займам сельхозпроизводителей.
В своих обращениях в Еврокомиссию Рига настаивает на том, что при распределении помощи «нужно учитывать экономическую уязвимость приграничных государств-членов, которые несут дополнительные расходы из-за геополитической ситуации».
Иначе говоря, Латвия, для которой Россия исторически была важнейшим из рынков, понесла огромные потери и теперь просит, чтобы Брюссель дал заплаток на ее рубище.
Убытки латвийского сельского хозяйства от разрыва связей с Россией и Белоруссией носят комплексный характер и оцениваются в сотни миллионов евро. Наиболее сильно пострадали молочная и рыбная отрасли, а также производители овощей.
Несмотря на попытки найти новые рынки сбыта, полностью компенсировать утраченные объемы не удалось, что привело к разорению части хозяйств и структурным изменениям в аграрном секторе страны.
ЕС губит экономику
По экономике и традиционным промыслам Латвии бьет не только разрыв с Россией, но и сам факт членства республики в ЕС с его жесткими внутренними нормативами. Так, еще в 2000-х гг ЕС задушил латвийскую сахарную промышленность, предложив Латвии закрыть свои сахарные заводы в обмен на денежную компенсацию.
Политика ЕС сгубила латвийскую металлургию и пивоварение. Владельцам предприятий часто было экономически выгоднее принять компенсацию от ЕС и закрыть производство, чем пытаться встроиться в европейский рынок и конкурировать с более сильными игроками из Западной Европы.
Особенно же красноречивой стала ситуация с некогда мощным латвийским рыболовецким флотом, унаследованным от Советского Союза. При вступлении в ЕС Латвия подписала «Общую рыболовную политику» (CFP), передав управление рыбными ресурсами на наднациональный уровень.
С этого момента квоты на вылов устанавливались Европейской комиссией, и с каждым годом ЕС сокращал выделенные лимиты, ссылаясь на ухудшение состояния рыбных запасов.
Рыболовы начали разоряться. Если к 2005 году флот насчитывал около 222 судов, то в 2015-м осталось уже только 64. Еще в сентябре 2016-го премьер-министр Марис Кучинскис лицемерно заявлял, что «количество рыболовецких судов в Латвии в последние десятилетия сократилось, но это позволило сбалансировать эффективность флота с доступностью морских ресурсов». Однако всё это оказалось лишь пустой болтовней.
Спустя пару лет эксперты заговорили о том, что рыбная отрасль Латвии и в целом стран Прибалтики фактически умерла. Флот, который достался им от СССР, окончательно износился. Рыбаки лишились возможности отправляться в дальнее плавание, и им оставалось ловить лишь в прибрежных водах.
По отрасли ударил и демографический кризис — в последние годы средний возраст большинства работников отрасли держится на уровне старше пятидесяти лет. Молодежь предпочитает работать не на старых шхунах, а на более крупных судах, а лучше еще и в других странах.
«Чтобы в наши дни в Латвии трудиться в рыболовецкой отрасли, нужно быть одержимым или очень уж преданным своей династии», — говорили в 2018-м будущие штурманы из мореходного колледжа в Лиепае. Мысль о работе на рыболовецком судне в родной Лиепае никому из них в голову даже не приходила. По их словам, лучше уехать в дальние моря ловить крабов и получать за это не меньше 3000 евро в месяц.
В 2026 году для Латвии было предложено сократить квоту на сельдь в Рижском заливе еще на 17%, на прилов трески — на 63%, на прилов лосося — на 27%. В итоге же ЕС запустил программы по окончательному прекращению рыболовной деятельности, в рамках которых рыбакам предлагали компенсацию за разбор и утилизацию судов. То есть ЕС не уничтожает промысел напрямую, он «всего лишь» создает условия, при которых рыбной ловлей не прокормишься.
Программа компенсаций по прекращению рыболовецкой деятельности действует уже шесть лет. В рамках первого ее этапа 20 мая по 10 сентября 2021 года латвийскими рыбаками было подано десять заявок на утилизацию судов и запрошено компенсаций на сумму около 7 млн евро. Это оказалось значительно больше выделенной суммы в 3 млн, и дополнительные деньги пришлось перераспределять из других программ.
В рамках второго этапа в 2024-м на утилизацию девяти судов были выделены лишь только 71 380 евро. Зато бюджет третьего этапа (май–июнь 2025 года) составил 900 000 евро — эти средства предназначались для компенсации за утилизацию одного рыболовного судна и выплат его экипажу.
Наконец, в сентябре 2026-го был анонсирован четвёртый этап: доступное финансирование значительно выросло и составило 2 430 368 евро. На эти средства можно подать заявки на утилизацию до трех судов.
Нормативы ЕС бьют и по латвийскому скотоводству: в 2027 году в республике должно остаться лишь 94 тыс. дойных коров из нынешних 120 тыс. Такие цифры министерство земледелия представило исходя из «зеленых требований», присланных из Брюсселя.
Там рассчитали, что такое сокращение позволит снизить выбросы парниковых газов на 24,5 тысячи тонн в год. В случае сокращения поголовья коров Латвия получит 47 млн евро европейских субсидий.
Националисты-шантажисты
В сложившихся условиях главной возможностью выживания разных отраслей латвийской экономики становится финансовая подпитка от Евросоюза. В определенной степени Рига наловчилась высасывать деньги: недавно латвийское минземледелия выпросило у ЕС еще 35,25 млн евро, которые предполагает раздать крестьянам в 2027 году.
При этом латвийские крестьяне митингуют, выходя на акции протеста почему-то против России. Например, такая акция прошла 17 сентября в Екабпилсе, в ней приняли участие около полусотни единиц техники: тракторов, грузовиков и легковых автомобилей. Фермеры требовали полного запрета на транзит российского и белорусского зерна через территорию Латвии.
А заодно направили официальные обращения и к собственным властям с требованием ускорить выплаты компенсаций за понесенные от непогоды убытки, обеспечить дополнительное финансирование из госбюджета и добиться более справедливого распределения средств ЕС.
Казалось бы, чем может помешать фермерам Латвии российское зерно, если еще пару лет назад в республике была законодательно запрещена его продажа? Но аграриям внушили, что если от российского зерна откажется и весь ЕС, это повысит возможности сбыта их собственной продукции.
Естественно, всё это заливается лицемерной патокой о «необходимости поддержки Украины» и о стремлении «помешать России зарабатывать в Европе».
Перед выборами правительство Андриса Кулбергса анонсировало повышение платы за железнодорожный перевозки российского зерна на 300%, а в реальности с 13 октября тариф вырос лишь на 25%.
Кулбергс признал, что увеличить плату на 300% невозможно, как и полностью запретить транзит — для этого требуется решение всего Евросоюза, так как многие компании в странах ЕС уже заключили на будущий год крупномасштабные контракты на ввоз зерна.
Теперь крестьяне делают вид, что их «обманули»: особенно свирепствует фермер-националист Гундарс Калве, «прославившийся» тем, что в начале 2021-го под покровом ночи снес своим трактором памятник над могилами советских воинов-освободителей в Екабпилсе, а годом позже отправился воевать с нами на Украине.
Калве предупредил: если правительство «не найдет решение», националисты готовы будут лечь на рельсы. 7 ноября в Екабпилсе пройдет вторая акция. По словам Калве, она станет предупреждением правительству.
Если в течение двух недель после нее решения не последует, протесты, как он предупредил, «перейдут на следующий, более жесткий этап». И тогда, возможно, непримиримые националисты действительно лягут на рельсы.
